ВЫСТУПЛЕНИЕ Х...

ВЫСТУПЛЕНИЕ ХИЛЛАРИ КЛИНТОН В СОВЕТЕ ПО МЕЖДУНАРОДНЫМ ОТНОШЕНИЯМ

137
26
ПОДЕЛИТЬСЯ

Хиллари КлинтонБольшое спасибо, Ричард (скорее всего имеется ввиду Ричард Хаасс (Richard Haass) – президент Совета по Международным отношениям – прим. ред.). Мне очень приятно выступить в этом новом здании. Я много раз бывала в вашем нью-йоркском головном офисе, но хорошо, что представительство Совета появилось прямо тут, по соседству с Госдепартаментом. Мы часто консультируемся с вами, и мне приятно сознавать, что не нужно будет ездить слишком далеко за советом, что нам делать и в каком ключе думать о будущем.

Ричард только что представил своего рода конспект моего выступления, обрисовав стоящие перед нами проблемы. Но я вижу в аудитории не только многих друзей и коллег, но также и сотрудников предыдущих администраций. Так что почтовый ящик у меня постоянно забит до отказа.

Незадолго до моего прихода в Государственный департамент один из бывших госсекретарей посоветовал мне: старайтесь не перегружать себя. Вроде бы мудрый совет, но – увы – нереальный. Нынешняя международная обстановка не позволяет расслабляться: две войны, конфликт на Ближнем Востоке, непрекращающиеся угрозы воинствующего экстремизма и распространения ядерного оружия, глобальная рецессия, изменение климата, голод и эпидемии, растущий разрыв между богатыми и бедными… Все эти вызовы непосредственно затрагивают безопасность и процветание Америки, все они угрожают глобальной стабильности и прогрессу.

Однако они не дают оснований отчаиваться по поводу будущего. Те же самые силы, которые усугубляют наши проблемы, – экономическая взаимозависимость, открытые границы, быстрые потоки информации, капитала, товаров, услуг и людей, – могут помочь и в их решении. А, учитывая, что те же вызовы грозят и многим другим государствам, Америка получает возможность, связанную с огромной ответственностью, возглавить поиски ответов на них в сотрудничестве с  другими странами. Такова суть нашей миссии в сегодняшнем мире.

Правда, кое-кто усматривает в усилении других государств и в наших нынешних экономических неурядицах признаки заката американской мощи. Другие просто не желают доверить нам ведущую роль, потому что в их глазах Америка – держава, не желающая ни перед кем отчитываться и навязывающая другим свою волю, не считаясь ни с их интересами, ни с нашими принципами. Но они ошибаются.

Вопрос не в том, может ли и должна ли наша страна взять на себя роль лидера, а в том, как она собирается выполнять эту задачу в 21-м веке. Жесткие идеологические конструкции и старые рецепты не годятся. Нам нужно по-новому взглянуть на то, как Америка должна использовать свое могущество для того, чтобы защищать свой народ, распространять плоды процветания во имя всеобщего блага и помогать все большему числу людей во все большем числе стран в полной мере раскрывать свой дарованный Богом потенциал.

Президент Обама побуждает нас выходить за рамки привычных представлений. Он открыл новую эру расширения международных связей на основе совпадения интересов, общих ценностей и взаимоуважения. Двигаясь вперед, мы должны, опираясь на уникальные сильные стороны Америки, продвигать эти интересы с помощью партнерств и пропагандировать всеобщие ценности силой примера и посредством раскрепощения людей. Так мы сможем выработать глобальный консенсус, необходимый для отражения угроз, снижения опасностей и реализации возможностей  21-го столетия. Пока мы будем хранить верность идеалам и следовать стратегиям, созвучным требованиям времени, Америка всегда будет в числе мировых лидеров. Свое руководство Америка будет осуществлять, создавая партнерства и решая проблемы, которые ни одной стране не под силу решить самостоятельно. Мы будем проводить политику, направленную на мобилизацию все новых партнеров и достижение реальных результатов.

Но прежде всего мне хотелось бы заметить, что при всей важности идей, на основе которых строится наша внешняя политика, для меня это не просто интеллектуальное упражнение. В течение 16 лет у меня была возможность, более того – привилегия представлять нашу страну за рубежом в качестве первой леди, в качестве сенатора, а сейчас в качестве госсекретаря. Я видела раздутые животы голодающих детей, видела продаваемых в рабство девочек, мужчин, гибнущих от болезней, которые можно было бы вылечить, женщин, лишенных права владеть имуществом и голосовать, молодых людей, не имеющих ни образования, ни работы и охваченных чувством безнадежности в отношении своего будущего.

