«ТЫ САМ КАПИТ...

«ТЫ САМ КАПИТАН СВОЕГО КОРАБЛЯ»

730
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Вечером перед операцией доктор Карсон заходит в игровую комнату педиатрического отделения. Посередке жираф на колесиках. На полу разбросаны машинки. К стенке прислонены плюшевые зверята. В комнате только одна маленькая девочка, тихо и увлеченно она играет, мать и отец примостились рядом. Завтра решающий день и последний шанс. Болезнь четырехлетней Маранды Франсиско называется энцефалит Расмуссена. Ее тело сотрясают сильнейшие конвульсии, она теряет способность ходить, разговаривать, есть, только на время сна мучения оставляют ее. По мнению Бена Карсона, директора отделения педиатрической нейрохирургии госпиталя при Университете Джонса Хопкинса, свет в конце тоннеля для Маранды может засиять лишь в случае удачного исхода гемисфероктомии, удаления целого полушария мозга, пораженного воспалением, терзающим Маранду. Карсон уже не однажды разговаривал с родителями малышки, но все же считает своим долгом повторить. «Очень велика возможность того, что Маранда истечет кровью и умрет на операционном столе… Кровотечение, инфекция, масса прочих осложнений… С другой стороны, все может пройти хорошо, и у нее больше никогда не будет конвульсий… И еще вы должны понять, что если мы не будем ничего делать, ее состояние будет ухудшаться… пока она не умрет… И еще – она переживет операцию, но может потерять речь, даже остаться наполовину парализованной…». Заключительный совет, который он дает этим родителям, это молиться – так же как молится и он сам. И, конечно, доктор не стал скрывать, что никогда прежде не делал эту редчайшую и чрезвычайно сложную операцию. При всем его солидном опыте ему всего 34 года. Он – первый, кто в таком возрасте занял административный пост в госпитале Джонса Хопкинса. И первый – чернокожий.

… – Бенни, ты обязан учиться лучше, ты умный. Теперь у тебя полегчало с математикой, но этого недостаточно, надо двигаться вперед, и вот как ты это сделаешь. Ты должен выучить на память таблицу умножения.
– (В слезах.) Мама, это невозможно, я не смогу…
– Надо только сконцентрироваться. Завтра я приду домой после работы и проверю. И так каждый день, пока ты не будешь знать ее лучше всех в классе… А завершила Соня Карсон свою нотацию еще одним безжалостным вердиктом. – И никакого гулянья после школы до тех пор, пока не выучишь таблицу.
Они жили в негритянском гетто Детройта, вспоминает доктор Карсон, разведенная мать с двумя мальчиками. Сама Соня закончила всего три класса, поэтому работала с утра до ночи, убиралась и прислуживала всюду, где только можно, чтобы ее дети, Кертис и Бенджамин, были накормлены и одеты. Дать им образование было ее мечтой, и так же как она не щадила себя сама, то и им не давала спуску за провинности и не довольствовалась малыми победами. «Мама не собиралась останавливаться на том, что заставила меня выучить таблицу умножения.
– Я решила, что вы, ребята, слишком много смотрите телевизор, – сказала она однажды вечером и тут же выключила его прямо во время передачи… И тут же объявила новый закон… Начиная с сегодняшнего дня, вы будете смотреть его не больше трех раз в неделю… А в свободное время будете ходить в библиотеку, брать там книги и прочитывать не меньше двух за неделю, а в конце каждой писать мне отчет, что вы прочитали.
«Мне этот закон казался непосильным. Две книги!!! Тогда я даже и одной за всю жизнь целиком не прочитал, кроме тех, что давали в школе. Как я смогу за одну короткую неделю справиться с целой книгой?» Но мама была непреклонной. Бенни, если ты сможешь читать, то сможешь узнать все, что захочешь. Двери мира открыты для тех, кто умеет читать. И мои мальчики добьются в жизни успеха, потому что они станут лучшими читателями в школе».

