НУЖЕН ЛИ ИЗРА...

НУЖЕН ЛИ ИЗРАИЛЮ ОБОРОНИТЕЛЬНЫЙ ДОГОВОР С АМЕРИКОЙ?

23
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Переговоры Менахема Бегина и Анвара Садата в Кэмп-Дэвиде в 1978 году были трудными. Президент Джимми Картер нервничал и срывался. Он то и дело угрожал израильскому премьер-министру, пишет сотрудник Belfer Center for Science and International Affairs при Гарвардском университете Чарльз Фрейлих, что «любое колебание с его стороны относительно того, подписывать или нет предлагаемое соглашение, будет стоить Израилю потери его ядерного оружия. “Не надейтесь на Димону [где находится израильский ядерный реактор]. Я позабочусь о том, чтобы у вас не было Димоны”».

Этот и многие другие примеры американского давления на Израиль, вынуждающего еврейское государство идти на невыгодные для него уступки, бывший заместитель советника по национальной безопасности Израиля (2000-2005) Чарльз Фрейлих приводит в своем полемическом эссе «Не стал ли Израиль слишком зависимым от Соединенных Штатов?» на страницах электронного журнала Mosaic (Charles Freilich. “Has Israel Grown Too Dependent on the United States?”). Получается, что даже в критических ситуациях у Израиля скованы руки и без согласия или хотя бы ведома американцев он не может свободно действовать.

Фрейлих перечисляет:

– в преддверии Шестидневной войны в июне 1967 года, когда американо-израильские отношения еще были довольно ограниченными, Израиль нанес превентивный удар по арабским странам, поклявшимся его уничтожить. Но он сделал это только после длительного ожидания и только после сообщения президента Линдона Джонсона, что США не в состоянии выполнить свое обязательство обеспечить свободное судоходство в Тиранском проливе;

– шесть лет спустя, в октябре 1973 года, главной причиной того, почему Израиль воздержался от аналогичного превентивного удара, когда готовящееся нападение египтян и сирийцев уже не вызывало сомнений, была боязнь негативной американской реакции, – и цену за это промедление пришлось заплатить на поле боя;

– перед тем как начать Первую Ливанскую войну (1982), Израиль потратил около года на то, чтобы убедить американцев в необходимости широкомасштабной военной операции;

– во время Второй Ливанской войны в 2006 году Израиль подчинился американскому требованию не трогать гражданскую инфраструктуру Ливана, что оставило израильскую армию без рациональной военной стратегии и стало одной из главных причин серьезных трудностей, с которыми она столкнулась в ходе этого конфликта;

– через два года озабоченность отсутствием поддержки со стороны будущей администрации Обамы заставила Израиль прекратить контртеррористическую операцию в Газе раньше, чем планировалось.

И так далее, и тому подобное.

При этом Чарльз Фрейлих нисколько не сомневается в благотворности для Израиля нынешнего статуса «особых отношений» между двумя странами. «Это поистине особые отношения: во многом беспрецедентные для США и критически важные для Израиля, охватывающие все сферы жизни нации: военную, политическую, экономическую, дипломатическую и культурную. Даже, несмотря на эпизоды межправительственного несогласия и диссонанса, не говоря уже о нескончаемой критике различных сторон израильской политики теми или иными группами американской элиты, народная поддержка Израиля в США остается очень высокой, по некоторым показателям сегодня даже выше, чем когда-либо, и отношения в сфере безопасности являются не только прочными в своей основе, но и экстраординарно близкими».

Фрейлих перечисляет:

– в военном плане американская помощь Израилю с 1949 по 2016 год составляет ошеломительные $124 миллиарда – он является крупнейшим бенефициаром американской военной помощи в послевоенную эру;

– в 2007 году обе стороны подписали соглашение, обеспечивающее Израилю военную помощь на $30 миллиардов в течение десяти лет, благодаря чему израильская армия получила финансовую базу, необходимую для планирования изменений в ее структуре. В 2016 году было подписано еще одно подобное соглашение на сумму в $38 миллиардов;

– формальный пакет помощи Израилю не включает различные специальные программы для ракетных и противоракетных систем (Iron Dome, Arrow и др.). (Следует заметить, что поскольку от Израиля требуется расходовать основную часть выделяемых ему фондов в самих Соединенных Штатах, то военная помощь ему является гигантской субсидией для американских производителей оружия, да и американские военные очень выигрывают от того, что Израиль испытывает и совершенствует новые технологии);