Но я также видела, как надежда, трудолюбие и изобретательность преодолевают любые преграды. В течение почти 36 лет я была участницей движения за права детей, женщин и семей в нашей стране. Я исколесила всю Америку, слушая, что говорят люди о своих повседневных заботах. Я встречалась с родителями, отчаянно пытающимися удержаться на работе, наскрести денег, чтобы уплатить за жилье, внести плату за обучение детей в университете, купить медицинскую страховку.

Все, что я делала и видела, убедило меня в том, что наша внешняя политика должна служить нуждам людей – потерявшего работу сборщика автомобилей из Детройта, будущее которого зависит от оживления глобальной экономики; фермера или владельца малого бизнеса в третьем мире, где отсутствие перспектив порождает политическую нестабильность и экономический застой; семей, члены которых рискуют жизнью за нашу страну в Ираке, Афганистане и в других местах; детей всей планеты, которые заслуживают лучшего будущего. Это те люди (а их сотни миллионов у нас в Америке и миллиарды во всем мире), чей жизненный опыт, надежды и чаяния должны учитываться нами при принятии решений и проведении их в жизнь. Все они служат источником вдохновения для меня и моих коллег в нашей повседневной деятельности.

При решении приоритетных задач нашей внешней политики нам приходится иметь дело с неотложными, важными и долгосрочными проблемами одновременно. Но при всем при том, что мы вынуждены работать в многозадачном режиме – что особенно привычно для женщин (смех в зале), – нам все же необходимо выдерживать приоритетные направления, на которые указывал президент Обама в своих выступлениях в Праге и Каире, в Москве и Аккре. Мы стремимся обратить вспять процесс распространения ядерного оружия, не допустить его применения и построить мир, свободный от этой угрозы. Мы стремимся изолировать и разгромить террористов, дать отпор воинствующим экстремистам, одновременно протягивая руку дружбы всем мусульманам в мире. Мы стремимся поощрять и облегчать попытки всех сторон добиться всеобъемлющего мира на Ближнем Востоке. Мы стремимся проложить путь к глобальному экономическому оздоровлению и росту, укрепляя свою собственную экономику, принимая энергичные меры в сфере развития, расширяя свободную и честную торговлю и стимулируя инвестиции, создающие достойные рабочие места. Мы стремимся противостоять глобальным изменениям климата, укрепить энергетическую безопасность и заложить фундамент будущего процветания на основе экологически чистых видов энергии. Мы стремимся поддерживать и поощрять демократические правительства, которые охраняют права народа и эффективно трудятся ради его блага. Наконец, мы намерены повсюду бороться за права человека.

Свобода, демократия, правосудие и открытые возможности – таковы принципы, лежащие в основе наших приоритетов. Кое-кто утверждает, будто мы прикрываемся этими идеалами для оправдания действий, идущих с ними вразрез. Нас также часто обвиняют в высокомерии и имперских поползновениях, в попытках укрепить свое могущество за счет других. Нельзя не признать, что подобные представления способствуют росту антиамериканских настроений, но они не отражают  нашей истинной сущности. Бесспорно, в последние годы наша репутация несколько пострадала, но это временный ущерб. Наше реноме – это как мой локоть, состояние которого улучшается с каждым днем (смех в зале).

Будь то в Латинской Америке или Ливане, Иране или Либерии, – те, кто вдохновляется идеями демократии, кто понимает, что демократия – это не просто честные выборы, но также защита прав меньшинств и свобода печати, сильные, компетентные и независимые органы судебной, законодательной и исполнительной власти, те, кто выступает за демократию, чтобы добиться реальных результатов, – все они убедятся в том, что американцы их друзья, а не враги. Как ясно дал понять на прошлой неделе президент Обама в своей речи в Гане, нынешняя администрация будет стоять за подотчетное и транспарентное государственное управление и поддерживать тех, кто трудится на строительстве демократических институтов, где бы они ни жили.

Наш подход к внешней политике должен отражать мир, каков он есть сейчас, а не каким он был раньше. Попытки применить в нынешних условиях идею “концерта великих держав” 19-го столетия или стратегию силового баланса 20-го века лишены смысла. Мы не можем вернуться к принципу сдерживания времен “холодной войны” или к концепции унилатерализма.

Сегодня мы должны признать, что наш мир определяется двумя непреложными фактами: во-первых, ни одной стране не дано в одиночку ответить на все мировые вызовы. Слишком сложны проблемы. Слишком много конкурентов ведут борьбу за влияние – от нарождающихся держав до корпораций и преступных картелей; от НПО до “Аль-Каиды”; от контролируемых государством СМИ до микроблогеров «Твиттера».

Во-вторых, большинство государств тревожат одни и те же глобальные угрозы – от нераспространения до эпидемий и терроризма. Но в то же время перед ними стоят весьма реальные преграды, обусловленные причинами исторического, географического, идеологического порядка, а также фактором инерции. Эти преграды не позволяют им претворить общность интересов в действенное сотрудничество.

