ПРОЩАНИЕ С СИ...

ПРОЩАНИЕ С СИМОНОЙ ВЕЙЛЬ

68
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

«Будущее – в настоящем, но будущее – и в прошлом. Это мы создаем его. Если оно создано плохим, то в этом наша вина» – автор приведенного афористического изречения – знаменитый французский писатель Анатоль Франс.

Франция проводила в последний путь видного национального и общеевропейского политика и общественного деятеля Симону Вейль. Не дожив совсем немного до своего 90-летия, эта замечательная женщина делала все возможное для того, чтобы страшное прошлое, свидетельницей которого она стала волей судьбы, никогда не повторилось снова.

Симона-Анни, таково полное ее имя, появилась на свет 30 июля 1927 года в Ницце, в еврейской семье Андре Жакоба и Ивонн Штейнмец.

30 марта 1944 года 16-летняя Симона с поддельным удостоверением личности была арестована оккупационными властями. Вместе с сестрой Мадлен и матерью Ивонн она попала в транзитный лагерь Дранси. «Там нас погрузили в опечатанные вагоны для перевозки скота, в которых мы провели три ужасных дня практически без еды и воды, даже не зная, куда нас везут», – вспоминала спустя годы Симона. А доставили их в Освенцим, а потом, когда к этому лагерю смерти приближались Советские войска, перевезли в Берген-Бельзен. Там мать Симоны умерла от тифа. А отца Симоны и ее брата депортировали в Литву, в Каунас, в колонне из 850 мужчин, из которых выжили только около 20 человек. Когда Симона и другие заключенные спрашивали у надзирателей о судьбе близких, те молча указывали на дым, который поднимался из труб крематория. Узники еще не понимали происходящего… То, что творилось в нескольких десятках метров от них, было до такой степени непредставимо, что разум не был в состоянии этого принять. Помните у Александра Городницкого:

«Над просёлками листья – как дорожные знаки,
К югу тянутся птицы, и хлеб недожат.
И лежат под камнями москали и поляки,
А евреи – так вовсе нигде не лежат».

Следы родных Симоны затерялись, они и по сей день значатся в списках пропавших без вести. А ей самой и двум ее сестрам посчастливилось остаться в живых.

«Нас заставляли трудиться более 12 часов в день на земляных работах, которые, чаще всего, никому не были нужны. Почти не кормили, но наша участь была не самой ужасной: летом 1944 года в лагерь прибыли 435 тысяч евреев из Венгрии – как только они сошли с поезда, большинство из них были отправлены в газовую камеру. Я до сих пор помню их лица – в особенности, женщин, которые несли на руках своих детей. Да и нас каждый раз ставили в шеренги, и отсчитывали определенное число людей. Тех, кто оставался по одну сторону – посылали на смерть, а тех, кто по другую – оставляли в живых». Лотереи, ужаснее, чем эта, трудно вообразить! Через много десятилетий, возглавляя национальное ведомство здравоохранения, госпожа Вейль приехала на церемонию закладки больницы в пригороде Парижа. Она уложила кирпич в фундамент будущего здания так ловко, что местный префект, удивленный строительными навыками этой шикарной женщины, спросил у нее с восхищением:

– Вы очень хорошо управляетесь с мастерком! Откуда это у Вас?

– Я делала это в депортации, и очень хорошо умею это делать, – ответила Симона.

Депортация научила ее не только этому. «Мы обязаны хранить бдительность, мы должны защищаться не только от сил природы, которые нам угрожают, но еще более – от человеческого безумия». Эти слова, произнесенные французской еврейкой, пережившей Холокост, обозначили линию всей ее последующей жизни. Она решила посвятить себя политической и общественной деятельности, чтобы получить доступ к рычагам влияния на принятие важнейших решений для страны и общества, дабы трагические уроки Второй Мировой войны были усвоены и конституционные права личности не попирались бы впредь. В 1945 году Симона поступила в Институт политических наук Парижского университета. В октябре 1946-го она вышла замуж за Антуана Вейля, в будущем – чиновника высокого ранга в Министерстве финансов. В 1950 году, после окончания Института и юридического факультета Парижского университета, Симона получила степень магистра. Еще одним тяжелейшим ударом судьбы стала для нее трагическая гибель в автокатастрофе в 1952 году сестры, с которой Симона, пройдя через лагерный ад, была духовно близка. Невосполнимая утрата вновь убедила Симону в том, что жизнь – это борьба, и проигрывает в ней тот, кто, сталкиваясь с трудностями, опускает руки и перестает сопротивляться.