– начиная с 1980-х годов США придерживаются обязательства поддерживать «качественное военное превосходство» (qualitative military edge – QME) Израиля над любой возможной комбинацией враждебных арабских армий;

– что касается стратегических консультаций, то трудно представить себе две другие страны, которые бы так интенсивно осуществляли обмен мнениями на всех уровнях. Не только премьер-министры Израиля встречаются на регулярной основе с американскими президентами, высшими чиновниками и лидерами Конгресса, но и структуры, ответственные за национальную безопасность, поддерживают систематические контакты, обмениваются делегациями, создают рабочие группы, между которыми идет непрерывное общение.

И так далее, и тому подобное.

Именно в обмен на такую щедрую поддержку США и требуют от Израиля согласования с ними его внешнеполитических, военных и экономических шагов, жестко реагируя на «самодеятельность», ставящую под угрозу их собственные геополитические интересы. Один из самых острых кризисов в истории американо-израильских отношений разгорелся, по мнению Фрейлиха, в 2000 году из-за подписания Израилем двухмиллиардного контракта с КНР на поставку самолетов раннего предупреждения Phalcon. Поскольку в этом самолете не было использовано американских технологий, то никаких легальных барьеров для сделки не существовало, полагали израильтяне. Тем не менее, США потребовали ее аннулирования из-за опасения, что в случае будущих конфликтов Phalcon усилит военную мощь Китая. Поначалу Израиль уперся, но тут Белый Дом объединился с Конгрессом и в адрес заартачившегося партнера посыпались нешуточные предупреждения: сокращение военной помощи, задержка с поставками нового оружия, отмена совместных военно-воздушных учений и т.д. В результате произошло то, что и должно было произойти: сделка с китайцами была аннулирована, Израиль заплатил им неустойку в 300 миллионов и согласился на учреждение совместно с Америкой двухстороннего механизма для мониторинга возможных продаж израильского оружия сомнительным, с точки зрения Вашингтона, странам.

В самом деле, с начала периода «особых отношений» (1980-е годы) практически не было случая, когда бы Израиль не предпринял крупную военную операцию, не согласовав ее заранее с Америкой. Единственное заметное исключение – бомбардировка иракского ядерного реактора в Озираке (1981), и даже в этом случае ей предшествовали длительные взаимные консультации. Тем не менее, подчеркивает Чарльз Фрейлих, случаи независимого поведения Израиля следовало бы рассматривать не как вызов Соединенным Штатам, но как показатель зрелости их союза. США сохраняют за Израилем право на минимальную долю свободы действий для защиты от безусловной угрозы – ведь при стопроцентной зависимости последнего от старшего партнера тому придется брать на себя и стопроцентную ответственность за него, чего американские военные, конечно, не хотят.

И в этой связи Фрейлих ставит вопрос о том, а что же будет дальше. Да, судя по положению дел в настоящий момент, Израиль может рассчитывать на американскую поддержку даже в долгосрочной перспективе, однако не изменится ли ее степень, ведь даже несущественное снижение чревато чувствительными последствиями. К тому же налицо и тенденции, внушающие тревогу.

Фрейлих перечисляет:

– американская поддержка Израиля исторически была двухпартийной. Но сегодня республиканцы и консерваторы гораздо активнее выступают на его стороне, чем либералы и демократы. Потеря союзников в левом лагере и то, что защита Израиля принимает партийный характер, – очень неприятные признаки;

– ухудшается отношение к Израилю американской молодежи. Память о Холокосте и героических временах становления еврейского государства уходит, а образом Израиля в студенческих городках становится жестокий оккупант. Так, опрос 2011 года показал, что 25% американских студентов считают Израиль государством апартеида, а 50% не имеют определенной точки зрения. Эти молодые люди вряд ли будут поддерживать Израиль в будущем ни как избиратели, ни как представители власти;

– только треть молодых американских евреев рассматривает Израиль как важный компонент их идентичности. Если в 1981 году более 80% молодых американских евреев сказали, что гибель Израиля будет для них личной трагедией, то в 2007 году так думали меньше половины, а 25% заявили, что Америка слишком много помогает Израилю. Низкая рождаемость, высокий уровень смешанных браков и ассимиляция ослабляют еврейскую общину, всегда бывшую незаменимым источником солидарности с Израилем;

– раскол организованной еврейской среды на левых (American for Peace Now, JStreet) и правых (American Friends of Likud, Zionist Organization of America) негативно влияет на эффективность произраильских сил. Все это происходит во время стремительного количественного роста тех слоев населения, симпатии которых к Израилю всегда были низкими, считает Фрейлих, – испаноязычных и неаффилированных ни с какой религией.

