ПЕСНИ ГРАЖДАН...

ПЕСНИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

56
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

(Окончание. Начало в #513)

СТАТЬЯ ВТОРАЯ

В первой статье был проведён обзор публикаций о песнях Гражданской войны, которые были результатом творчества любителей поэзии и музыки двух противоборствующих сторон. Часто, как это водится в период гражданских войн, и это вполне естественно, мотивы заимствовались друг у друга, а тексты или слегка подправлялись или на эти же мелодии составлялись новые. Но это были песни, действительно созданные в годы Гражданской войны. Однако с начала 50-х годов прошлого столетия, по стране пошли гулять новые песни о Гражданской войне. Часто мы принимали их действительно как творчество той трагической в истории России эпохи. Но затем оказалось, что это «новоделы». Хотя подобное встречалось и раньше. Правда, нужно отметить, что создатели этих произведений были, как правило, участниками Гражданской войны. Именно поэтому их произведения и воспринимались таким образом.

Новоделы

В 30-е годы ХХ столетия появились «Каховка», «Тачанка» и многие другие песни, которые воспринимались, как песни Гражданской войны. Как отмечает Михаил Самуилович Качан в своём исследовании «Песни о Гражданской войне»: «Песен о Гражданской войне было написано много, но большая часть уже после войны. Я и мое поколение пели романтические песни о конях, клинках, тачанках и эскадронах. Любимая из них – «Песня о тачанке»:

Ты лети с дороги птица,

Зверь, с дороги уходи!

Видишь, облако клубится,

Кони мчатся впереди!

И с налёта с поворота,

По цепи врага густой

Застрочил из пулемёта

Пулемётчик молодой.

Эх, тачанка-ростовчанка,

Наша гордость и краса,

Пулемётная тачанка,

Все четыре колеса.

Эта песня, отмечает М. Качан, была написана в 1936 году композитором Константином Листовым на стихи Михаила Рудермана. Автор всесоюзного шлягера, харьковчанин Михаил Рудерман, канул в литературное небытие ещё при жизни, сообщает цитируемый автор, и пребывал в нём до самого конца 1984 года. «Кстати, о тачанке, – сообщает М. Качан, – уж если тачанка и представляла собой чью-либо гордость и красу, то это относилось не к комсомольцам и большевикам, а только к Нестору Ивановичу Махно, анархисту, в чьей армии появилась на свет эта крестьянская танкетка – узкая телега с установленным в задке пулемётом. Она наводила страх на Будённого, и на Шкуро с Мамонтовым – но Рудерман, скорее всего об этом не догадывался».

Правда, отметим, что тачанка была и в 1-й конной, а затем, почти до средины тридцатых годов на вооружении кавалерии Красной Армии. И значительно отличалась от махновской. И была это не просто телега, а именно тачанка, специальной конструкции, оборудованной для стрельбы на ходу. Но это детали. Далее цитируемый автор останавливается на другой популярнейшей песне 30-х годов – «Каховка». Сам М. Качан пишет, что это была любимая песня его детства. И это понятно. Песня действительно была любима всем народом России. Поэт Михаил Светлов и композитор Исаак Дунаевский написали эту песню для кинофильма «Три товарища». С упоением пели и песню о Щорсе:

Шёл отряд по берегу,

Шёл издалека,

Шёл под красным знаменем

Командир полка.

Кстати, эта песня прекрасно звучит и сегодня в исполнении московской певицы Дарьи Колесниковой. И слушают её с удовольствием, особенно ветераны. Далее М. Кочан сообщает, что одновременно с «Каховкой» появились ещё две замечательные песни о гражданской войне, ставшие любимыми. Песня на стихи Михаила Голодного: «Партизан Железняк» была написана композитором Матвеем Блантером: «В степи под Херсоном высокие травы…». А на слова А. Шведова «Орлёнок, орлёнок, товарищ крылатый…» композитор Белый написал песню «Орлёнок» И песни эти любил, как пишет автор статьи, не только он, но и весь советский народ. И они отражали характер и дух той великой трагедии, которую пережили россияне. Это была своего рода классика. Но создана она была значительно позже Гражданской войны. Казалось бы, эпоха «новоделов» прошла. Но наступили шестидесятые годы прошлого столетия и интерес к Белому движению внезапно почему-то возрос. И начали появляться новые песни о Гражданской войне.

