МАКСИ РОЗЕНБЛ...

МАКСИ РОЗЕНБЛЮМ

679
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

2Судьба молотит слева, справа.
То пораженья тяжкий миг,
То испытанье звёздной славой.
Что наша жизнь? Конечно, ринг!

Эти строки поэта Игоря Хентова можно в полной мере отнести к герою нашего повествования. 110 лет назад родился Макси Розенблюм – чемпион мира по боксу среди профессионалов в полутяжелом весе 1930-34 годов.

На свет будущий король ринга появился в городе Леонардс Бридж, в американском штате Коннектикут. Его родителями были еврейские иммигранты из России. Когда мальчику исполнилось три года, семейство перебралось в Нью-Йорк. Отец Макси сапожничал в Нижнем Ист-Сайде. Позднее Розенблюмы переехали в Гарлем. В этом неблагополучном районе прав оказывался тот, кто был сильнее. И не только в уличных драках. У Макси, в ту пору пятиклассника, возник словесный конфликт с учителем, суть его до нас не дошла, но закончился он тем, что подросток избил педагога и был исключен за этот проступок из учебного заведения. Задиристого Розенблюма определили в Хоуторнскую школу для трудновоспитуемых учеников.

Заниматься боксом Макси, по одной из версий, начал под влиянием старшего брата, тоже крепыша, который боксировал под псевдонимом Леонард Роуз. Но существует и другое утверждение – о том, что Розенблюма заметил во время одной из разборок в подворотне, оказавшийся случайным свидетелем потасовки, где Макси преуспел, актер Джордж Рафт, и что называется, за руку отвел в любительскую секцию. Можно предположить, что имело место и то, и другое – и пример брата, и счастливая встреча с доброжелателем. Лиха беда начало. Макси стал выходить на ринг, но без больших успехов. Из первых 25-ти схваток он победил только в 5-ти. Помимо своих рук, нужна была еще и рука опытного тренера, без чего природные способности могли остаться не реализованными. Работать с Розенблюмом вызвался Фрэнк Бахмен. Наставник внушил подопечному, что бокс это такое единоборство, в котором важно задавать больше вопросов и получать меньше ответов. Проведя около 200 любительских боев, Макси перешел в профессиональный спорт, заявив о себе в полусреднем весе. Впрочем, на первых порах он был, скажем так, «полупрофессионалом», совмещая выступления на ринге с трудовой деятельностью для заработков – в качестве лифтера, железнодорожного рабочего, телохранителя, ибо бокс тогда еще не приносил Розенблюму тех денег, которые позволили бы посвятить себя исключительно спортивной борьбе. В 1924 году Макси, заставляя обращать на себя внимание, провел 24 боя и, потяжелев, начал выступать в среднем весе. В июле 1925-го Розенблюм сразился с Гарри Гребом, чемпионом мира в этой весовой категории. Бой не был титульным, то есть не шел в официальный зачет. Поединок не выявил победителя, но, тем не менее, Макси записал его себе в актив.

Поначалу бокс представлялся Розенблюму «дракой по правилам», испытанием тела на прочность, и во время первых его выходов на ринг, в Макси угадывался «слаггер» – уличный боец. Но, постепенно, у Розенблюма выработался свой, особый стиль ведения боя, не характерный для большинства боксеров тех лет. Его манеру держаться на ринге Доусон Джеймс P., спортивный обозреватель издания «Нью-Йорк Таймс» охарактеризовал как “неортодоксальную”, отмечая отличия техники Макси от общепринятой в те годы, и намекая на иудейское происхождение Розенблюма. Намного большее, чем многие боксеры, внимание Макси уделял защите. Что же касается нападения, то Розенблюм не обладал мощным ударом, и о нем уж точно нельзя было сказать «а он все бьет, здоровый черт». Но Макси доставал соперников внутренней стороной перчатки, как будто давал им пощечины, что м1ногих выводило из себя. В данной связи, Розенблюм получил от репортера Дэйва Руниона прозвище «Slapsie» («slap» – пощечина), которое, с легкой руки журналиста, за боксером закрепилось.

