«ЖИЗНЬ, ПОСТА...

«ЖИЗНЬ, ПОСТАВЛЕННАЯ НА ПЕРФОКАРТУ» ИЛИ «ТАЙНА ОРДЕНА ОРЛА»

ПОДЕЛИТЬСЯ

Главы из книги

Продолжение. Начало в номере 15/387

4. Доказательство «от противного»

Во Франции, как оказалось, также как в Польше, до оккупации ее Германией, расовая перепись не проводилась. И когда в июне 1941-го такая необходимость возникла, помочь оккупантам в ее проведении неожиданно вызвался француз – генерал Рене Кармилль.

Генерал Кармилль, бывший в течение многих лет руководителем счетно-аналитического центра Французской армии, любезно предложил оккупационным властям осуществить обработку опросных листов на табуляторах Холлерита, принадлежащих центру.

«Вы сможете получить всю необходимую Вам информацию о евреях, – писал убийцам Кармилль. – Мы поможем Вам выявить всех евреев – не только тех, которые декларировали свое еврейство, но и тех, которые утаили его».

Письмо генерала произвело надлежащее впечатление – 140 тысяч заполненных опросных листов были переданы французам, и большая часть из них – около 100 тысяч – «исчезла».

Мужественный генерал Рене Кармилль знал, что делал, и наверняка знал, на что шел. Как выяснилось впоследствии, он принадлежал к подпольной группе французского Сопротивления – «Марко Полло», в которую входили в те дни многие известные ученые – специалист по жидкому топливу профессор Андре Хельброннер, кибернетик Альфред Ашкенази, электронщик Жак Бержье (родившийся, кстати, в начале века в Одессе) и другие отважные люди. Члены группы были тесно связаны с немецкими учеными-антифашистами, в частности с создателем ракет Вернером фон Брауном.

Подпольная группа «Марко Поло» была разгромлена нацистами в начале 1944-го. Генерала Кармилля пытал сам Лионский мясник Клаус Барбье. Мужественный генерал погиб, унеся с собой в могилу около 100 тысяч опросных листов расовой переписи.

Около 100 тысяч французских евреев не были идентифицированы, не были поставлены на перфокарты, не были внесены в списки и остались в живых. Генерал Кармилль спас их ценой своей собственной жизни.

5. «Гайавата ставит эксперимент», или статистики тоже шутят

К концу сентября 1941 года вся работа по идентификации евреев Европы была завершена.

Последним был отчет по Голландии: «Голландских евреев – 118.445, немецких беженцев – 14.495, другого происхождения – 7.295. Лиц с примесью еврейской крови – 19.561. Всего – 159.796 евреев, включая 12.643 человека без указания определенной религии».

Теперь оставалось свести всю полученную информацию в некоторую общую таблицу и подсчитать итоговое число евреев, подлежащих уничтожению.

Вот уже более шестидесяти лет эта общая таблица подвергается критике. Одни считают, что приведенные в ней цифры подлежащих уничтожению людей невероятно завышены, другие уверены, что, наоборот, занижены. И каждый из критиков приводит в подтверждение своей версии доказательства, иногда существенные, а иногда и смехотворные.

Где же правда? Сложный вопрос…

А что, если подойти к его решению с другой стороны?

Таблица была составлена, как известно, главой Статистического бюро Главного управления Имперской безопасности доктором математики и юриспруденции оберрегирунгсратом Корхерром.

И можно, конечно, думать все, что угодно, об этом человеке – и не в меру амбициозным был он, и тщеславным, и вспыльчивым, но профессионалом он был первостепенным, и безупречность его статистических расчетов была ему подчас важнее и личной выгоды, и карьеры.

Это качество, кстати, – ставить во главу угла статистическую чистоту и точность – присуща многим статистикам. Оно издавна известно нам, профессионалам, и даже служит темой «профессиональных шуточек».

Одна из таких шуточек принадлежит известному американскому математику – автору ряда монографий по математической статистике Морису Дж. Кендаллу.

Вся мировая статистическая «бранджа» всегда с нетерпением ожидала новых научных открытий Кендалла и с упоением обсуждала их. И вот однажды, в 1959-м, в серьезном научном журнале «American Statistician» появилась очередная его статья.

Но что за странная это была статья!

Написана она была в стихах и носила название «Гайавата ставит эксперимент». Как оказалось, Кендалл «выдал» пародию на поэму Генри Лонгфелло «Песнь о Гайавате».

По доведенной до абсурда идее Кендалла, Гайавата – легендарный вождь индейцев из племени Оджибуэев, обитавших в ХVI веке где-то у Великих озер – был по профессии (не удивляйтесь!) – статистик.

Но, «посвятив себя науке, что статистикой зовется», он как оказалось, совершенно пренебрег очень важными и необходимыми для индейца тренировками в стрельбе из лука, и, как следствие этого, во время очередных состязаний потерпел фиаско – ни одна из выпущенных им стрел не попала в цель.