И так далее, и тому подобное.

В связи со всем вышесказанным, информирует читателей его эссе Чарльз Фрейлих, он разработал ряд рекомендаций, более подробно изложенных в его книге «Национальная безопасность Израиля» (Israeli National Security: A New Strategy for an Era of Change).

Фрейлих перечисляет:

– даже если сегодня не существует реалистической альтернативы «особым отношениям», столь сильная зависимость Израиля от Соединенных Штатов, не служит ничьим интересам. Поэтому Израилю следует развивать более близкие связи в любых областях с другими дружественными и политически адекватными государствами как своего рода страховой полис для случаев, когда его интересы могут не вполне совпадать с американскими;

– имеет также смысл постепенно отлучать себя – не от американской политической и дипломатической поддержки, но от военной помощи, как это было сделано в отношении экономической помощи в конце 1990-х годов (была полностью остановлена в 2007 году). Конечно, отказываться от миллиардов долларов в то время как Израиль продолжает сталкиваться с опаснейшими угрозами, а Конгресс отнюдь не требует прекращения этой помощи, нерационально. Тем не менее, следуя курсу на наивозможно близкие стратегические отношения с Вашингтоном, Израиль обязан настаивать на факторе опоры на собственные силы как центральном для его оборонительной доктрины, включая использование своих военных и стратегических ресурсов для случаев, когда ни он не нуждается в Америке, ни она не может или не хочет вмешиваться. Постепенное и рассчитанное на много лет снижение американской военной помощи может начаться с окончанием действия последнего по времени соглашения о ней, т.е. с 2027 года. Вряд ли вероятно, что стратегическая обстановка нежданно улучшится, но если это вдруг произойдет, то Израиль может инициировать вышеупомянутый процесс еще раньше;

– на этом фоне возникает тема заключения с Соединенными Штатами оборонительного договора (в свое время ее затрагивал премьер-министр Эхуд Барак). Такой договор символизировал бы и цементировал «особые отношения» в ситуации, когда имеются признаки того, что они могут оказаться не столь глубокими, как сейчас. Этим договором подчеркивалась бы приверженность Америки безопасности Израиля, гарантировалась доступность для него новейших вооружений, были бы устранены сохраняющиеся в этом плане ограничения, и поддерживалось бы качественное военное превосходство над арабскими соседями. И важнее всего – это могло бы быть единственным в какой-то степени эффективном ответом ядерному Ирану, не говоря уже о том, что ядерным оружием могут обзавестись и другие страны Ближнего Востока.

Позиция Фрейлиха о желательности оборонительного договора с Америкой вызвала возражения у некоторых известных экспертов. Так, Эллиот Абрамс, занимавший высокие посты в администрациях Рональда Рейгана и Джорджа Буша-младшего, указывает, что поддержка Израиля американским народом в значительной степени основана на понимании, что еврейское государство способно защищать себя самостоятельно. Договор, который обяжет США защищать Израиль, ослабит эту поддержку. В свою очередь Мартин Крамер из Shalem College в Иерусалиме задается вопросом: отчего это если мы исходим из того, что поддержка Израиля в Соединенных Штатах будет снижаться, они «компенсируют» ее нам оборонительным договором, как если бы это были ценные бумаги американского казначейства? Это на удивление наивный подход к американской внешней политике. В широком спектре обещаний любого типа, которые исходят от Соединенных Штатов, ценные бумаги самые надежные, а договора с точностью наоборот. Не то чтобы Америка была менее обязательной, чем другие страны. Просто интересы меняются, а когда они меняются, то никакой договор в мире не устоит. Если Иерусалим придет к выводу, что США от него отдаляются, то последняя вещь, которую он захочет, это оборонительный договор. В общем, как сказал, выступая перед американским Конгрессом, премьер-министр Биньямин Нетаниягу, «вам не надо посылать американские войска в Израиль. Мы защищаем себя сами».

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