Эти два основополагающих факта требуют совершенно иной глобальной архитектуры, при которой у государств появятся реальные стимулы сотрудничать и выполнять свои обязательства, вместо того чтобы отсиживаться в сторонке или сеять распри и раздоры.

Таким образом, мы намерены взять на себя инициативу в преодолении “проблем коллективного действия”, как их называют эксперты по внешней политике, в том числе и в вашем Совете. Я же их называю препятствиями на пути сотрудничества. Ибо подобно тому, как ни одно государство не в состоянии ответить на эти вызовы в одиночку, ни на один вызов нельзя ответить без участия Америки.

Практически это означает, что мы будет действовать через существующие институты и реформировать их. Но мы пойдем и дальше. Мы воспользуемся своим умением мобилизовывать и сплачивать разные страны с тем, чтобы на основе продуманных внешнеполитических стратегий создавать партнерства, нацеленные на решение проблем. Мы будем также выходить за рамки межправительственных контактов, давая негосударственным организациям и рядовым гражданам возможность участвовать в поисках решения проблем.

Мы убеждены, что такой подход – в наших интересах, ибо он позволяет сплачивать разных партнеров на основе общих забот. При нем станет труднее тем, кто уклоняется от ответственности или злоупотребляет своей властью, но будут приглашены к столу любое государство, любая группа и любое частное лицо, готовые взять на себя справедливую долю общего бремени. Короче говоря, мы намерены играть роль лидера путем поощрения более широкого сотрудничества и ОСЛАБЛЕНИЯ КОНКУРЕНЦИИ, путем перехода от многополярного мира к миру многопартнерскому.

Мы сознаем, что такой подход – не панацея от всех бед. Мы не питаем иллюзий насчет стоящей перед нами задачи. Не все в мире желают нам добра, не все разделяют наши ценности и интересы.  А кое-кто будет активно пытаться подорвать наши усилия. В таких случаях наши партнерства смогут сыграть роль силовых коалиций, способных сдерживать или преодолевать подобные негативные действия.

Нашим врагам и потенциальным противникам следует знать, что хотя мы предпочитаем дипломатию и развитие, это не альтернатива нашему арсеналу национальной безопасности. Наша готовность к переговорам не есть признак слабости, которым можно будет воспользоваться. Если понадобится, мы будем энергично и без колебаний защищать наших друзей, наши интересы и особенно наш народ силами самой могучей армии в мире. Это не тот вариант, который нам не терпится пустить в ход, и это не угроза, – это наше обещание всем американцам.

Построение архитектуры глобального сотрудничества потребует от нас выработки соответствующей политики и применения соответствующих инструментов. Я часто упоминаю о “разумной мощи”, поскольку эта идея занимает центральное место в нашем концептуальном мышлении и в процессе принятия решений. Она означает разумное применение всех средств, имеющихся в нашем распоряжении, включая способность мобилизовывать и сплачивать. Она означает нашу экономическую и военную мощь, наш предпринимательский и инновационный потенциал, таланты и репутацию НАШЕГО НОВОГО ПРЕЗИДЕНТА и ЕГО КОМАНДЫ. Она также означает использование старого доброго здравого смысла при выработке политики. Это смесь принципиальности и прагматизма.

Разумная мощь претворяется в конкретные политические подходы в пяти областях. Во-первых, мы намерены модернизировать существующие и создавать новые механизмы сотрудничества с партнерами; во-вторых, мы будем стремиться к диалогу с теми, кто с нами не согласен, но отнюдь не в ущерб нашим принципам; в-третьих, мы собираемся использовать фактор развития в качестве центральной опоры американского могущества; в-четвертых, мы будем сочетать гражданские и военные акции в очагах конфликтов; наконец, в-пятых, мы будем опираться на ключевые источники американского могущества, включая экономическую мощь и силу примера.

Наш первый подход заключается в том, чтобы разрабатывать более крепкие механизмы сотрудничества с нашими историческими союзниками, нарождающимися державами и международными институтами, и развивать такое сотрудничество, как я уже сказала, прагматичным образом, но не жертвуя принципами. С нашей точки зрения это не взаимоисключающий, а взаимодополняющий подход.

Мы начали с укрепления наших основных альянсов, которые, надо признать, ослабли в последние годы. В Европе это означает улучшение двусторонних отношений, налаживание более продуктивных партнерских связей с Европейским союзом и обновление НАТО. Я считаю, что НАТО – величайший альянс в истории. Однако он был создан для “холодной войны”. Новый блок НАТО представляет собой демократическое сообщество, охватывающее почти миллиард человек от Балтики на востоке до Аляски на западе. Мы ведем работу по усовершенствованию стратегической концепции альянса, с тем, чтобы он был столь же эффективным в этом столетии, как и в прошлом.