Позор был ужасный. Но Гайавату выручила… статистика!

Проведя «анализ дисперсий», он доказал, что, с точки зрения статистики, результаты его неточной стрельбы «ничуть не отличаются» от результатов, полученных другими более удачливыми участниками состязания. Индейцы, правда, не поняли «туманных рассуждений» Гайаваты:

«Но упрямые индейцы

Возразили Гайавате,

Что они не понимают

Столь туманных рассуждений,

Им совсем не интересен

Результат его попыток.

И они предполагают, что охотник должен метко

В цель стрелять…»

И тогда Гайавата вынужден был посвятить индейцев в основной «закон статистики»: самое главное всегда и во всех случаях сохранять «безупречный статистический подход»:

«Раздраженный Гайавата

Стал цитировать обильно

Р.А. Фишера и Итса,

Приводить работы Финни,

Книги Кемптона Оскара…

Он взывал к авторитетам,

Убеждая несогласных,

Что в стрельбе всего важнее

Не прямое попаданье,

А научно безупречный

Статистический подход… »

Так что критики общей таблицы евреев, подлежащих уничтожению, могут спать спокойно: доктор Корхерр, наверняка, не погрешил против «основного закона статистики» и постарался сохранить «научно безупречный статистический подход».

Ну, а если бы «погрешил»?

Увеличил бы количество евреев, подлежащих уничтожению, или, не дай Бог, уменьшил?

Да ведь в этом случае он поставил бы под вопрос всю подготовку к «Окончательному решению еврейского вопроса»!

Это же прямой саботаж!

А за саботаж в те дни люди отвечали головой.

Мог ли этого не знать Корхерр? Мог ли пренебречь этим?

Да и зачем?

Общая таблица евреев, подлежащих уничтожению или оставшихся для уничтожения, вошла в историю под названием «Таблица 11-и миллионов». Именно это число – 11 миллионов людей, обреченных стать трупами – насчитал Корхерр.

Но вот парадокс. Стремясь к безупречной статистической точности и, чего греха таить, оберегая свою голову, Корхерр вынужден был декларировать неточность полученного им результата.

В чем тут дело?

Неужто профессиональные статистики Статистического бюро Главного управления Имперской безопасности не могли получить точный результат?

Оказывается, не могли!

Информация, ставшая базой «Таблицы 11-и миллионов», поступала в Статистическое бюро (через «еврейский реферат» Адольфа Эйхмана) из двух источников. Одним из них был DEHOMAG, представлявший табуляграммы общего числа евреев в странах Европы – до и после начала их уничтожения. А вторым – ежедневные ситуационные рапорты Эйзатцгруппе СС с Востока, содержавшие результаты уже идущего там многие месяцы убийства людей.

Задача Корхерра заключалась в том, чтобы на базе этой информации определить «живой остаток» – число евреев, подлежащих уничтожению. Это была трудная задача.

фото: «ТАБЛИЦА 11-и МИЛЛИОНОВ»

Опросные листы расовых переписей не могли достичь каждого запуганного на смерть еврея, прятавшегося в развалинах Варшавы или на чердаках Амстердама, так что табуляграммы DEHOMAG, естественно, не были полными, а рапорты Эйнзатцгруппе СС тем более a priori не могли быть полными. И если опросные листы расовых переписей все же были перенесены на перфокарты и обрабатывались на табуляторах, то рапорты Эйнзатцгруппе СС невозможно даже было перенести на перфокарты, и они обрабатывались вручную и, по сути, «вслепую».

Судите сами. Вместо необходимых конкретных цифр уничтоженных евреев, в рапортах писалось ничего не значащее «все евреи» или «тысячи евреев», [Эйнзатцгруппе «А», Рапорт № 19, от 11 Июля 1941]. Цифры расстрелянных иногда содержали не только евреев, но и «большевиков» и «агентов НКВД», а то «иудо-большевиков», [Эйнзатцгруппе «А», Рапорт № 28, от 20 Июля 1941].

Поди, разберись!

Немцы сами в тех же рапортах жаловались, что не могут отличить евреев от местных жителей – не евреев, и требовали, чтобы евреи для облегчения их опознания и убийства нашивали на одежду желтый лоскут, неважно «звезду Давида», или просто желтую тряпку, [Эйнзатцгруппе «В», Рапорт № 31, от 23 Июля 1941].

Были случаи, когда весь рапорт был посвящен одному человеку – «еврею-грабителю», или «дерзкой еврейке», или двенадцатилетнему еврейскому мальчишке, который, якобы, обстрелял (!) колонну немецких машин, [Эйнзатцгруппе «С», Рапорт № 38, от 30 Июля 1941].

Продолжение следует

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