Но дорога к успеху редко бывает прямой. Благодаря матери, Бен уже усвоил, что терпение и труд результативны, трудности преодолимы, а каждое достижение порождает стремление взять новый барьер. Подростковый темперамент, однако, давал себя знать. «В четырнадцать лет, – рассказывает Карсон в своей книге “Золотые руки” (Gifted Hands: The Ben Carson Story. By Ben Carson, M.D. with Cecil Murphy / Zondervan, Grand Rapids, Michigan), – я столкнулся с наиболее тяжелой в моей жизни проблемой, которая едва не уничтожила меня навсегда». Он стал терять контроль над вспышками ярости, которая охватывала его в конфликтных ситуациях, готов был в буквальном смысле растерзать обидчика. Однажды только фортуна предотвратила трагедию – нож, которым Бен нанес удар, угодил в железную бляху на поясе его приятеля. В ужасе бежал он домой, там никого не было, но все равно он закрылся в ванной, перед глазами все плыло, тело заливал пот. «На протяжении недель и месяцев я пытался контролировать свои нервы, полагая, что я в состоянии сделать это сам. И теперь в этой маленькой душной ванной я узнал правду. Сделать это один я не мог». Шли часы, и все это время Бен Карсон, уже год как прилежный читатель научного журнала Psychology Today, молился. «Господи, несмотря на все, что говорят разные эксперты, только ты можешь изменить меня, навсегда освободить от этой деструктивной особенности характера». Он открыл Библию и стал читать. И вот Притчи, и речения прямо как для него. …Долготерпеливый лучше храброго, и владеющий собою лучше завоевателя города… «Слова Притч осуждали меня. Но они же и давали мне надежду. Постепенно покой стал наполнять мое сознание. Руки перестали трястись. Слезы остановились. Чувство облегчения нахлынуло на меня, и я понял, что в моем сердце произошла перемена. Я ощущал себя по-другому. И я был другим».
Очередной момент Высшей истины подстерег Бена, когда он учился на первом курсе Йельского университета. Объем заданий и их сложность намного превышали школьные нагрузки, и он стал отставать. Особенно тяжело ему приходилось с химией, и первый же экзамен обещал стать последним. Боже, помоги мне, молился он. Я никогда не хотел ничего другого ничего кроме как быть доктором, но теперь может случиться, что этого не произойдет. Мне всегда казалось, что Ты поддерживаешь меня в этом, так дай мне знать, что делать, если я не выдержу экзамен, или сотвори чудо, чтобы я его прошел. И в ночь перед экзаменом Бену приснился сон. Он сидел в аудитории совсем один, открылась дверь, и в нее вошел некто, словно окутанный туманом, приблизился к доске и начал писать на ней химические задачи и их решения. Утром Бен проснулся и записал все, что запомнил. Потом он отправился на экзамен, получил буклет со своим заданием, открыл и ахнул – все задачи были из его сна. «Этому было только одно объяснение, которое просто оглушило меня. … По непонятной причине, Бог вселенной, Бог, который держит в своей руке галактики, посчитал необходимым спуститься в студенческую комнату на планете Земля и послать вещий сон отчаявшемуся пареньку из гетто, который хотел стать доктором».
Студент может быть отличником, но высокие отметки не заменяют денег. Во время каникул Бен всегда работал. Однажды он попал на сталелитейное производство, где его обязанностью было управлять краном, перемещающим по воздуху тяжеленные, до нескольких тонн весом стальные брусы до места погрузки, и точнехонько укладывать их в самосвалы. Именно тогда, по словам Бена Карсона, он проникся осознанием своего специфического дара, уникальной координации между глазом и рукой, он как бы видел «в трех измерениях». Сколь ценно это качество, Карсон в полной мере ощутил, когда стал работать нейрохирургом. «Для меня, – говорит он, – это самый важный талант, который я получил от Бога, и отчего люди иногда говорят, что у меня золотые руки».