«Поручик Голицын»

song ПЕСНИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫНо самая интересная история – обо всем известной песне «Поручик Голицын». Я многие годы, как и другие, считал, что песня действительно была создана в годы Гражданской войны. И, побывав на Новоодивеевском кладбище в США, обнаружил могилу поручика Голицына и даже был уверен, что в песне идёт речь именно о нём. Сергей Карамаев в своей работе «Необычное предисловие» останавливается на истории появления этой популярнейшей песни 90-х годов. Он отмечает, что историк Сергей Волков в своей научной работе «Трагедия русского офицерства» пишет следующее. «В 70-х годах благожелательные отзывы о русских офицерах стали обычными, но допускались только в трёх аспектах. Во-первых, в связи с научной и культурной деятельностью конкретных лиц не возбранялось упоминать о них. Во-вторых, в связи со службой в Красной Армии. В-третьих, как и раньше, допускалось благожелательное отношение к офицерам к более отдалённым периодам истории. Столетний юбилей освобождения Болгарии, а равно и 500 лет Куликовской битвы послужили дополнительным фоном к ожившему в это время интересу к некоторым внешним чертам русской армии (помимо порождённых юбилеями череды статей заметок и художественных произведений). В эти годы на парадной форме появились аксельбанты, было введено звание «прапорщик» – хотя для обозначения совершенно другого явления, но, как подчёркивалось, взятое «из традиций русской армии», на военных концертах стали звучать старые солдатские песни, а также песня об «офицерских династиях» и т. п. Что касается офицеров, то долгие годы единственно широко известным произведением, содержавшим их положительные образы, были булгаковские «Дни Турбиных». В 70-е годы, помимо издания булгаковской «Белой гвардии» появились два сериала, один из которых «Адъютант Его превосходительства» был совершенно необычен по числу положительных образов белых офицеров при минимальном числе отрицательных, а в другом (новая версия «Хождения по мукам») вполне симпатично показаны белые вожди и картины «Ледяного похода», что, помимо воли авторов, работало на изменение обычного стереотипа. Симпатии к белой гвардии прокатились не только по советским интеллигентским кругам, но и по советской эмиграции третьей волны, которая хотела посредством этих песен протянуть «связующий мост» между первой волной и собой, и почувствовать себя её преемниками. Хотя причины этой волны эмиграции были совершенно иными. При этом нельзя не отметить, что белая армия интернационализмом не отличалась и преследовала иные цели, нежели эмигранты первой и второй волны. Вместе с тем до сих пор масса людей пребывает в уверенности, что «белогвардейские» песни – аутентичные, что они являются продуктом той грозной эпохи, когда по России полыхала гражданская война, брат стрелял в брата, из Крыма уходили битком набитые пароходы, а офицеры стрелялись, не в силах изменить ни жизнь, ни себя. Далее цитируемый автор отмечает, что «Я слышал примерно пять или шесть версий о происхождении песни «Поручик Голицын» и все они противоречили друг другу. То же касается и остальных. Понятно, почему люди в это верят – эти песни, прежде всего, дают ту необходимую толику романтики, от которой в наше время остались одни воспоминания. Ну и потом эти городские романсы в большинстве своём настолько контрастировали с «массовой советской песней», что никак невозможно было поверить в то, что «золотые погоны» на плечах поручиков и в зубах навязшие «шедевры» советской эстрады… были написаны в одно и то же время». Во всём соглашаясь с автором, не могу однако разделить его мнение о «навязших в зубах советских шедеврах». Были и в советское время прекрасные песни о Великой Отечественной войне, которые и по сей день пользуются широкой популярностью у всех россиян. Ведь одно другому не противоречит. Как специалист (а я цитируемого автора таковым и считаю) М. Качан отмечает, что «элементарный лингвистический анализ подтверждает, что большинство песен про героическое белое движение никак не могло быть создано в те далёкие 20-е годы, а возникло в те же 60–70-е годы. Спросите любого филолога или лингвиста. Едва ли не самая известная песня про «их благородия», ставшая в какой-то мере символом «белогвардейщины» в СССР, и была «Поручик Голицын». Исполняло её бесчисленное множество народу: Аркадий Северный, Михаил Гулько, Михаил Звездинский, Жанна Бичевская, Александр Малинин, группа «Реддо» и тьма неизвестных ресторанных певцов. По поводу авторства этой песни до сих пор временами вспыхивают дискуссии – кто же её на самом деле написал? Одни считают, что автор Михаил Звездинский, другие – что она и есть самая что ни наесть «белая песня». Но, как отмечает М. Качан, русская эмиграция первой волны эту песню не знает вообще»! В распространение легенды, что это есть самая «настоящая» белогвардейская песня немало усилий приложила популярная певица Жанна Бичевская. Году в 1997 (или чуть ранее) в какой-то телевизионной передаче, посвящённой романсам, было большое интервью с Бичевской. И в нём она рассказала одну историю. Мол, в 1980-х годах она была с гастролями в Париже, приходили на её концерты русские эмигранты. И вот, то ли в антракте, то ли по окончании концерта, подошёл к ней седенький благообразный старичок (по другой версии это была старушка – М. Качан эту байку слышал не раз), в котором сразу угадывался эмигрант первой волны, эдакий деникинец-корниловец-калединец, сохранивший былую стать и явно хотел сообщить ей что-то