В то же время мы работаем с нашими ключевыми союзниками по договорам – Японией и Кореей, Австралией, Таиландом и Филиппинами – и другими партнерами над укреплением наших двусторонних отношений, а также транстихоокеанских институтов. Соединенные Штаты являются как трансатлантическим, так и транстихоокеанским государством.

Мы будем также активно призывать крупные и растущие мировые державы – Китай, Индию, Россию и Бразилию, а также Турцию, Индонезию и Южную Африку – выступать как полноправные партнеры в решении глобальных вопросов. Я хочу подчеркнуть важность этой задачи и мою личную приверженность ей. Сотрудничество этих государств жизненно важно для решения общих проблем и продвижения наших приоритетов – в частности, нераспространения ядерного оружия, борьбы с терроризмом, экономического роста, изменения климата. В отношениях с этими странами мы будем твердо стоять на своих принципах, одновременно занимаясь поиском общих точек соприкосновения.

На этой неделе я отправлюсь в Индию, где вместе с министром иностранных дел Кришной мы изложим широкую повестку дня, которая требует общеправительственного подхода к нашим двусторонним отношениям. Позднее в этом месяце мы вместе с министром финансов США Гайтнером возглавим наши усилия в рамках нового стратегического и экономического диалога с Китаем. Он будет охватывать не только экономические вопросы, но и ряд стратегических задач, стоящих перед нашими двумя странами. Осенью я отправлюсь в Россию для начала работы в рамках двусторонней президентской комиссии, сопредседателями которой будут министр иностранных дел Лавров и я.

Сам факт проведения этих и других встреч еще не гарантирует результатов, но они позволят инициировать процессы и наладить связи, которые расширяют наши возможности сотрудничества и сужают области разногласий без каких-либо иллюзий. Мы знаем, что прогресс будет, вероятно, достигнут не сразу, и нас ждут различные препятствия, но мы полны решимости взять этот курс и сохранять его.

Наши глобальные и региональные институты были созданы для мира, в котором со временем произошли перемены, поэтому эти институты тоже должны быть преобразованы и реформированы. Как сказал президент по завершении недавно прошедшего в Италии саммита “Большой восьмерки”, мы стремимся к институтам, которые “объединяют эффективность и способность к действиям с инклюзивностью”. От ООН до Всемирного банка, от МВФ до “Большой восьмерки” и “Большой двадцатки”, от ОАГ и саммита государств Западного полушария до АСЕАН и АТЭС – все эти и другие институты должны играть свою роль, но их жизнеспособность и актуальность зависят от их легитимности и представительности, а также способности их членов действовать оперативно и ответственно в случае возникновения проблем.

Наши усилия не будут ограничиваться работой в рамках правительств, ибо мы считаем, что партнерства с участием рядовых граждан играют важнейшую роль в нашей государственной политике 21-го века. Речь президента Обамы в Каире – наглядный пример прямого обращения к народу, подхода “снизу вверх”. В дополнение к этому мы осуществляем всеобъемлющую программу учебных обменов, ведем информационно-пропагандистскую деятельность и стимулируем деловое сотрудничество. В каждой из стран, которые я посещаю, я ищу возможности укрепления гражданского общества и общаюсь с людьми, будь то в ходе встречи в муниципалитете Багдада – впервые в истории Ирака – или участвуя в местных телевизионных шоу, популярных среди молодежи, встречаясь с борцами за демократию, женщинами, потерявших мужей на войне, или студентами.

Я назначила специальных представителей, внимание которых сосредоточено  на решении конкретных проблем. В их числе – первый в истории посол по глобальным проблемам женщин, а также посол по созданию новых частно-государственных партнерств и взаимодействию с национальными диаспорами в США по вопросам расширения возможностей в их родных странах. И мы работаем в Государственном департаменте над обеспечением использования нашим правительством самых передовых инновационных технологий, не только для межгосударственного диалога или для стимулирования разработки и внедрения технологий, но и для расширения возможностей, особенно для тех, кто слишком часто остается на обочине развития. Мы принимаем эти меры, потому что непосредственное общение с людьми будет побуждать их к сотрудничеству с нами, благодаря чему наши партнерские связи с правительствами и народами их стран будут становиться более прочными и долговечными.

Мы также начали применять более гибкий и прагматичный подход в отношениях с нашими партнерами. Мы соглашаемся не по всем вопросам. Тот факт, что мы твердо придерживаемся наших принципов, не должен мешать нам работать вместе там, где это возможно. Поэтому мы не будем ставить перед нашими партнерами ультиматумов и не будем им говорить: “Вы либо с  нами, либо против нас”. В сегодняшнем глобализованном мире подобный подход неприемлем.

