ЕВРОПА СОЗДАЕ...

ЕВРОПА СОЗДАЕТ СВОЮ АРМИЮ

1
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Похоже, основная часть европейских стран-членов НАТО не готова услышать призыв президента Дональда Трампа об обязательном отчислении 2% своего бюджета на содержание Североатлантического альянса. Для них предпочтительней создавать собственную армию, чтобы сполна нести ответственность за оборону в Старом Свете, не перекладывая ее на США. 

Как вопрос о создании евроармии стал главным в ЕС?

Активизация воплощения идеи о создании единой армии Европы проявилась в последние месяцы. Тому есть актуальные и исторические причины.

С одной стороны, заявление Трампа «Америка превыше всего!» Как оценили этот слоган в Старом Свете? Он означает, как отмечает газета деловых кругов ФРГ Handelsblatt, что во внешней и внутренней политике США руководствуются исключительно своими национальными интересами. Что, в принципе, неудивительно. Но в таком случае верно и то, что и ЕС имеет право делать то же самое. Поэтому «правильным ответом» Брюсселя Вашингтону должно стать незамедлительное создание единой европейской армии, которая бы усилила сплоченность стран ЕС и обезопасила будущее Евросоюза.

Брюссель взял новый курс – полагаться исключительно на собственные ресурсы и решать европейские проблемы, рассчитывая только на себя. В контексте милитаристского угара в России и наращивания военной мощи Китая это означает для Европы выбор: или звать на помощь того же дядю Сэма, или справляться самим.

Европа выбрала второе. Тем более что идея вызревала давно.

История и актуальность

Планы согласованной политики в области обороны восходят к 1953 году, когда была выработана общая военная доктрина. Однако в ту пору основатели объединения, известного сегодня как ЕС, не смогли достичь согласия по вопросу о создании общей армии. Тому есть объяснение: в то время уже существовала НАТО, и дублирование одних и тех же задач могло стать тормозом, а не ускорителем процесса по укреплению общеевропейской безопасности.

До наступления нынешнего тысячелетия проект о европейской армии был спрятан под сукно, хотя время от времени предпринимались попытки вытащить его оттуда. Но уже в 2001 году были созданы Военный комитет и Военный штаб ЕС, а в 2005 году – совместные боевые группы из стран ЕС с участием до 3000 военнослужащих. К тому же в 2000-х в ходе различных совместных военных миссий на Ближнем Востоке и в Африке был наработан важный опыт совместных действий различных подразделений сухопутных войск, ВМФ и ВВС стран Европы.

В ноябре 2017 года 23 члена ЕС подписали соглашение о постоянном структурированном сотрудничестве по вопросам безопасности и обороны, которое называется PESCO (аббревиатура от Permanent Structured Cooperation). Хотя это соглашение не предусматривает создание армии ЕС, от всех подписавших его стран потребовалось подготовить национальные планы с оценкой их возможного вклада в единую систему обороны ЕС.

Основы для евроармии есть: юридическая и фактическая. Юридическая – статья 42 Договора о Европейском союзе, предусматривающая существенную военную интеграцию в рамках институциональной структуры Евросоюза. Фактическая – наличие 1 823 000 военнослужащих (2014), 546 кораблей, 2 448 самолетов, 788 вертолетов, 7 490 танков и других вооружений.

Вместе с США, говоря образно, акушерами по появлению PESCO можно считать британцев, которые всегда считались самыми несговорчивыми в ЕС, в том числе по оборонным вопросам. Но когда они проголосовали за Брексит, проблема по согласованию с британцами шагов к евроармии отпала сама собой. Таким образом, громко высказанные сомнения современных лидеров США и Великобритании о том, что без армий этих стран Европа обойтись никак не сможет, стали важным подспорьем к переформатированию национальных планов расходов на оборону в Старом Свете.

Кто создает евроармию?

Первыми приступили к переформатированию ведущие военные эксперты ФРГ и Франции. Они понимают, что, прежде всего, именно их усилиями будет создаваться оборонный щит Европы. По этой причине канцлер Германии Ангела Меркель, выступая в Страсбурге 13 ноября 2018 года, публично поддержала идею единой европейской армии, выдвинутую президентом Франции Эммануэлем Макроном. По ее словам, этот шаг покажет, что, во-первых, если век назад именно в Европе зарождались мировые войны, то в будущем война между европейскими странами невозможна, а, во-вторых, такое боевое соединение будет хорошим дополнением к силам НАТО.