К 1926 году спортивная пресса включила Макси в первую десятку претендентов на чемпионское звание в его весовой категории. На пути к Олимпу он победил Фрэнка Муди, чемпиона Уэльса в среднем весе, дважды одолел одного из сильнейших соперников Фрэнка Слэйда и экс-чемпиона Джонни Вильсона. В том же, 1926-ом состоялся его бой с действующим чемпионом мира Тайгером Флауэрсом. В девятом раунде Флауэрс нанес Розенблюму запрещенный правилами удар в пах и был дисквалифицирован. Макси выиграл бой, но чемпионом его не провозгласили – титул к нему не мог перейти в результате допущенного оппонентом фола. Позднее с Флауэром Макси провел еще два поединка, но и в них судьи не отдали предпочтения ни одному из боксеров. Было, однако же, понятно: Макси приближается к заветной вершине, и до нее ему остаются считанные шаги. И он сделал их, что называется, «расколов» Пита Лацо, снискавшего репутацию «крепкого орешка», одолев Джека Маквини, позднее включенного в Зал славы бокса и грозного Теда «Кида» Льюиса.

В 1929 году произошло событие, которое позволило Макси Розенблюму продемонстрировать еврейскую самоидентификацию и солидарность с соплеменниками в далекой от Америки Палестине. В августе в Хевроне толпы воинствующих арабов разграбили еврейские синагоги и зверски убили шестьдесят семь евреев. Вскоре после этого, в «Мэдисон-сквер-гарден» – крупнейшем североамериканском спортивном комплексе было проведено благотворительное выступление боксеров, доходы от которого пошли в Фонд чрезвычайной помощи евреям Палестины. Политики, служители Фемиды, военные, предприниматели, деятели культуры – почитатели бокса заняли свои места среди более чем 16430 собравшихся. Пятью звездами состязания стали Макси Розенблюм, а также его собратья – Аль Сингер, Кид Берг, Раби Гольдштейн и Йел Окунь. В итоге была собрана весьма внушительная сумма денег, направленная еврейским семьям в Палестине, пострадавшим от арабских погромщиков. И в дальнейшем Маски участвовал в акциях поддержки еврейского ишува в Эрец-Исраэль и появившегося на политической карте мира Государства Израиль. Сохранились фотографии, где Розенблюм запечатлен в шортах, на которых отчетливо виден отличительный еврейский знак – «Звезда Давида». Это был и символ гордости за свой народ и вызов3 – тем, что призывали с трибун соперников Макси неиудейского происхождения во время поединков с его участием: «Убей еврейского ублюдка!»

Легендарный Кассиус Клей (он же – Мохаммед Али), в свое время, изрек: «Бой должен продолжаться 13 секунд. 2 секунды на сближение, 1 секунда на удар и 10 секунд на отсчет рефери». На самом же деле, схватки на ринге нередко оказываются долгими и трудными, – в том случае, когда силы сторон примерно равны. Кроме того, практически, у всех и почти всегда встает на пути, как минимум, один неудобный соперник, и его, уж точно, одним ударом не свалишь. Таким вот противником стал для Розенблюма Джимми Слатери. С этим бойцом Макси встречался семь раз, и четырежды уступил. Самый важный из этих боев состоялся в июне 1930-го года. В 15-раундовом «марафоне» Розенблюм показал все, что умел, и одержал безоговорочную победу. Стоит отметить: бой этот проходил в Буффало – родном городе Слатери, и, понятное дело, трибуны были, в большинстве своем, на его стороне. Но по очкам выиграл не хозяин площадки, а гость. Так Макси стал чемпионом мира. На этот раз даже Нью-Йоркская боксерская комиссия, недолюбливавшая и критиковавшая Розенблюма за его манеру ведения боя, признала Макси лучшим на данный момент.

Но высокий титул нужно было защищать. 14 июля 1932 Розенблюм успешно сделал это в бою против Лу Скузо, после чего был провозглашен абсолютным чемпионом. В 1933-ем он еще раз с честью отстоял свой титул. А далее последовал, поистине, исторический бой против немецкого боксера по имени Адольф Хейзер. Нацисты, пришедшие к власти в Германии, провозгласили превосходство арийской расы и, соответственно, спортсменов. Этой цели, кстати сказать, должна была послужить Олимпиада 1936 года, состоявшаяся в гитлеровском Берлине. Но это было на три года позже противоборства Розенблюма и Хейзера, в котором тезка Гитлера был посрамлен. Историки спорта утверждают, что именно после этого боя Гитлер запретил немецким спортсменам соревноваться с евреями. В скобках заметим: нечто подобное мы наблюдаем и в наши дни: руководители ряда мусульманских стран не позволяют своим соотечественникам состязаться с израильтянами. Ничто не ново под луной…