…Долгих восемь часов тянулась операция. Левое полушарие мозга было воспалено и распухло. Миниатюрные инструменты, каждое движение не больше чем на миллиметр, крупные вены кровоточат безостановочно. Объем крови, перелитый Маранде, вдвое превышал ее собственный. Но вот операция закончена. Что теперь? Каталка с еще не проснувшейся Мирандой выехала из операционной, доктор идет рядом, навстречу бросаются родители, мать целует ее лицо, и… Глаза ребенка открылись, и она сказала: «Мамочка и папочка, я вас люблю». «У меня перехватило дыхание, как если бы важность этих слов только сейчас достигла моего мозга, – вспоминает Карсон. – …Мы удалили левую половину ее мозга, контролирующую речь. Но Маранда говорила! Она была немножко неспокойной, ей было неудобно на узкой каталке, она вытягивала свою правую ногу, двигала правой рукой – на стороне, контролируемой той половиной мозга, которую мы удалили! Новость разлетелась по коридору, и весь персонал, вплоть до клерков и санитарок, сбежался, чтобы увидеть все своими глазами. Я услышал, как одна женщина сказала: “Хвала Всевышнему!”». Остается добавить, что конвульсии Маранду Франсиско больше не беспокоили.
О многих таких историях рассказывает Бен Карсон в книге «Золотые руки». Ну и венчает их своего рода супероперация – разделение сросшихся мозгами сиамских близнецов, состоявшаяся 5 сентября 1987 года. Запрос поступил из Западной Германии. Решение оперировать принял сам Карсон, но было совершенно ясно, что без огромной подготовки ее провести не удастся. Мы собрали, рассказывает доктор, 7 анестезиологов, 5 нейрохирургов, 2 кардиохирургов, 5 пластических хирургов и десятки медсестер и техников – всего 70 человек. Пять месяцев шло планирование всего проекта. План включал даже изменение системы проводки в операционной на случай внезапного отключения энергии. Все медицинское оборудование должно было быть в двух экземплярах – ведь разделением близнецов операция не заканчивалась, а продолжалась на каждом их них в отдельности. Карсон и его коллеги провели 5 трехчасовых репетиций, используя кукол в натуральный размер. Самим пациентам было на день операции 7 месяцев.
Но сколько не планируй, всего не предусмотришь. «Как только мы запустили сердца младенцев [после разделения], мы столкнулись со второй большой проблемой [первой оказался неожиданно крупный размер torcula, места, через которое проходят крупные венозные каналы, – это потребовало значительно больше времени от хирурга], обильным кровотечением изо всех крохотных кровеносных сосудов в мозгу, которые были разделены в ходе операции. Все, что могло кровоточить, кровоточило. Мы провели три часа, используя все известное человеческому разуму, чтобы взять кровотечение под контроль. В какой-то момент мы были уверены, что нам это не удастся. Пинта за пинтой крови проплывали через их тела, и наши запасы стали подходить к концу». Стали искать кровь, оказалось, что не только в больнице Джонса Хопкинса, но и в других больницах Балтимора ее нет. Сразу несколько человек из операционной команды вызвались донорами, но практически это была бы капля в море. К счастью, удалось связаться с Красным Крестом, и данная задача была решена. Затем последовали новые, но их отнесли на послеоперационный период. А сама главная операция продолжалась 22 часа. «Патрик и Беньямин Биндеры оставались в коме 10 дней. Это означало, что полторы недели никто из нас не знал ничего. Останутся ли они коматозными? Проснутся ли, чтобы начать нормальную жизнь? Или будут инвалидами? И все мы ждали. И мы задавали вопросы. Возможно, большинство из нас волновались мало, но много молились…» И затем наступил тот самый день. День, когда снотворное должно было перестать действовать. Оба мальчика, как по команде, открыли глаза и стали осматриваться. «Он видит!» «Они оба видят!» «Он смотрит на меня!» «Он следит, когда я двигаю рукой!»… С операции по разделению близнецов Биндеров ведет отсчет всемирная слава Бена Карсона.