важное. Он подарил ей букет и на ухо прошептал ей «канонический текст» про храброго поручика и не менее храброго корнета. «И таково было эмоциональное потрясение певицы, – отмечает с юмором М. Качан, – что она, не сходя с места моментально запомнила текст и, накрепко его усвоив, привезла в Россию, где и начала распространять…». Но многие, в том числе и цитируемый мною автор, верят в это с трудом. Как бы все не ахали и не возмущались, но пока авторство «Поручика Голицына» официально остаётся за Звездинским. Любой историк потвердит, что мифотворчество является одним из любимых занятий людей во все исторические эпохи. Этому подвержены не только отдельные личности, но и целые народы. Миф удобен, он прост и понятен, он красив, он даёт человеку чувство сопричастности к чему-то великому. А развенчание мифа переносится весьма болезненно, и развенчателей, как правило, не любят. Когда на свет появляется правда о каком-то событии, то по сравнению с мифом она выглядит некрасиво и неприглядно. Миф о том что «Поручик» – аутентичная белогвардейская песня, по сути своей, безвреден и невинен. Ну, считает человек, что автор этой песни белый офицер, ну и Бог с ним, вольно ему. Но когда человек начинает активно пропагандировать миф – вот тут уж позвольте не согласиться! Пропаганда мифа порой приводит к тому, что зачастую миф вытесняет реальное историческое событие и в дальнейшем прочно укореняется в общественном сознании в качестве единственной версии того, что произошло. Примером тому несть числа. Так вот, к нелюбви и неприятию тех, кто считает «Поручика» настоящей песней белогвардейской эмиграции, придётся подвергнуть это утверждение дружеской крупнокалиберной критике. Таково мнение М. Качана. И оспорить его трудно. Далее он обращается к эксперту Юрию Александровичу Цурганову, кандидату исторических наук, научному сотруднику РГГУ, автору книги «Неудавшийся реванш: белая эмиграция во Второй Мировой войне», один из виднейших современных учёных, занимающихся белой эмиграцией. На одном из выступлений, посвященных белой эмиграции, его как раз и спросили об этой песне. Вот что он рассказал: «Когда в самом конце 1980-х произошло смягчение режима и увеличилось число контактов между русским зарубежьем и СССР, на Запад, а именно в одну из стран Латинской Америки (где русские были многочисленны) передали плёнку с записью песни «Поручик Голицын». И хотя эта песня была записана эмигрантскими певцами в США ещё в 1980-х, в других русских колониях о ней и не слышали. Так вот, по свидетельству очевидца, который и привёз эту плёнку туда, старые деды, которым было крепко под 90, внимательно прослушав песню, и после паузы разразились дружным хохотом. Вердикт был единодушен – китч, поделка, притом дешёвая. Если же серьёзно то НИ В ОДНОМ из сборников «Песен Белой гвардии», выходивших за границей как до Второй Мировой войны, так и после песня «Поручик Голицын» нигде не встречалась. «Люди, изучающие белое движение и историю Белой эмиграции, – вам скажут то же самое. Эти сборники не являются невосполнимыми раритетами и при желании найти их можно… и это учитывая трепетное отношение эмигрантов первой волны к своей культуре – а потом спустя полвека вдруг возникла из небытия и приобрела невиданную популярность, причём в СССР, что интересно, а не в эмигрантских кругах». Далее М. Качан отмечает, что люди любят считать эту песню символом Белого движения. Но мало кто даёт себе труд задуматься, что символом Белого движения было не белое знамя с золотой лилией, а гнойный бинт, грязная портянка и мундир со вшами. Любая война – это, прежде всего грязь, кровь, пот и слёзы, это самое неприглядное, что всплывает в такие времена. Гражданская война исключением не была. Были зверства, как со стороны красных, так и со стороны белых, был холод, голод и скудные рационы, была жестокая бессмысленная бойня, отступления, и внутренняя опустошённость людей, защищавших ту, единственную Россию. На войне солдат не грезит о возвышенном, – его мысли просты как дрова: пожрать, поспать, бабу бы сюда, да чтобы поскорее это всё закончилось. И песни на войне поются самые простые – про девушку, про дом родной. Изящности и красивости будут писаться потом, когда всё схлынет, отгорит и отболит. Что же касается легенд о том, что эта песня была написана после Гражданской войны русским эмигрантом – НИ ОДНОГО документального подтверждения данной истории ни я, ни мои коллеги НИКОГДА не встречали. Но авторство этой песни в СССР приписывали себе многие. Но более всего считали таковым Звездинского. Кстати, и версий этой песни существует немало. Но это уже другая история.

А я приведу несколько куплетов из песни «Поручик Голицын» в обработке известной певицы Жанны Бичевской:

Четвёртые сутки пылает станица.

Потеет дождями донская весна.

Не падайте духом, поручик Голицын,

Корнет Оболенский, налейте вина.

Над Доном угрюмым ведём эскадроны, –

Нас благословляет Россия – страна

Поручик Голицын, раздайте патроны,

Корнет Оболенский, седлайте коня…

Четвёртые сутки пылают станицы,

Потеет дождями донская весна.

Всем бросить патроны, уж скоро граница,

А всем офицерам надеть ордена!

Это лишь часть одного из вариантов этой песни. В рамках одной статьи нет возможности рассказать о других, но всё-таки эти песни, хотя и интересны, были созданы после войны и отнюдь не Белой эмиграцией. (Перед московской Олимпиадой пели не «Нас благословляет Россия – страна», а «На красную сволочь нам пуля дана» – прим. ред.)

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