У Дональда Трампа мнение прямо противоположное. Более того, он даже назвал Евросоюз «врагом» США, поставив его на первое место перед Россией и Китаем. Эксперты подчеркивают: беспокойство Трампа не случайно. Он понимает, что его стратегия по дестабилизации ЕС, по крайней мере, на данный момент привела к противоположному результату. ЕС сплочен, несмотря на Брексит. И это представляет угрозу США, поскольку маячит перспектива закрытия рынка ЕС для экспорта из США. По мнению Трампа, европейские государства должны тратить не менее 2% своего ВВП на оборону, закупая все у американцев.

Эммануэль Макрон отреагировал так: «Я не хочу, чтобы европейские страны увеличивали оборонный бюджет и закупали американское оружие и другую технику. Если мы и увеличим наш бюджет, то только для создания собственной автономии». То есть и «нужно больше Европы», и необходимость существования НАТО.

Слабое место европейской оборонки – ее раздробленность, недостаток единых стандартов. Поэтому она затратна и неконкурентоспособна. Фонд обороны призван помочь разработке совместных промышленных проектов. Германия и Франция уже наращивают усилия по реализации совместных проектов, разрабатывая, к примеру, воздушную боевую систему (Scaf), которая включает в себя французские самолеты и немецкие дроны. К концу года Германия должна будет обновить свой парк боевых самолетов, и не факт, что ФРГ обратит свое внимание на американские F-35. Идет проектирование новой техники. На очереди – франко-немецкий танк, поскольку броневая техника, как Франции, так и ФРГ пока не соответствуют высоким международным стандартам. Франция возглавила формирование сил быстрого развертывания, в которых участвуют 9 стран, и которые будут действовать в кризисных ситуациях, таких как эвакуация людей и стихийные бедствия.

Финансы и угрозы

В 2017 году ЕС создал совместный оборонный фонд с годовым бюджетом 5,5 млрд. евро, а в июне 2018 года увеличил военные расходы еще на 13 млрд. евро, направив их на разработку новой военной техники.

Кооперация в оборонной отрасли стран ЕС является важным условием для будущей «европейской армии», которая позволит европейцам «защищать» себя, «от попыток кибератак» Китая, России и даже США. Европейский фонд обороны профинансирует военные разработки и развитие совместных программ вооружений. Недавно была запущена «европейская инициатива военного вмешательства» с участием 9 европейских стран, чтобы активизировать межштабную работу.

Пока страны ЕС достаточно далеки от полноценного оборонного союза или армии ЕС: защита остается для каждой из них национальной компетенцией. ЕС подчеркивает, что он только хочет быть дополнением к НАТО и никоим образом не собирается его заменить. Между тем, понятно, что создание оборонного союза, как и европейской армии, другие виды внутриевропейского сотрудничества – реальный ответ на политику Дональда Трампа. У ведущих политиков ЕС усиливаются опасения, что США при новом президенте все больше отворачиваются от Европы. Федеральный министр обороны Урсула фон дер Лейен отмечает: «Для нас, как раз после избрания американского президента, было важно утвердиться в качестве европейцев». Это означает, уточнила она, что сама Европа должна быть в состоянии решать проблемы безопасности с соседними регионами.

То, что Дания, Мальта, Испания, Португалия, Ирландия и Великобритания отказались от сотрудничества в рамках PESCO, только убедило остальные страны ЕС в том, что выработка общей стратегии безопасности и обороны – требование времени.

Согласно концепции PESCO, 20% общих расходов на оборону будут инвестированы в будущее, 2% – в исследования и разработки. Кроме того, есть договоренность о том, что страны – члены PESCO обязуются обеспечить более быстрое принятие решений на национальном уровне, например, для отправки своих военнослужащих за границу.

Пока PESCO еще не стало гарантией и средством коллективной европейской обороны, ни одна страна Европы не готова говорить об утрате НАТО лидирующей роли в мире. Тем более что ЕС и НАТО сотрудничают в 74 конкретных совместных акциях в области гибридных угроз, оперативного взаимодействия, взаимодействия на море, кибербезопасности, оборонной промышленности и НИОКР, учений, помощи партнерам в подготовке кадров.

Но факт остается фактом: сделаны первые шаги на пути к созданию европейской армии.

Мнения политиков и военных экспертов

Большинство ведущих политиков Старого Света поддерживают Макрона, который утверждает: европейская армия должна ослабить европейскую зависимость от США. Чем объясняется его активность в данном вопросе? Ряд политологов считают, что снижением популярности Макрона. В октябре она опустилась до 21%, и хотя после торжеств в Париже в честь 100-летней годовщины окончания Первой мировой войны она поднялась до 27%, все же сегодняшние 25% – не слишком убедительный уровень поддержки своего лидера.

