ДЕРЖИТЕ БАБУШ...

ДЕРЖИТЕ БАБУШКУ, ОНА УКРАЛА МЫЛО!

126
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

В Германии неуклонно растет число преступлений, совершенных пожилыми людьми. За последние 10 лет круг подозреваемых старше 60 лет увеличился примерно на 8%, а доля правонарушителей той же возрастной категории – более чем на 15%.

Портрет в интерьере реальности

Это не только кражи и мошенничество, но и угон автомобилей и нападения на банк, нередко совершаемые специально созданными группировками дедушек и бабушек.

Пенсионер, продающий наркотики. Бодрая седовласая дама, которая служит диспетчером в воровской шайке. Дедушка в инвалидном кресле, корректирующий действия своих ровесников, которые потрошат банкомат. Есть и свои рекордсмены. К примеру, старейший грабитель банков Германии – 96-летний Н.Т., регулярно посещающий с гастролями супермаркеты Саксонии. Он, как и другие рецидивисты, которые годятся ему в сыновья, называет основную причину – скудная пенсия и уровень бедности на фоне роста цен на продукты питания.

Таков коллективный портрет сегодняшних носителей преступности в Германии. Конечно, никуда не исчезла криминальность более юного возраста и мигрантов из стран Азии и Африки. Но доля людей предпенсионного и пенсионного возраста всё выше.

Федеральная уголовная полиция видит в этом новый вызов, которому надо давать свою оценку и достойный ответ. Геронтологи, в свою очередь, разводят руками: Германия, как и вся Европа, стремительно стареет, высокий процент жителей, кому за 50, – объективная реальность. Эксперты финансовых ведомств видят главную причину в том, что пенсии слишком незначительны, чтобы пожилой человек мог позволить себе нечто большее, чем объем кошелька. «Ну, что заработал…» – итожат руководители учреждений, начисляющие пенсии.

На недавней пресс-конференции, где упоминались три пожилых похитителя, на 1 млн. евро «нагревших» в течение нескольких лет банки в Вестфалии и Нижней Саксонии, шеф Федерального полицейского союза Оливер Мальхов озвучил неутешительный прогноз. В ближайшее время пожилых правонарушителей станет ещё больше.

Не расслабляйтесь, перед вами преступник

Уже сегодня их предостаточно. В 2012 году зарегистрированы 152 тыс. правонарушителей в возрасте за 60 лет. Это те, кто пойман, что называется, за руку. Но в общей сложности подозреваемых 2,1 млн. человек. По соотношению двух цифр понятно, что полиции удается найти только каждого тринадцатого злоумышленника.

Хартмут Пфайфер, ведущий криминолог Нижней Саксонии, выделяет эту возрастную группу: «Абсолютная величина таких преступников действительно невелика. Но ведь они более опытны, разумны, осторожны. А, стало быть, опасней. Выявить их гораздо сложнее, чем молодых».

По этой причине сотрудники полиции нуждаются в специальной подготовке. «Спецназ против стариков?» – иронизируют немецкие журналисты.

Оливер Мальхов насмешек не воспринимает. Не до шуток. Анализ преступлений в этой возрастной группе показывает: нарушители закона эффективно используют образ добродушного старикана с палочкой в руке. Ему жертва доверяет гораздо больше, чем такому же незнакомому, но молодому человеку. Надо научить людей осторожности, но прежде научить этому самих полицейских, которых пожилой и с виду немощный человек в считанные секунды может расслабить или разжалобить.

Еще один момент. Если есть суд по делам несовершеннолетних, отчего, исходя из сегодняшней ситуации в Германии, не создать суд по делам пожилых, которые, пользуясь наличием старческих болезней и других уловок, могут легко уходить от ответственности, определенной законом. Во всяком случае, в ходе судебных заседаний подобные аргументы не однажды принимались во внимание и смягчали наказание, подчеркивает Томас Герген, профессор Германского полицейского университета.

Пока что статистика не настраивает на оптимистичный лад. В 2012 году жертвами преступных деяний людей от 60 лет стали в ФРГ 55 тыс. человек, что на 2 тыс. больше, чем в 2011 году.

Самые типичные преступления

В Оснабрюке был пойман 85-летний дедушка, который царапал лезвием капот 14-го по счету автомобиля. Бухгалтер одной из баварских школ решил поиграть в злоумышленника, похитив в коридоре мальца, пока полиция, наконец, не смогла освободить его. Нередко ловят в магазине бабушек, которые воруют мыло, сладости и канцелярскую мелочевку – «подарки для внука», по их объяснению.

Есть дедушки, которые сколачиваются в банды, ничуть не отличимые по деяниям от молодежно-экстремистских. Причем, деды более сплоченны и организованны. Хотя ловят их на жестоких преступлениях: грабеж, убийство, изнасилование. Молодежь часто оправдывает свои действия желанием впрыснуть в кровь адреналинчика. Но тот же аргумент выдвинул в ходе следствия 80-летний пенсионер из Фольклингена, который уложил из дробовика своего арендатора и его жену, положив конец горячему спору по поводу счета за воду.