…7 февраля 2013 года статус знаменитости обрел для Карсона новое и неожиданное наполнение. В этот день в Вашингтоне состоялся ежегодный Национальный молитвенный завтрак, собрание, на котором присутствует цвет американского общества во главе с первой парой страны. Главную речь на нем произносил Бен Карсон, и многие высказанные им мысли, прямо скажем, были весьма критичными по отношению к политическому курсу сидевшего в нескольких шагах хозяина Белого Дома да и вообще к либеральным реалиям сегодняшней Америки. «Мы достигли точки, – говорил Карсон в отношении пресловутой политкорректности, – когда люди, в самом деле, боятся говорить, что хотят, потому что кто-то может обидеться. Идет Рождество, а люди боятся пожелать “Счастливого Рождества!” … Но это ведь приветствие, пожелание добра. Нам пора избавляться от этой щепетильности». Карсон прямо заявил, что политкорректность опасна. Один из принципов, положенных в основу этой страны, это свобода мысли, свобода слова, но политкорректность затыкает людям рот. Другая больная тема для Бена Карсона – положение с образованием в Америке. 30% учащихся в старших классах не заканчивают школу, 44% не заканчивают колледж. 16 лет назад он и его жена Сэнди основали фонд, Carson Scholars Fund, поощряющий детей, которые хорошо учатся. «Мы сделали это, когда узнали, что на международном конкурсе восьмиклассников американцы заняли 21-е место из 22. Мы пошли в наши школы, посмотрели на школьные трофеи… баскетбол, борьба, футбол… А как насчет чего-нибудь вроде Интеллектуальной Суперзвезды… Да никому это не надо! Но – что определяет наши позиции в мире? Умение забросить мяч в корзину в прыжке с 25 футов или умение решить квадратное уравнение? Наша ответственность, – указал далее Карсон, – состоит в том, чтобы задачи решались. Опять же, я не по части политкорректности, прошу прощения, и поэтому скажу, что думаю. Наш национальный долг – 16 с половиной триллионов долларов. А налогообложение? Оно настолько усложнено, что никто не может выполнять его тютелька в тютельку. … Никакого смысла это не имеет!» Он говорил далее о положении в здравоохранении – вместо того чтобы содержать медицинскую бюрократию, деньги должны идти в личный фонд здоровья каждого американца, а он сам должен решать, как их тратить. И так далее, и так далее. Выступление Карсона вызвало бурю солидарных эмоций в стране. В среде республиканцев появились вопросы, а почему бы 61-летнему медицинскому гению, иконе американского успеха, не баллотироваться в президенты… Сам он пока отшучивается.
В последнем по времени издании «Золотых рук» текст книги предваряет письмо к читателю его матери Сони Карсон. Много раз, пишет она, я твердила про себя стихотворение Мэйма Вайта Миллера «Во всем виноват сам». Что ни случается с нами, говорится в нем, то принято считать, ну если бы не то-то и то-то, все было бы хорошо. Но капитан своего корабля – только ты, поэтому если у тебя все пошло прахом, то во всем виноват ты сам. Так вот и воспитала своих сыновей Соня Карсон, гордая женщина с образованием в три класса, жившая в черном гетто, но считавшая ниже своего достоинства сидеть на вэлфере. «В то время как другие семьи ходили в кино или в парки развлечений, мы добирались до ближайших ферм и собирали клубнику и другие свежие продукты – за каждые четыре бушеля (1 бушель – примерно 9 галлонов) фермер разрешал нам брать себе один. Когда мы возвращались домой, я консервировала нашу добычу, и это помогало продержаться зимой». Вслед за великим президентом Абрахамом Линкольном автор «Золотых рук» повторяет: «Всем, что я есть или когда-либо надеюсь стать, я обязан моей матери».
Как ни печально, но свою карьеру нейрохирурга Бен Карсон по причинам здоровья скоро закончит. Обычно он ежегодно оперировал около 300 детей. «Как у хирурга, – рассказывает он, – самым тяжелым для меня было встречать родителей плохими новостями об их ребенке. С тех пор как я сам стал отцом, это стало еще тяжелее, потому что теперь у меня есть некоторое представление о том, как себя чувствуют родители больного ребенка. … Я знаю, как чувствовал бы себя, если у кого-либо из моих сыновей была опухоль мозга. Я бы чувствовал себя тонущим посреди океана, умоляющим кого угодно, неважно кого бросить мне спасательный круг. Это страх, невыразимый словами, не поддающийся рациональному осмыслению… Я не верю, что можно оставаться эмоционально отделенным от пациентов. Я работаю с человеческими существами и оперирую их, все они творения Божьи, страдающие от боли и нуждающиеся в помощи. Я не знаю, как можно работать с мозгом маленькой девочки – держа ее жизнь в своих руках – и не чувствовать ее страданий».

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