Примером в этом плане является наша дипломатия в отношении Северной Кореи. Мы приложили значительные дипломатические усилия для достижения консенсуса в Совете Безопасности в связи с провокационными действиями Северной Кореи. Я много раз беседовала со своими коллегами из Японии, Южной Кореи, России и Китая, проявляя внимание к волнующим их вопросам, четко обозначая наши принципы и пределы допустимого и осуществляя поиск пути вперед. Краткосрочными результатами были две единодушно принятые жесткие резолюции Совета Безопасности, предусматривающие реальные последствия для Северной Кореи. Кроме того, мы заручились активным участием Китая, России и Индии в попытках убедить другие страны выполнять резолюции. Долгосрочным результатом, как мы полагаем, будут более жесткие совместные усилия в направлении полной и поддающейся проверке денуклеаризации Корейского полуострова.

Развитие этих партнерств в полном объеме требует много времени и терпения, а также упорства. Это отнюдь не означает проволочки по актуальным вопросам, как не является и оправданием для затягивания усилий, которые могут длиться годами, прежде чем они принесут плоды. Одно из моих любимых высказываний принадлежит Максу Веберу: “Политика – это долгий и нудный процесс сверления твердой древесины. Он требует как страсти, так и перспективного мышления”. Перспективное мышление подчиняет себе страсть и терпение. И, конечно же, страсть предохраняет нас от поисков оправдания бездействию.

Я прекрасно понимаю, что время само по себе не залечит все раны, примером чему является палестинско-израильский конфликт. Поэтому мы не теряли впустую время и с первого же дня начали интенсивные усилия по реализации прав палестинцев и израильтян жить в мире и безопасности в двух государствах, что отвечает интересам Америки и всего мира. Мы работаем с Израилем над решением проблемы поселений, над облегчением условий жизни палестинцев и созданием обстоятельств, которые могут привести к созданию жизнеспособного палестинского государства. За последние несколько десятилетий различные американские администрации занимали последовательную позицию в вопросе ближневосточного урегулирования. И хотя мы ожидаем действий со стороны Израиля, мы осознаем, что эти решения являются политически сложными.

Мы также знаем, что ответственность за прогресс на пути к миру не может быть возложена лишь на Соединенные Штаты или Израиль. Прекращение конфликта требует действий со всех сторон. Палестинцы несут ответственность за активизацию и расширение масштабов позитивных мер, уже принимаемых в области безопасности; решительные действия против подстрекательства; а также воздержание от любых шагов, снижающих вероятность проведения конструктивных переговоров.

Арабские государства несут ответственность за поддержку Палестинской администрации словом и делом, за принятие мер по улучшению отношений с Израилем и подготовку народов их стран к мирному урегулированию и признанию места Израиля в этом регионе. Мирное предложение Саудовской Аравии, которое поддержали более двадцати государств, является позитивным шагом. Но мы считаем, что необходимо делать больше. Поэтому мы просим тех, кто принял это предложение, принять в ближайшее время значимые меры. Анвар Садат и король Хусейн пересекли важные пороги, и их смелость и видение мобилизовали сторонников мира в Израиле и проложили путь для заключения прочных соглашений. Обеспечив поддержку палестинцам и сделав предложение, пусть даже скромное, израильтянам, арабские государства смогут также повлиять на развитие событий. Поэтому я обращаюсь ко всем сторонам: недостаточно лишь заявлять о стремлении к миру. Вы также должны противодействовать культуре ненависти, нетерпимости и неуважения, из-за которой конфликт носит непрерывный характер.

Наш второй стратегический подход к внешней политике заключается в том, что главная роль в ней отводится дипломатии, даже в случаях, когда мы имеем дело с противниками или странами, с которыми у нас имеются разногласия. Мы считаем, что этот подход способствует продвижению наших интересов и ставит нас в более выгодное положение, позволяющее нам вести за собой партнеров. Мы не можем бояться диалога или отказываться от контактов. Тем не менее, нам нередко указывают на то, что это является признаком наивности или молчаливого согласия с репрессиями этих стран в отношении собственных граждан. Я считаю, что это неверно. Если диалог с тем или иным государством может способствовать продвижению наших интересов и наших ценностей, неразумно отказываться от него. Переговоры могут дать нам представление о планах режимов и создать возможность – даже если она кажется отдаленной – того, что это режим в конечном итоге изменит свое поведение в обмен на преимущества, которые несет принятие в международное сообщество. Одним из таких примеров является Ливия. Исчерпав возможности для диалога, мы также добьемся того, что наши партнеры, скорее всего, проявят большую готовность оказывать давление, если попытки убедить ту или иную сторону потерпят неудачу.

С учетом этого, я хотела бы сказать несколько слов об Иране. Мы с восхищением наблюдали за активностью избирателей в ходе выборов в этой стране, однако были потрясены тем, как правительство использовало насилие для подавления голосов иранского народа, а затем попыталось скрыть свои действия, арестовав иностранных журналистов и граждан других государств, выдворив их за пределы Ирана и отрезав им доступ к современным средствам связи. Мы и наши партнеры по “Большой восьмерке” ясно дали понять, что эти действия являются прискорбными и неприемлемыми. Нам хорошо известно, что мы унаследовали в отношении Ирана, потому что мы имеем дело с этим наследием каждый день. Мы знаем, что отказ от диалога с Исламской Республикой не привел к изменению планов Ирана по созданию ядерного оружия, ослаблению поддержки Ираном террористов или улучшению отношения правительства Ирана к собственным гражданам.

Ни президент, ни я не питаем никаких иллюзий о том, что диалог с Исламской Республикой послужит гарантией какого-либо успеха, и его перспективы, несомненно, изменились за несколько недель, прошедших после выборов. Однако мы также понимаем важность предоставления Ирану возможности вступления в диалог и постановки перед его лидерами четкого выбора: либо стать ответственным членом международного сообщества, либо продолжить движение по пути к дальнейшей изоляции.

Прямые переговоры обеспечивают наилучшее средство для изложения и разъяснения этой альтернативы. Вот почему мы совершенно четко заявили лидерам этой страны: Иран не имеет права обладать военным ядерным потенциалом, и мы полны решимости предотвратить это. Однако страна будет иметь право на мирную атомную энергию, если ей удастся восстановить доверие международного сообщества в отношении того, что Иран будет использовать свою программу исключительно в мирных целях.

Иран может стать конструктивной силой в регионе, если он перестанет угрожать своим соседям и поддерживать терроризм. Он может занять ответственную позицию в рамках международного сообщества, если будет выполнять свои обязательства в области прав человека. Выбор очевиден. Мы по-прежнему готовы сотрудничать с Ираном, но время для его действий уже наступило. Эта возможность не будет оставаться открытой бесконечно.

Наш третий подход к осуществлению внешней политики, являющийся также личным приоритетом для меня как государственного секретаря, заключается в том, чтобы сделать развитие и интеграцию одним из столпов американского могущества. Улучшая материальные условия жизни людей во всем мире, мы укрепляем нашу безопасность, наше благосостояние и наши ценности. Эти усилия также создают основу для более широкого глобального сотрудничества благодаря наращиванию потенциала новых партнеров и решению общих проблем с нуля.

Главная цель четырехгодичного пересмотра политики в области дипломатии и развития, о проведении которого я объявила на прошлой неделе, состоит в том, чтобы изучить, как эффективно разрабатывать, финансировать и осуществлять развитие и оказывать иностранную помощь в рамках более широкой внешней политики. Посмотрим правде в глаза. Мы выделяем на цели развития меньшую долю государственного бюджета, чем почти все другие развитые страны. И слишком малая доля из расходуемых нами средств способствовала подлинному и долгосрочному прогрессу. Слишком много денег так и не дошло до адресата, оставаясь здесь, в Америке, где эти средства тратятся на заработную плату и накладные расходы по контрактам. Я привержена расширению партнерских связей с НПО, но хочу, чтобы больше наших налоговых средств использовалось эффективно и приносило ощутимые результаты.

Стремясь к созданию более гибких, эффективных и творческих партнерств в целях развития, мы сосредоточим внимание на инициативах, ориентированных на страну-получателя, таких, как запускаемые нами программы с Гаити в области восстановления и устойчивого развития и с африканскими государствами по борьбе с голодом во всем мире. Эти инициативы должны разрабатываться не для того, чтобы страны могли сводить концы с концами, они являются средством, которое поможет им прочно встать на ноги.

Наша повестка дня в области развития будет также нацелена на женщин в качестве движущей силы экономического роста и социальной стабильности. ЖЕНЩИНЫ УЖЕ ДАВНО СОСТАВЛЯЮТ БОЛЬШИНСТВО СРЕДИ НАИМЕНЕЕ ЗДОРОВЫХ, НАИМЕНЕЕ ОБРАЗОВАННЫХ И НАИБОЛЕЕ ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ НА ПЛАНЕТЕ. ОНИ ТАКЖЕ СОСТАВЛЯЮТ ОСНОВНУЮ ЧАСТЬ БЕДНЕЙШЕГО НАСЕЛЕНИЯ МИРА. Глобальная рецессия оказывает непропорциональное воздействие на женщин и девочек, что, в свою очередь, негативно сказывается на семьях, общинах и даже регионах. Пока не будут соблюдаться права женщин всего мира, – и пока им не будут предоставляться возможности в получении образования, здравоохранении и трудоустройстве –  у глобального прогресса и процветания будет свой собственный “стеклянный потолок”.

Наш четвертый подход заключается в том, чтобы наши гражданские и военные усилия действовали скоординированным и взаимодополняющим образом там, где мы вовлечены в конфликт. Это является основой нашей стратегии в Афганистане и Ираке, где мы объединяем наши усилия с международными партнерами.