Наиболее распространенное правонарушение – вождение в нетрезвом виде. А это, если водителю за 50, – почти каждая четвертая поездка. Каждый десятый признавался, что сидел за рулем «под мухой» пять и более раз». И это не зависит от того, производят ли в этом регионе вино.

Старики-правонарушители – самые желанные гости газетных полос, однако до сих пор нет никакого научного объяснения явлению. Криминологические исследования сосредоточены, как правило, на подростках и молодежи до 30 лет. Казалось бы, жизнь подсказывает нишу для ученых Института Макса Планка, Института уголовного права во Фрайбурге и других научных центрах по изучению явления. Здесь могут не просто обобщить национальную ситуацию, но и дать рекомендации бундестагу по совершенствованию законодательства.

Ох, эти милые старички…

Академические исследования впереди. А отдельные уже ведутся. Социолог Франциска Кунц изучает вопрос, насколько часто пожилые люди становятся правонарушителями. «Преступное поведение далеко не редкость среди пожилых людей», – говорит она. Социолог провела в Зюдбадене анонимный опрос по электронной почте. Аудитория – 3500 мужчин и женщин в возрасте 49-80 лет. В вопроснике были перечислены 14 уголовных и других преступлений, в которых респондент готов признаться. 1997 честно ответили «да, могу совершить», а 99 дали интервью в дополнение к информации о мотивах, своем понимании нравственности и жизненных обстоятельствах.

Никому из тех, кому за 50, не доверяю. Таков общий вердикт, который выставили своим ровесникам участники опроса. Фактически приговор всем пожилым.

Чем же старички так друг друга разочаровывают? Каждый седьмой ездит «зайцем» в общественном транспорте – в Германии это традиционно рассматривается как вид мошенничества, хотя уголовного наказания за этим не последует, можно элементарно заплатить штраф 40 евро. Есть правонарушения посерьезней. К примеру, каждый пятый лжет, заполняя налоговую декларацию, каждый шестнадцатый работает «по-черному» (то есть не платит налоги), каждый двадцатый вводит в заблуждение страховое агентство.

Зюдбаден – один из самых процветающих регионов Германии. А число магазинных краж, совершаемых пожилыми, здесь рекордное для страны. Поэтому бедность как мотив в данном случае тут не срабатывает. «Большинство правонарушителей финансово обеспечены, социально хорошо интегрированы», – особо подчеркивает Франциска Кунц.

Другое исследование провела адвокат Кристина Лахмунд. На лице ее тоже ни тени улыбки, вопреки переводу фамилии (смеющийся рот). По иронии судьбы, она за последние пару лет вообще забыла, что значит смеяться от души.

Она изучила 4200 судебных дел лиц, которым за 60 в Дармштадте. Здесь число нарушений правил дорожного движения и воровство в магазинах примерно равное. Но есть и гендерные особенности. Старики крадут обычно строительные материалы и инструменты, а дамы в возрасте покидают супермаркет, не платя за косметику и дорогие конфеты. В общей статистике их доля невелика (10%), большинство из них – около 80% – впервые совершили правонарушение.

– Но не исключено, что их преступная карьера только начинается, – говорит фрау Лахмунд. – Пожилые имеют больше жизненного опыта, который подсказывает им возможные последствия преступления. Поэтому они стараются обезопасить себя, имея постоянных партнеров в криминальных делах.

Для того чтобы совершить большую часть преступлений, не достаточно просто физической силы. Гораздо важней сконцентрироваться на цели, разработать детальный план, придумать оригинальный способ его реализации. В этом преимущество немецкого «криминального старичка». До уровня Японии, где каждый пятый уголовник – человек, которому за 65, Германия, возможно, не доберется, но все к этому идет: число пожилых правонарушителей с 1988 года выросло в Германии почти в 5 раз.

Все дело в менталитете

Статистика от фрау Кунц и от фрау Лахмунд не самая приятная. Но не трагедия, как бы сказал наш закаленный совковым бытом человек. Но тут надо учитывать менталитет.

Если в Узбекистане ты платишь за составление небольшой справки $100 и не получаешь через неделю ничего, кроме реплики «Плати еще!», то это – нормально.

Если в московской школе дистанционного обучения вместо 6000 рублей, выделяемых мэрией в сутки на питание подростка, прибывшего из постсоветских государств, тратят только 600, то это тоже в порядке вещей.

Если мой друг после 18 лет жизни в Израиле ответственно, на трезвую голову заявляет мне «В этой стране воруют все!», то я понимаю, что мошенничеством тут никого не удивишь.

Поэтому ситуация в Германии в глазах жителя Узбекистана, Москвы и Израиля на фоне тотальной коррупции в этих странах не столь катастрофична. Однако у немцев своя точка отсчета. Большая их часть уважает закон. Врать, мошенничать, брать взятки, присваивать чужое нельзя.

Точка невозврата еще не пройдена. Но если все пойдет такими же темпами, как сегодня, то к 2050 году численность правонарушителей за 60 вырастет до 30%. Это вполне возможно, учитывая увеличение продолжительности жизни и снижение рождаемости. Преступление будет стареть и становиться более опасным по уже названной причине: человек за 60 имеет солидный багаж жизненного опыта, который позволяет ему становиться более изобретательным.

