ВОПЛОЩЕННАЯ М...

ВОПЛОЩЕННАЯ МЕЧТА

65
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

К 60-летию Павла Пикмана

Я – поэт! Я чужд земного тлена!

Я иду, вздыхая горячо!

Мне любое море – по колено,

Мне любое дело – по плечо!

Я могу – могучий и широкий

Нахлобучить небо на глаза.

Я могу все дальние дороги

Хоть морским узлом перевязать.

Я – поэт! Я вздохом мир объемлю,

Я в петлицу вдел зарю-красу.

Я б давно встряхнул старушку-землю,

Только вот, все как-то недосуг.

Я сменю теченье дня и ночи.

Я могу и плакать, и рыдать.

Я хочу известности! Короче,

Ух, как я хочу попасть в печать!

Павел Берлин

Это стихотворение, которое я выбрал эпиграфом, для юбилейной статьи (Ох, как я не люблю эти слова), нет, для серединного жизнепоздравления Павла Пикмана, было написано его тезкой Павлом Берлиным. Написано, кажется, в 1960 г. к первому спектаклю нашего студенческого театра миниатюр, успешно закрытого парторганизацией в 1973 г. с предельно четкой и убийственной формулировкой ”Такой театр нам не нужен!”. Великий Аркадий Райкин, которому я рассказал об этом печальном факте, успокоительно сказал ”Не огорчайтесь, Алик, вы и так слишком долго продержались”. Рукопись этого стихотворения сохранилась у меня значительно дольше. Я ее подарил автору Павлу Берлину в день его 60-летия, несколько хороших лет назад. Оно до этого нигде не публиковалось. Автор написал его как шутку, но, возможно, он действительно мечтал ”попасть в печать”. Таки попал: мы опубликовали стихотворение, в двух лос-анджелесских газетах в дни, когда вручили рукопись автору, в городе, где Павел Берлин сейчас живет.

И вот теперь, прочитав предварительно сделанную для себя копию, я вдруг сообразил, что это стихотворение – уже не шуточное, а серьезное и почти реально воплощенное описание жизни Павла Пикмана.

Когда я еще жил в Минске, а это было более 40 лет назад, я хорошо знал отца Павла – знаменитого кинооператора и режиссера Израиля Пикмана. К сожалению, лично встретиться не довелось, но с его деятельностью и творчеством я был хорошо знаком. Выпускник ВГИКа, участник 2-й Мировой войны, фронтовой корреспондент ТАСС. После войны работал ассистентом кинооператора, а затем кинооператором и режиссёром на киностудии «Беларусьфильм». Заслуженный деятель искусств БССР. Среди его работ – документальное и художественное кино, всего более 60 фильмов. Последний – “Эти непонятные старые люди” – совместно с сыном Павлом Пикманом, к тому времени уже тоже выпускником ВГИКa и профессиональным кинорежиссером.

По возрасту я нахожусь как бы посередине между папой и сыном, правда, все-таки ближе к сыну. А по дружбе отыгрываюсь на сыне за то, что не получил лично от его отца. Павел знает невероятно много, умеет рассказывать, а самое главное, делать порой совершенно неожиданные, но весьма логичные выводы из, казалось бы, весьма известных коллизий истории. Давней и ближней. Мы в последние годы частенько встречаемся вчетвером, т.е. вместе с женами. И много разговариваем. На разные темы. Впрочем, я предпочитаю слушать: набираться информации. Эти ”посиделки” стали буквально частью нашей жизни. Однако из главных вещей – запомнить, у кого встречаемся. Однажды перепутали: они приехали к нам, а мы в то же время – к ним…

Живя в Америке, Павел почти отошел от кино. Но, ”куда деть мысли?”, куда деть тягу к творчеству? Он нашел: создал уже много лет назад газету ”Каскад”. Это действительно каскад – информации и мыслей. Я считаю, что это – лучшая русскоязычная газета зарубежья: никогда, ни одной перепечатки, только оригинальные публикации. Авторы – со всего мира: США, России, Молдавии, Белоруссии, Израиля, Германии… Многие стоят в очереди: газета ”не резиновая”. Даже не верится, что всю газету технически делают всего два человека: Павел и его жена Неля! Павел читает, редактирует, вычитывает и отправляет в номер материалы. Еще и сам пишет, зачастую действительно встряхивая старушку-землю и сменяя теченье дня и ночи. Действительно иногда работая по ночам. Неля – дизайнер, художественный редактор, корректор, ”верстальщик”, бухгалтер и все остальное. Газета – гонорарна для авторов и бесплатная для читателей! Вы где-нибудь еще такое видели?! Он не попал в печать, он просто влип в нее!

Кое-что из напечатанного Павел включил в недавно изданную книжку ”Новый год в сентябре.” Туда же вошли стихи разных лет, некоторые опубликованны впервые. Но о поэзии позже и отдельно.

Павел – достойный член нашей балтиморско-вашингтонской общины. Его часто можно видеть на различных событиях: спектаклях и выставках, открытиях бизнесов, интересных вечерах и встречах. Он – известен!

Поэзия – это еще одна сторона жизни Павла Пикмана. Именно Жизни (а не деятельности). Мне в прошлом посчастливилось быть знакомым с несколькими людьми, которые ”не ведали, что творили”. Одним из таких, к примеру, был известный писатель-сатирик Феликс Кривин. Необычайно осторожный в своих взаимоотношениях с Советской властью, сбежавший от нее куда подальше в горы Закарпатья, он в своих творениях был буквально полон крамолы. За что однажды поплатился (Весь тираж уже отпечатанной книги засунули под нож! Там, в Ужгороде).

Таков и Павел Пикман в поэзии. Обычно он очень рассудительный, сопоставляющий факты и события, соблюдающий логику и делающий пусть неожиданные, но принимаемые теми, к кому обращается, выводы. Еще более жесткий, рациональный и безсентиментальный он в качестве редактора газеты. Иногда и мне достается.

Но в поэзии! Какая там логика, какие там факты? Фантазия эмоций, каскад чувств! Перо бежит само, ведет руку. Можно привести множество примеров этой фантазии, романтики, игры мысли. Ограничусь одним.

Не могу я писать о священном,

Не могу я писать о больном.

Ты присядь ко мне на колени

И другую мы песню споем.

            Ты упрешься плечом прямо в сердце,

            Мягким, нежным, покатым плечом,

            Ты прижмись ко мне, ты доверься

            И не думай уже ни о чем.

Ты доверься, а я не обижу,

Буду нежен и ласков с тобой.

И ты будешь немножечко ближе.

И ты станешь чуть-чуть мне родной.

            Понимаешь, ведь я одинокий,

            Словно вырванный с корнем цветок.

            Только свежие страсти потоки

            Мне приносят живительный сок.

Я живу от мгновенья к мгновенью,

Как, наверно, живет наркоман.

Ты присядь ко мне на колени,

Видишь, я умираю от ран.

            Ты, возможно, их можешь умножить,

            Но не в силах, увы, залечить.

            Потому я так осторожно

            Вновь учусь искусству любить.

Не расспрашивай, я не отвечу.

Разве можно в словах рассказать,

Как неистовый ласковый вечер

Ярким светом душит гроза.

Ну что, кто-либо возьмется отрицать, что Павел Пикман – талантливый поэт?! Чуждый земного тлена и вздохом мир объемлющий?! Прочитайте еще раз внимательно эпиграф. Кто-либо осмелится возражать, что это – почти полная “сбыча мечт” моего героя?! Так что поздравляю! До 120-ти тебе, дружище!!!

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