В Афганистане и Пакистане наша цель состоит в том, чтобы сорвать деятельность “Аль-Каиды” и ее союзников-экстремистов, демонтировать и разгромить их сети и не допустить их возвращения ни в одну из этих стран. Тем не менее американцы часто спрашивают: почему мы просим наших юношей и девушек рисковать своей жизнью в Афганистане, когда руководство “Аль-Каиды” находится в соседнем Пакистане? И этот вопрос заслуживает серьезного ответа: мы и наши союзники ведем бои в Афганистане, потому что талибы защищают  “Аль-Каиду” и зависят от ее поддержки, а иногда даже координируют с ней свои действия. Иными словами, чтобы ликвидировать “Аль-Каиду”, мы должны также бороться с талибами.

Мы понимаем, что не все те, кто сражается в рядах движения “Талибан”, поддерживают “Аль-Каиду” или согласны с экстремистской политикой, проводившейся талибами, когда они были у власти. И сегодня мы и наши афганские союзники готовы приветствовать всех сторонников движения “Талибан”, которые отказываются от “Аль-Каиды”, слагают оружие и проявляют готовность участвовать в свободном и открытом обществе, предусмотренном Конституцией Афганистана.

Для достижения наших целей президент Обама направляет в Афганистан дополнительно 17 000 военнослужащих и 4 000 военных инструкторов. Не менее важно и то, что мы отправляем в эту страну сотни нанятых напрямую американских граждан, которые возглавят новые усилия по укреплению правительства Афганистана, помогут восстановить некогда динамичный сельскохозяйственный сектор, создать рабочие места, будут содействовать установлению верховенства закона, расширять возможности для женщин и обучать сотрудников афганской полиции. Никто не должен сомневаться в нашей приверженности Афганистану и его народу. Однако лишь сам афганский народ будет определять свое собственное будущее.

По мере продвижения мы не должны забывать, что успех в Афганистане также требует тесного сотрудничества со стороны соседнего Пакистана, который я посещу этой осенью. Пакистан испытывает интенсивное давление со стороны экстремистских группировок. Трехстороннее сотрудничество между Афганистаном, Пакистаном и Соединенными Штатами укрепило доверие и привело к прогрессу по ряду стратегических направлений. Наша национальная безопасность, равно как и будущее Афганистана, зависят от стабильного, демократического и экономически жизнеспособного Пакистана. И мы приветствуем вновь проявленную решимость пакистанцев вести борьбу с боевиками, которые угрожают демократии и нашей общей безопасности.

В Ираке мы активизируем наши программы в области дипломатии и развития, осуществляя ответственный вывод наших войск из страны. В прошлом месяце наши боевые части были успешно выведены из городов и населенных пунктов. Наша главная задача в настоящее время переходит от проблем безопасности к гражданским усилиям по укреплению иракского потенциала – поддержке работы иракских министерств и помощи в их усилиях по достижению национального единства. И мы развиваем долгосрочные экономические и политические отношения с Ираком в соответствии с Американо-иракским стратегическим рамочным соглашением. Это соглашение образует основу нашего дальнейшего сотрудничества с Ираком и иракским народом, и я с нетерпением ожидаю  обсуждения самого соглашения и его реализации с премьер-министром Малики, когда он прибудет в Вашингтон на будущей неделе.

Наш пятый подход связан с укреплением традиционных источников нашего влияния, включая экономическую мощь и силу примера. Мы вновь подтвердили приверженность нашим собственным ценностям, запретив пытки и начав процесс закрытия тюрьмы в Гуантанамо. И мы откровенно ведем дискуссии о нашей собственной доле ответственности за такие проблемы, как незаконный оборот наркотиков в Мексике и ГЛОБАЛЬНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА. Когда я признала очевидное в отношении нашей роли в нынешнем конфликте мексиканских властей с наркоторговцами, к этому отнеслись критически. Но наши критики не понимают главного. Наша способность взять на себя ответственность и наша готовность к переменам, к справедливым поступкам сами по себе являются отличительными чертами величия нашей страны и стратегическими активами, которые могут помочь нам сформировать коалицию во имя наших интересов.

Это, безусловно, верно, когда речь идет о таких ключевых приоритетах, как НЕРАСПРОСТРАНЕНИЕ И ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА. Президент Обама привержен концепции построения мира без ядерного оружия, а также принятию ряда конкретных мер по уменьшению угрозы и предотвращению распространения этого оружия, включая работу с Сенатом США по ратификации соглашения, которое заменит договор СНВ, и Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, принятие на себя большей ответственности в рамках Договора о нераспространении и проведение здесь, в Вашингтоне, в будущем году ядерного саммита с участием мировых лидеров. Теперь мы должны призвать других к практическим шагам по продвижению наших общих интересов в области нераспространения.

