АНКАРУ В БРЮС...

АНКАРУ В БРЮССЕЛЬ НЕ ПРИГЛАШАЮТ

64
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Последний месяц своего правления Еврокомиссия решила отметить “прощальным” скандалом: комиссар Гюнтер Ферхойген (Gunter Verheugen), встретившись в Брюсселе с турецким премьер-министром Ресепом Эрдоганом (Recep Tayyip Erdogan), заверил последнего, что “на пути Турции в Евросоюз препятствий больше нет”. Это поспешное заявление вызвало мощную ответную реакцию: вопрос вступления Турции в ЕС по-прежнему остается едва ли не самой серьезной проблемой европейской внешней политики. В худшем случае подобный демарш может стоить немецкому еврокомиссару его поста в составе новой Еврокомиссии.
Гюнтера Ферхойгена, еврокомиссара по расширению, “творца” и вдохновителя вступления в ЕС 10 новых стран и будущего еврокомиссара промышленности, злые языки в Брюсселе прозвали “берлинским пуделем” (прозвищем этим он обязан коллеге по Еврокомиссии, голландцу Фрицу Болькенштайну (Fritz Bolkenstein)): считается, что он представляет интересы действующего правительства Германии и не более того. Совершенно в этом ключе и было сделано последнее заявление – известно, что главным протагонистом вступления Турции в Евросоюз является именно Герхард Шредер (Gerhard Schroder). Противников же такого слияния в Европе по-прежнему гораздо больше – даже в самой Германии оппозиция считает этот шаг, мягко говоря, поспешным. Консервативная фракция Европарламента, составляющая вместе с либералами большинство, немедленно выступила с грозным заявлением по поводу “политики кавалерийского налета” Ферхойгена – и кто удивится, что озвучил это заявление именно немец, председатель внешнеполитической комиссии Европарламента консерватор Элмар Брок (Elmar Brock). Этот человек не привык придерживаться дипломатического тона: “Никем не избранный еврократ имеет смелость принимать в одиночку решение, являющееся ключевым для всей Европы!”. Немецкая оппозиция устами руководительницы Христианско-демократического союза Ангелы Меркель (Angela Merkel) объявила о срочном выходе на баррикады: “Никому не позволено говорить от имени европейцев, не спросив у них позволения”. Следует заметить, что вопрос о вступлении Турции в ЕС разделил на два лагеря не только немцев, – у их французских коллег дела обстоят точно так же: в то время как президент Франции Жак Ширак (Jacques Chirac) поддерживает эту идею, его собственный министр экономики и финансов Николя Саркози (Nicolas Sarcozy) возглавляет широкую политическую коалицию, полагающую вступление Турции в Евросоюз, по меньшей мере, преждевременным.
ФРГ, Франция и Австрия, которые давно уже заняты процессом интеграции мусульман в собственные общественные структуры, хорошо представляют себе все его трудности – может быть, именно поэтому большинство населения этих стран высказываются против присоединения Турции к ЕС. Если в будущем году руководители этих государств и их коллеги из других стран Сообщества выскажутся в пользу начала переговоров с Турцией, их избиратели вряд ли их поддержат. Это может фатальным образом сказаться на результатах референдумов о Конституции ЕС, которые должны пройти в 2005 году во многих европейских странах. Уже сейчас эксперты опасаются, что антитурецкие настроения будут использованы для того, чтобы заставить избирателей провалить принятие Основного Закона. Даже если обе эти темы не имеют друг с другом ничего общего, они будут привязаны одна к другой, – опасается спикер Европарламента Хосеп Боррель (Josep Borrel).
Именно поэтому официальный Брюссель вынужден делать ставку на политика, которого сторонники называют гением, а противники – подозревают в многочисленных обманах и подтасовках: Ресеп Тайип Эрдоган, премьер-министр Турции. С момента своего прихода к власти два года назад он практически в одиночку перекроил всю страну и направил ее по европейскому курсу: ограничил влияние армии, модернизировал Конституцию и органы управления, урегулировал затяжной конфликт с Грецией и поднял турецкую экономику. Тем не менее, заявление Ферхойгена о том, что ко вступлению Турции в ЕС более нет препятствий, не соответствует действительности: Фриц Болькенштайн прямо указывает на то, что “если Турция принесет с собой исламизацию Европы, то победа над Османской империей в 1683 году была напрасной”. В самом деле, основной причиной для опасений европейцев по-прежнему остается не столько соблюдение турецкими властями прав человека и даже не конфликт с курдами, а именно боязнь пресловутой “исламизации” христианской Европы. Впрочем, понятно, что официально это возражение никто привести не может – оно бы вызвало лишь обвинение в религиозной нетерпимости. Поэтому даже “правдоруб” Болькенштайн, так же, как и немецкие консерваторы, вынужден лавировать, настаивая на замене полноправного членства Турции в ЕС пресловутым “привилегированным партнерством” – в чем оно состоит, до сих пор внятно никто объяснить не смог. Поэтому же противники “Евротурции” не устают напоминать о том, что ЕС вряд ли в состоянии оплатить такое слияние – только турецкий аграрный сектор потребовал бы ежегодных дотаций на сумму в 11,3 млрд. евро, а также о том, что внутренний турецкий конфликт с курдским меньшинством, распространенный на весь Евросоюз, чреват небывалыми социальными и политическими потрясениями. Все 59 турецких правительств до сих пор не смогли справиться с этим конфликтом.
В целом, можно констатировать, что вопрос о вступлении Турции в Евросоюз после заявления Гюнтера Ферхойгена не стал проще. И если немецкий еврокомиссар решил таким образом напомнить о себе, то сделал он это далеко не лучшим образом: теперь ему вряд ли удастся избавиться от имиджа “руки Берлина” и доказать свою самостоятельность в составе новой Еврокомиссии.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