В 1950-57 годах Вейль работала в судебном ведомстве, в 1957-1965 занимала ряд ответственных должностей в министерстве юстиции, затем несколько лет посвятила общественной деятельности, снискав репутацию крупнейшего специалиста в области частного, в особенности, семейного, права. При этом Симона никогда не идентифицировала себя с какой-либо политической партией. В 1974 году Вейль приняла предложенный ей главой правительства Жаком Шираком портфель министра здравоохранения, а в 1978 возглавила министерство социального обеспечения в правительстве Раймона Барра. Общеевропейскую известность принесла ей победа в многолетних усилиях по либерализации процедуры усыновления детей, а также по узакониванию абортов и использования противозачаточных средств (так называемое, «Законодательство Вейль»). Иные недоумевали: «Почему эта дама из добропорядочной семьи, мать троих детей, настойчиво добивается того, чтобы аборты были легализованы?», другие организовали возле дома Симоны враждебно настроенные пикеты «истинных католиков» и ярых антисемитов (часто оказывавшихся одними, и теми же людьми). На стенах дома семейства Вейль вычерчивали угрожающие надписи и фашистские знаки – как в страшные старые времена. Кстати говоря, деятельность Симоны Вейль в указанном выше направлении настроила против нее, по вполне понятной причине, и ортодоксальные еврейские круги. Но Симона Вейль не привыкла отступать. В 1979 году во время теледебатов между кандидатами в депутаты Европарламента, трое очень известных политиков устроили против нее «мужской заговор»: Жак Ширак, Франсуа Миттеран и Жорж Марше. Но Симона не только выиграла эти выборы, но вскоре стала первой в истории женщиной-председателем Европейского парламента. В 1970–80-е годы, занимая важные посты в правительстве Франции и Европарламенте, она поддерживала движение за свободу репатриации евреев из СССР в Израиль, и не раз поднимала этот вопрос на встречах с советскими руководителями. Вейль никогда не скрывала своего еврейства и решительно выступала против любых проявлений антисемитизма во Франции. Она неоднократно посещала Израиль, постоянно подчеркивая личную заинтересованность в безопасности и процветании еврейского государства.

В заслугу Вейль следует отнести возрождение исторической правды о Второй Мировой войне. На ее родине долго не хотели публично признавать бесспорного факта: вина за отправку в концлагеря 75 тысяч французских евреев лежит не только на совести немецких нацистов. Ответственно за это злодеяние и коллаборационистское французское правительство. Более того, в восьмидесятые годы стал популярным политический персонаж, который поставил под сомнение сам факт Холокоста (в 2017 его дочь вышла во второй тур президентских выборов, хотя и проиграла их). Этой тенденции нужно было противостоять. И никто не мог сделать этого решительнее Симоны. В 1995 году президент Франции Жак Ширак публично признал вину государства за депортацию еврейских соотечественников. Есть основание утверждать, что сделано это было под давлением Симоны Вейль, чей авторитет в стране был непререкаем. «Я считаю своим долгом говорить о Катастрофе. Я объясняю молодому поколению, людям, формирующим общественное мнение в нашей стране, политикам: шесть миллионов мужчин и женщин, включая полтора миллиона детей, умерли только потому, что были евреями», – так начала Симона свое выступление, посвященное Международному Дню памяти жертв Холокоста с трибуны Генеральной Ассамблеи ООН в 2007 году. А завершила она пламенную речь такими словами: «Я всем сердцем желаю, чтобы этот день побудил всех уважать друг друга и отвергать насилие, антисемитизм, расизм, а также все другие формы дискриминации. Холокост – это общая память, но, в то же время, это и наше достояние». Вейль возглавляла Фонд по увековечиванию памяти Катастрофы во Франции.

В марте 1993 – мае 1999 Симона занимала посты государственного министра, министра социального обеспечения, здравоохранения и городского развития в правительстве Эдуара Балладюра. Она была первой женщиной, назначенной на должность государственного министра во Франции, президентствовала в Высшем Совете по вопросам интеграции, который занимается важной для Франции проблемой – интегрирования миллионов эмигрантов, в первую очередь из мусульманских стран Северной Африки, во французское общество. С 1998 года Вейль являлась членом Конституционного совета Французской Республики. Она проявила себя активной и последовательной сторонницей европейской интеграции. «Многие, во Франции и за ее пределами, хотели бы (в зависимости от их возраста) иметь Вас в качестве друга, в качестве матери…, в качестве женщины всей жизни», – это цитата из речи писателя и дуайена Французской академии Жана д’Ормессона, произнесенной в 2010 году, когда Симону Вейль причислили к «сонму бессмертных». При этом было подчеркнуто, что став свидетелем Катастрофы европейского еврейства, Симона закалила свой характер, который стал бойцовским, в пример многим мужчинам, и, вместе с тем, сохранила лучшие человеческие качества, что далеко не просто, балансируя на грани между жизнью и смертью.

Признанием заслуг Симоны Вейль стало ее награждение орденами ряда европейских стран. Ей были вручены, в частности, французский орден «За заслуги» и Большой крест ордена Почетного легиона. Симоне присвоили звание почетного доктора ряда израильских, европейских и американских университетов, она стала лауреатом многочисленных премий.

В 2002 погиб ее сын, в 2013 ушел из жизни муж Антуан. С тех пор она не давала интервью журналистам и очень редко покидала свою квартиру. Прощание с нею прошло в присутствии высших чинов государства. Ее тело погребли в Пантеоне – в усыпальнице для самых выдающихся людей Франции, где хранятся останки Вольтера, Жана-Жака Руссо, Виктора Гюго и Александра Дюма-старшего. «Пусть ее пример вдохновляет наших сограждан», – написал в своем «Твиттере» нынешний президент Франции Эмманюэль Макрон. При жизни Симону называли во Франции «иконой республики». В 2014 году на экраны вышел посвященный ее жизни документальный фильм «Симона Вайль. Жизнь в борьбе», и в том же году – художественная картина «Закон», роль главной героини в которой сыграла Эммануэль Дево.

Можно только предполагать, какие чувства испытывала мужественная женщина на фоне массового выезда французских евреев в Израиль и другие страны по причине усилившегося антисемитизма и фактической неспособности властей остановить эту мутную волну, захлестнувшую современную Францию. Но один в поле – не воин. Даже такой бесстрашный и непоколебимый, каким была и останется в памяти Симона Вейль.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