Наша администрация также привержена глубоким сокращениям выбросов парниковых газов в соответствии с планом, который кардинально изменит то, как мы производим, потребляем и сберегаем энергию. В процессе осуществления этого плана произойдет всплеск новых инвестиций и будут созданы миллионы рабочих мест. Теперь мы должны призвать все другие государства к выполнению их обязательств и использованию возможности для создания будущего, основанного на экологически чистой энергетике.

Мы восстанавливаем нашу отечественную экономику для укрепления нашего могущества и внешнеполитического потенциала, что особенно важно в этот период экономических потрясений. Хотя это направление не является традиционным приоритетом для государственного секретаря, я решительно поддерживаю оздоровление и рост американской экономики в качестве одной из основ нашего глобального лидерства. И я привержена восстановлению важной роли Государственного департамента в общеправительственном подходе к выработке международной экономической политики. Мы будем стремиться к обеспечению того, чтобы наша экономическая государственная политика – торговля и инвестиции, прощение долга, гарантии займов, техническая помощь, обмен передовым опытом – поддерживала наши внешнеполитические цели. В сочетании с серьезными усилиями в области развития, наши экономические программы могут привести к более совершенной форме глобализации, что позволит снизить уровень проявлявшейся в последние годы резкой оппозиции и помочь миллионам людей выбраться из нищеты.

И, наконец, я преисполнена решимости обеспечить то, чтобы у мужчин и женщин, находящихся на гражданской и дипломатической службе, были ресурсы, необходимые для осуществления наших приоритетов эффективным и безопасным образом. Именно поэтому я учредила должность заместителя государственного секретаря по вопросам управления и ресурсов. Именно поэтому мы столь усиленно добивались дополнительного финансирования для Государственного департамента и Агентства США по международному развитию. Именно поэтому МЫ ПРИНЯЛИ РЕШЕНИЕ УДВОИТЬ ОБЪЕМ ИНОСТРАННОЙ ПОМОЩИ в ближайшие годы. И именно поэтому мы осуществляем план резкого увеличения численности дипломатов и специалистов в области развития.

Точно так же, как мы никогда не откажем в боеприпасах американским военнослужащим, идущим в бой, мы не можем отправить наш гражданский персонал за границу без соответствующих ресурсов. Если мы не будем вкладывать средства в дипломатию и развитие, нам в конечном итоге придется потратить гораздо больше на устранение конфликтов и их последствий. Как сказал министр обороны Гейтс, дипломатия является незаменимым инструментом обеспечения национальной безопасности, как это было с тех времен, когда Франклину, Джефферсону и Адамсу удалось добиться иностранной поддержки для армии Вашингтона.

Все это сводится к весьма смелой повестке дня. Но в этом мире мы не можем позволить себе роскошь выбирать или медлить. Как я уже сказала в самом начале, нам приходится иметь дело с важными неотложными и долгосрочными проблемами одновременно.

Мы являемся одновременно свидетелями и творцами существенных изменений. Мы не можем и не должны быть пассивными наблюдателями. Мы полны решимости направить поток перемен в направлении создания мира, свободного от экстремизма, насилия, ядерного оружия, глобального потепления, нищеты и нарушения прав человека, и прежде всего – мира, в котором у большего числа людей во многих странах появятся возможности в полной мере проявить свои Богом данные способности.

Архитектура сотрудничества, которую мы стремимся построить, будет содействовать продвижению всех этих целей, используя нашу мощь не для того, чтобы доминировать и разделять, а для того, чтобы решать проблемы. Такова архитектура прогресса для Америки и всех стран.

Более 230 лет назад Томас Пейн сказал: “В нашей власти начать строить мир заново”. Сегодня, в новой и совсем другой эпохе, наш долг – использовать эту власть. Я считаю, что у нас правильная стратегия, правильные приоритеты, правильная политика, правильный президент, и у нас есть американский народ со всем его многообразием, готовностью к новым свершениям, который с надеждой смотрит в будущее.

Теперь пришло время осуществить задуманное. Большое вам спасибо. (Аплодисменты).

26 КОМЕНТАРИИ

  1. Я бы сказала о монументальности, грандиозности некоторых сюжетов. А назвала бы – “нефильтрованный реал”. На мой взгляд, красота – это все-таки другое: лучшее, чистое, избранное, заставляющее трепетать и поражаться. Можно найти красоту во всем, но всё скопом – не есть красота. Имхо.

  2. Заказывая офисную перевозку мебели в нашей фирме, вы можете быть уверены в абсолютной исполнительности нашего персонала. Ведь быстрый и аккуратный квартирный переезд поможет вам сэкономить собственное время и нервы.

  3. Я бы сказала о монументальности, грандиозности некоторых сюжетов. А назвала бы – “нефильтрованный реал”. На мой взгляд, красота – это все-таки другое: лучшее, чистое, избранное, заставляющее трепетать и поражаться. Можно найти красоту во всем, но всё скопом – не есть красота. Имхо.

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