Если с каждым годом будет больше пенсионеров, социальные пособия им – ввиду уменьшения процента трудоспособных и работающих – будут снижаться. Значит, будет обостряться проблема бедности и социальной изоляции многих пожилых людей. Как на них смотреть?

Тюремные будни

– Да так и смотреть, как есть. Как на правонарушителей пожилого возраста, – говорит Томас Маус, который много лет работает в тюрьме Зингена. Он не надзиратель, а руководитель службы по социальной поддержке. – У них застарелые боли в позвоночнике, подрастающие внуки и масса свободного времени. Это значит, что рядом с унитазом надо прикрепить ручку, чтобы ему легче было отправлять естественные надобности, дать больше времени на свидания с родными и занять их посильной работой.

Все эти и другие заботы на стыке физиологии и психологии входят в обязанности Томаса. Работы много. Он в своем роде пионер новых методик. Если он успешно завершит ряд программ, то этот опыт будет перенесен в другие тюрьмы Германии, где отбывают наказание свыше 2 тыс. преступников за 60. Он трудится над этим с 1990 года.

Прежде всего, он добился того, чтобы 52 его подопечных имели свободное перемещение по тюремной зоне с 7 утра до 22 вечера. Вместо уставного часа посещений родными в месяц ввел 6. Но ведь это тюрьма, каждый третий в которой либо мошенник, либо совершивший сексуальное преступление, либо иное насилие. Не слишком ли вольготный режим придумал Томас Маус?

– Могу лишь повторить: заключенные – разумеется, преступники, но это пожилые люди. Они не симулируют возрастные болезни, и это надо принимать во внимание. Все, что делается для них, – а это организация быта, труда и развлечений, – привязано к возрасту. Мы придаем большое значение сохранению мобильности и социальной защищенности. Достигается это гимнастикой, трудотерапией, изучением ремесел, тренировкой памяти, диетами, кулинарными мастер-классами для диабетиков. Если в обычной тюрьме царит главное правило – закон джунглей, где есть «пахан», «шестерки» и другие категории, то здесь насилие над слабым исключено. Потому что слабым всегда оказывается не способный дать достойный отпор.

Пожилые менее агрессивны, даже если по природе своей резки и неуживчивы. Но в камере они меняются. Потому что в силу возраста больше нуждаются в уходе, сочувствии. Перспективы, подобной молодым, они не имеют изначально. Но надежды вернуться в семью они терять не должны.

– Есть все основания думать, что единственная в своем роде тюрьма для пожилых в Зингене, земля Баден-Вюртемберг, скоро получит «сестричек» в других землях, – прогнозирует Томас Герген. – Среднестатистический обитатель зингенской тюрьмы – 62-летний человек со сроком заключения 15 месяцев. Самому старшему заключенному – 80 лет. Тюрьма заполнена до отказа.

Решение о тюрьмах для пожилых правонарушителей или отдельный тюремный блок для них – уже воплощенная или воплощаемая идея в Детмольде, Швальме, Лемцбурге и других городах ФРГ и Швейцарии.

Место встречи изменить нельзя

… Быстрые, молнии подобные взгляды влево и вправо – и желанная вещь мигом оказывается в просторной сумке. На выходе из супермаркета 78-летняя Элизабет М. делает детективу самые честные глаза. Но он ей не верит.

– Фрау, это четвертая наша встреча.

– Вы правы, детектив, – Элизабет смахивает слезу. Вполне искренне. Она ничего не может с собой поделать. – Пенсию мне так и не прибавили. Сын мне не звонит больше года. Внукам я вообще не нужна. Вы понимаете?

– Понимаю, милая Элизабет. Но это – воровство. – Он кладет тяжелую руку на хрупкое плечо дамы, что означает очередной «разбор полетов» в кабинете шефа супермаркета, а затем и в зале суда.

Она знает, что последует дежурный вопрос «На что вы надеялись?». И знает свой ответ: «На то, что это останется незамеченным». Наивная душа. Это – при обилии видеокамер. Таких элизабет каждый год прибавляется в Германии на 6-7% с 1997 года.

Большая часть краж в супермаркетах происходит на фоне нарастающей бедности.

Но кража – еще и приключение, пережив которое можно ощутить эмоциональный всплеск и желание повторить попытку. Пожилые ищут любую возможность перемен, и кража в супермаркете – как раз из этого разряда. Впрочем, известны случаи намеренного поджога имущества, тех же одеял, когда приезд команды пожарников пожилой человек считает личной удачей. Таких случаев немало. Каждый четвертый пожар в доме пожилого человека инсценирован. В чем тут дело?

Многие из пожилых людей попросту одиноки. Совершая кражу, пожар, устраивая скандал в аптеке или на приеме в социальном ведомстве, они хотят привлечь внимание к себе – забытым обществом, родными, бывшими сослуживцами, друзьями. Каждый четвертый из 20 миллионов пенсионеров в Германии нуждается в социальной помощи. И это не обязательно денежная поддержка.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