Другие эксперты полагают, что во Франции нет единого понимания необходимости по созданию евроармии. Армия нужна для сражений. А с кем именно Евросоюз собирается воевать? Это – притом, что он постоянно декларирует готовность к мирным инициативам. Если же речь идет об обороне, то откуда ждать Европе нападения?

Этот вопрос проясняют лидеры североевропейских государств. К примеру, Норвегия, Швеция и Финляндия постоянно говорят о военных приготовлениях России, особенно в регионе Арктики. Страны Балтии беспокоят ракетные комплексы «Искандер», размещенные Россией в Калининградской области, заявил глава МИД Литвы Линас Линкявичюс. Россия настаивает на балансе и адекватных ответах, при том, что у стран Балтии фактически нет средств защиты, и ни одна страна региона не строит агрессивных планов.

Кроме того, есть много регионов в мире, которые определенно создают угрозу безопасности для Европы. И для этого нужны средства. 10,5 млрд. евро составят Европейский фонд мира. Его цель – финансирование общих расходов на военные миссии и операции, в том числе по поддержанию мира, и помощь вооруженным силам третьих стран для предотвращения конфликтов, укрепления мира. Сейчас ЕС осуществляет 16 миссий и операций – 6 военных и 10 гражданских. География «горячих точек» – Центральное Средиземноморье (против организаторов миграции), район Африканского Рога (против пиратов), Босния и Герцеговина (поддержание мира), обучение военных кадров (Сомали, Мали и ЦАР).

Разумеется, при строительстве евроармии надо учитывать ряд моментов, которые сейчас вызывают споры. Какую модель брать за основу при создании европейской армии – немецкую или французскую? В Германии применение военной силы возможно только с согласия Бундестага. Во Франции же глава государства, он же глава вооруженных сил, единолично принимает решение об участии в военных действиях. Следует принять во внимание, что решения должны быть согласованы на компромиссах. Многие политики Европы видят евроармию как инструмент по выполнению миротворческих функций с умеренным мандатом, включая многие ограничения как у миротворцев ООН.

Защита мира или угроза для него?

Укрепленная европейская оборона стала бы противовесом российской военной силе. С другой стороны, желание создать армию Европейского Союза, как дополнение к НАТО, означает дальнейшую милитаризацию Старого Света, что неизбежно вызовет ответную реакцию той же России и, не исключено, других стран. Учитывая нынешние антироссийские санкции и, в целом, очень напряженные отношения между Западом и Россией, это может, на первый взгляд, привести к непредсказуемым последствиям. Однако Владимир Путин поддержал эту идею: она входит в его концепцию многополярного мира. «Европа – мощное экономическое образование, мощный экономический союз и, в целом, это вполне естественно, что они хотят быть независимыми, самодостаточными, суверенными в сфере обороны и безопасности».

Вроде бы, как отмечают эксперты, это не очень похоже на человека, который хотел бы пойти на Европу с захватническим походом. Но не забудем, что главная задача Путина, который все чаще становится нерукопожатным на Западе, – расколоть единство Запада, поссорить государства Европы между собой, вбить клин в отношения США и ЕС. Принцип прост: чем хуже соседу, тем лучше мне. Можно возвеличить себя, используя неудачи других.

Разумеется, он заговорил бы по-другому, если бы европейские лидеры выразили готовность покупать, наподобие третьим странам, российское оружие для создаваемой евроармии. А зачем Европе ржавые Кузи, которые способны затонуть прямо в мурманском порту, вместе с доком, или ракеты, неспособные долетать до цели, или весьма уязвимые танки, которые выходят из строя прямо во время парадов на Красной площади?

У нее достаточно своих инженеров и конструкторов, не говоря уже о производственных мощностях и новейших технологиях. Напомним в этой связи: согласно новому докладу Всемирного экономического форума, Германия стала лидирующей страной по критериям инноваций, опередив в рейтинге США и Сингапур. Научно-технический оборонный потенциал ФРГ и Франции составляет серьезную конкуренцию американскому вооружению, пренебрежение которым так волнует Трампа. Заставить европейских членов НАТО покупать еще больше американского оружия ему пока не удается. Потому идея об армии Европейского Союза его сильно раздражает.

Если проще, немцы и французы за то, чтобы европейские деньги оседали в европейских карманах. Это особенно очевидно оттого, что ФРГ и Франция – крупнейшие производители оружия в мире, и сдавать эти позиции они не намерены, как бы Трамп на них не обижался. Речь идет о конфликте финансовых интересов и перспективах военно-промышленных комплексов Старого Света и США, которые отстаивают, с одной стороны, французский президент, немецкий канцлер и президент Европейской комиссии, с другой – президент США.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