Менее чем через две недели после знаковой победы над Хейзером, Макси нокаутировал очередного соискателя чемпионского звания – Боба Гудвина. Произошло это в четвертом раунде боя. В ранге чемпиона Розе4нблюм провел наибольшее, в сравнении с другими королями ринга, число поединков: 106 боев (из них 8 защита титула) с 1930 по 1934 год. Такая интенсивность противоборств не оставляла времени на тренировки. Но практический смысл они попросту теряли: Макси, и без того, боксировал, в среднем, два раза в неделю, и нуждался в отдыхе больше, чем в подготовительных упражнениях. В свой зачет он записал в этот период противостояние тяжеловесу Янгу Стриблингу и будущему обладателю чемпионского звания, Генри Льюису, хотя и уступил в этих боях по очкам. А вот у Микки Вокера он выиграл незабываемую схватку, продемонстрировав потрясающую технику защиты. В 1934 году Макси встретился с бросившим ему перчатку Бобом Олином. Бой проходил по правилам Нью-Йоркской боксерской комиссии, которая запретила Розенблюму бить открытой перчаткой. Раунд за раундом Макси, придерживаясь своей манеры, наращивал преимущество. Это было более чем очевидно. Рефери на ринге посчитал, что Розенблюм был лучше соперника в 14-ти из 15-ти раундов, но остальные судьи отдали победу Бобу со счетом 8:7. Такое решение было освистано публикой, но, так, или иначе, этот бой стал для Макси последним в звании чемпиона в полутяжелом весе. И последним, стоит добавить это, где чемпионский титул оспаривали двое спортсменов еврейского происхождения.

В 1937 Макси женился на Мюриэл Фэйдер, но в 45-м они развелись. Газеты часто писали о его новых подругах, и о крупных проигрышах в азартных играх. Но, давая богатую пищу для слухов, Макси, в отличие от многих других экс-чемпионов того времени, сумел не разориться, не скатиться к бедности. Макси выходил на ринг до 1939-го года, победив еще 3 раза Генри Льюиса и проиграв свой последний бой Элу Эттору нокаутом в третьем раунде. Кстати сказать, Розенблюм лишь дважды за свою спортивную карьеру побывал в нокауте, и оба раза, уже не находясь на пике славы и потеряв былую форму.

Но конец спортивной жизни – начало жизни новой. Повесив перчатки на гвоздь, Макси решил попробовать себя на новом поприще – актерском, составив совместную развлекательную программу с другим бывшим боксером Максом Бэром. В паре они выходили на эстраду, начав в скромных заведениях, но потом переместившись на Бродвей. Вскоре с эксцентричным дуэтом подписала контракт компания «Коламбия Пикчерз», дав Макси и Максу выход на киноэкран. Их дуэт просуществовал до 1952 года. С Бэром и без него Розенблюм снялся в более чем ста кинокартинах, играя, по преимуществу, комедийные роли. Удачно выступил он как продюсер, и вложил часть заработанных денег в ночной клуб с узнаваемым названием «Slapsie Maxie’s», который открыл в 1943 году в Голливуде. Потом Макси стал владельцем еще одного ресторанного бизнеса – в Сан-Франциско.

Как-то репортер спросил у Макси, почему тот ушел с ринга тогда, когда мог еще, в принципе, успешно боксировать. «Я ушел, – ответил с еврейским юмором Макси,- потому что новый чемпион Джо Луис не стал бы со мной драться. Думаю он боялся… Боялся, что убьет меня». В 1972 году Макси Розенблюм был включен в Зал славы бокса. В последние годы боксер страдал от последствий полученных им травм, которые не всегда сразу дают о себе знать. Розенблюм ушел из жизни в Южной Пасадене (Калифорния) в марте 1976 года и был похоронен на кладбище Мемориального парка «Пантеон» в Северном Голливуде.

В послужном списке Макси: 216 побед (19 нокаутов), 41 поражение, 29 ничьих, 14 боев без объявления результата. Интересную публикацию посвятил Розенблюму сравнительно недавно, в октябре 2010 года, Пауль Тальбот, назвав статью о знаменитости так: «Гарлемский Арлекин». Тальбот указывает, что в США у выходцев из Ирландии, Италии, у афроамериканцев всегда были свои кумиры, в том числе – и в спорте. Розенблюм,- отмечает автор, – по праву пользовался славой одного из еврейских героев, и был счастлив этим. К сказанному стоит добавить: короля бокса его единоверцы боготворили неспроста – для вечно гонимого и преследуемого народа Макси явился образцом того, как соединяя способности и силу, можно достойно преодолевать любые преграды и выходить из тяжелых испытаний победителем. Иными словами, его пример служил и служит другим наукой, а его наука – примером для многих.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