«ПСЫ ВОЙНЫ» Н...

«ПСЫ ВОЙНЫ» НА СИРИЙСКОЙ ПЕРЕДОВОЙ

64
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

За что и за кого, за какие идеалы сражаются и гибнут в пустынях Сирии российские наемники после того, как Владимир Путин дважды (весной 2016 и в декабре 2017) объявил о победе в сирийской гражданской войне – тема исследований зарубежных экспертов.

Вроде дважды победили, а победы не видать

В принципе, факт, достойный особого изучения: как заявлять о победе над вооруженными бандами два раза – с промежутком в полтора года? Или в первый раз оплошали, кого-то не добили. Или генералы выдали президенту неверную информацию. Или еще что-то?

В первом заявлении Путина было озвучено, что ситуация в борьбе с международным терроризмом переломлена при участии российских военных и они овладели инициативой на всех направлениях. Во втором заявлении Путина отмечалось, что «решена блестяще» задача борьбы с вооруженными бандами. Министр Шойгу отчитался, что войска выведены.

Сказано одно и то же. Что же хотел донести Кремль до мирового сообщества? Неважно. По логике президента России, надо не анализировать, а рапортовать, не информировать, а дезинформировать. Пусть мир принимает кремлевскую оценку происходящего. Главное, чтобы он убедился: русские – ведущая миротворческая сила на Ближнем Востоке, держава, без которой в этом регионе вообще ничего не решается.

Дальняя и ближняя история термина

Выражение «Псы войны» (The Dogs of War) впервые использовано в пьесе Шекспира «Юлий Цезарь»:

На всю страну монаршим криком грянет:

«Пощады нет!» – и спустит псов войны.

В шекспировские времена это тоже означало наемников. Это запомнил и отразил в названии своего романа Фредерик Форсайт, который этих самых псов видел воочию, когда работал корреспондентом в Африке.

Герои романа «Псы войны» – наемники, которые в начале 1970-х выполняют приказ свергнуть правительство в одной из африканских стран и установить марионеточный режим. Поскольку там затрагиваются интересы крупного бизнеса по добыче платины, детектив обретает не только политический, но и финансовый подтекст. Наемники в буквальном смысле бьются за сокровища недр.

Точно так же, как сегодня ЧВК Вагнера – детище путинского «повара» Пригожина – желает заполучить часть лакомого нефтяного ближневосточного пирога. Возможно ли такое? Почему нет? Вся российская стратегия завязана на Асаде. Так что Асад, чувствуя мощное плечо Кремля, даст неминуемое «добро» на пару-тройку объектов нефтянки, а там, глядишь, обломится кус и побольше. И не только Пригожину.

Великое дело – процент

Дело происходит в Сирии, которую уже 7 лет раздирает война, унесшая сотни тысяч жизней и превратившая 5 млн. человек в беженцев. Только за 6 недель 2018 года больше тысячи человек погибло в Восточной Гуте и в Идлибе.

Сегодня страна разделена на зоны влияния: проасадовских сил, оппозиционеров, курдов, российских союзников Асада, международной коалиции во главе с США. Асад, Россия и Иран контролируют 55% территории так называемой процветающей Сирии, которая должна в будущем стать центром по восстановлению хозяйства в стране. То есть остальные 45% – на счету остальных политических сил. Все понимают, что территория означает влияние, поэтому все стараются ее захватить, отмечают западные дипломаты, добавляя: «Каждый занятый сейчас клочок земли может дать лишний козырь на будущих переговорах по политическому урегулированию».

Если прибавить к этому существующую между отрядами внутри сирийской демократической коалиции напряженность и противоречия, вызванные давним спором «Кто в оппозиции главный?», а также конфликты внутри курдских группировок, предстанет довольно пестрая картина. Настолько пестрая, что ясно ответить на вопрос, кто против кого воюет, будет невозможно. На этом малопонятном фоне и решено было приказать наемникам проникнуть на территорию, контролируемую международной коалицией, с тем, чтобы отжать вполне конкретные объекты нефтедобычи и производственный объект по нефтепереработке.

Российская корпорация «Евро Полис», связанная с бизнесменом из окружения Путина Евгением Пригожиным, по слухам, получает от сирийской государственной нефтяной компании 25% нефти и газа, которые добываются на отбитой с ее помощью территории.

«Разгромлена группа российских военных, пытавшаяся захватить богатый нефтью район в сирийской провинции Дейр-эз-Зор, вероятнее всего, для олигарха Евгения Пригожина, который собирался добывать там сырье, – отмечает политолог Игорь Эйдман. – Таким образом получили быстрое и точное подтверждение мои слова: «За нефть Пригожина погибают на чужой земле российские военные, именно за это льется русская кровь в тысячах километров от родины».

Иными словами, хрестоматийные строки Михаила Светлова сегодня в устах наемников от Вагнера звучали бы так: «Я хату покинул, пошел воевать, чтоб нефть в Дейр-эз-Зор олигархам отдать».

«Ихтамнет» – «Настаместь»

ЧВК – разновидность бойцов, о котором в министерстве обороны РФ вообще не распространяются. Наемники. Российские «псы войны». Члены частных военных компаний (ЧВК). Граждане РФ, которые прибыли в районы боевых действий, чтобы умирать за деньги. Они есть, и их нет. Их нет для Родины, которую они представляют на Ближнем Востоке, потому что формально наемники не могут относиться к действующей армии: они вне закона. Признать их не может ни Кремль, ни минобороны, ни сам главнокомандующий, поскольку, сделав это, они подвергнут себя международным санкциям: государствам запрещено использовать наемников.

Говоря коротко, с точки зрения российского законодательства ЧВК – преступники. При этом двое руководителей «Вагнера» за взятие Пальмиры получили звание Героев России, другие два десятка – ордена и медали РФ. То есть официальных наград России удостоены преступники – люди, которых нет ни в одном списке минобороны.

Они могут нести охранные или миротворческие функции, однако участие в боевых действиях частных военных компаний по международному законодательству запрещено. Единственное верное решение для руководства России, которое и на Украине и в Сирии действуют по формуле «Ихтамнет», – срочный вывод ЧВК Вагнера (а, возможно, и других подобных компаний) из Сирии. Ну да, «Ихтамнет», но в больницах Минобороны в Москве и Санкт-Петербурга лечатся раненные в Сирии. То есть людей, стоящих вне закона, лечат за деньги законопослушных российских налогоплательщиков.

Сказать «Настаместь» не позволяет международный закон. Можно, конечно, сочинить свой собственный закон о ЧВК, что и сделано уже. Но он до сих пор не принят Государственной думой, а если и будет принят, все равно он не разрешит участие сотрудникам ЧВК непосредственно в боевых действиях.

А о том, что наемники есть, их родные узнают тогда, когда их нет. Матерям звонят незнакомые мужские голоса и извещают о том, что тела их сыновей будут доставлены тогда-то и туда-то, можете забирать. Те падают в обморок: большинство из них вообще не ведали о том, что родные чада отправились на войну. Хотя и догадывались, что именно скрывается за формулировкой в письмах оттуда «приехал в Сирию строить дома».

Самые дотошные из родни, имеющие доступ к Интернету, знают о существовании ЧВК по сообщениям зарубежных СМИ, но никак не связывают с этими компаниями парней, которых когда-то нянчил на руках, и с которыми только недавно гулял на свадьбе. Парни эти – необязательно отслужившие в десантных войсках или иных спецназовских подразделениях. Многие из них, как показывает анализ биографий павших, или были ограниченно годны к военной службе, или вовсе не держали в руках оружия.

То есть были совершенно мирными, не ведавшими сложностей армейской службы, а порой не различавших военнослужащих по числу лычек или звезд на погонах. Вот именно в такие ЧВК, где каждый – без знаков различий – они и попали до того, как ступили на пески Сирии. Им выдали по опознавательному жетону с четырехзначным номером (в российской армии – шестизначные), по автомату или гранатомету и послали в бой.

Бой, как и жизнь, дело штучное. Ее в нем легко потерять, что и происходит время от времени с наемниками от Вагнера. Только в сентябре 2017 года в Сирии погибло как минимум 54 бойца частных военных компаний из России.

Тайное и явное

Призрачная армия примерно из двух тысяч наемников Вагнера действует в Сирии с 2015 года. По мнению аналитиков, ее бойцов подготавливает и вооружает российское министерство обороны, чтобы они отстаивали интересы России и поддерживали сирийское правительство (до переброски в Сирию эти наемники воевали в оккупированных Россией районах Украины – под Донецком и Луганском – прим. ред.).

Это подразделение с позывным «Вагнер», которым руководит подполковник запаса Дмитрий Уткин (кавалер российского ордена Мужества, друг Путина, соратник Пригожина, почитатель Гитлера – прим. ред.), включает в себя разношерстную публику. Представители ее – как «деды», бывалые ветераны явных и тайных войн, так и «салаги», необстрелянные новички – люди, которые в мирной жизни не состоялись.

Когда они держат на прицеле врага, которым может быть любой человек, убрать которого есть приказ, они чувствуют себя не неудачниками, а героями. Их награждают самопальными медалями ЧВК за подвиги. Какие? Откровенничать им запрещено. Даже под стопарь и на совковый манер – на кухне. Правду знают только те, кто вместе с ними уцелел. Так что это – герои под секретом. Их нет в списках силовых ведомств.

Но вот события 7 февраля 2018 года заставили говорить о действующей подпольно российской ЧВК громко.

Напомним: коалиция США 7 февраля нанесла удар по проправительственным силам в Сирии. Это произошло после того, как отряд из 500 человек атаковал позиции «Сирийских демократических сил», которых поддерживает коалиция. Под ее удар как раз и попали российские наемники, сражавшиеся на стороне проправительственных сил. Понятно, что официально эта информация не подтверждалась.

По различным данным, в результате авиаудара погибли от 11 до 217 россиян. В Минобороны заявили, что при ударе погибли только сирийцы. Группа независимых расследователей Conflict Intelligence Team (CIT) назвала имена семерых россиян, погибших при ударе коалиции. Все они, по данным CIT, были наемниками ЧВК Вагнера.

Поскольку сирийская армия, и без того не шибко храбрая, как мы знаем, за несколько лет безостановочных боев утратила боеготовность и накопила усталость, не способна самостоятельно вести наземные боевые действия. Ей нужна подмога, а проще говоря, замена для наземных операций, каковой и стала ЧВК Вагнера.

Она выполняла роль реального пушечного мяса, как самостоятельно решая задачи (взятие в 2016-м знаменитой Пальмиры), так и возглавляя авангард, за которым выступали военнослужащие МО. Одной из таких задач и было взятие мощностей, связанных с нефтяными полями на левом берегу Евфрата. Скорее всего, вагнеровцам обещали быструю и скорую победу. И то противодействие, которое они встретили, оказалось большой неожиданностью и для них, и для российских генералов, которые, без сомнения, ими управляют. Лидер «Другой России» Эдуард Лимонов уточняет, что в районе американского авиаудара оказались две роты из четырех негосударственных военизированных формирований.

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков адресует прессу с вопросом о военнослужащих России в Сирии в Министерство обороны РФ, отлично зная, что наемники военнослужащими не являются. Главный чекист отмалчивается. Мир знает о массовой гибели россиян в Сирии, а официальной позиции власти нет, кроме подтверждения гибели нескольких человек, которая была не опровергнута родственниками (Алексей Ладыгин из Рязани, Владимир Логинов из Хабаровска, Станислав Матвеев и Игорь Косотуров из Асбеста Свердловской области).

То есть власти РФ пытаются сохранить в тайне от граждан страны гибель российских наемников, уничтоженных дронами и авиацией США в зоне контроля коалиции и не уточняет, кто же несет ответственность за операции ЧВК в Сирии.

Иными словами, Кремль вместе с Путиным покрывает явное беззаконие. Вы скажете: отсутствие логики. И ошибетесь. Логика есть. В стране, где установлена диктатура, действует тип логики особого характера «Видим черное, но приказано говорить «белое», так и скажем – начальству видней».

То, что наемника посылают на верную смерть, понятно: он сам знал, куда едет. Но что происходит, когда он чудом остается жив и возвращается домой? Опять же, никакой защиты. Правозащитники РФ отмечают: если гражданин РФ участвовал в военных операциях, вернулся в Россию и будет доказан факт получения им денег, он может быть осужден. Кроме того, с него ФСБ берет расписку о неразглашении на 5 лет, в противном случае угрожая уголовным преследованием как раз по статье «наемничество».

«Псы войны» гибнут не только за деньги. На сайте Балтийского казачьего союза читаем о гибели Логинова Владимира Николаевича, сотника казачьего хутора «Прегольский»: «Сотник Владимир погиб в неравном в бою 7 февраля 2018 года, в районе сирийского Дейр-эз-Зора. Погиб, героически защищая на дальних подступах нашу Родину от нашествия обезумевших варваров. Вечная память казаку Владимиру, погибшему за Отечество, Казачество и веру Православную!»

Что делать с «псами войны»?

По мнению известного российского политолога Константина Эггерта, сегодня в России сложилась индустрия наемничества. Это большой теневой бизнес с участием государства. Индустрия дает смысл жизни определенному типу мужчин из депрессивных регионов. Одновременно для российской власти очень важно плотно контролировать и держать подальше от страны этих людей, особенно ветеранов необъявленной войны с Украиной. Многие из них воюют не только за деньги, но и за свою идею великой и могучей России. Такой «контингент» Кремлю в России совершенно не нужен – он неуправляем и непредсказуем.

Зампредседателя партии «Яблоко» Александр Гнездилов считает, что в отношении ЧВК должно действовать российское законодательство, но только в полном объеме. Оно должно внимательней смотреть на бойцов ЧВК, среди которых парни из российской глубинки, в отсутствие работы вынужденные себя продавать, по сути, на смерть или инвалидность, а в итоге, на жизнь без каких-либо социальных гарантий. «Нужно понимать, что это не их инициатива и даже не частная инициатива каких-то оборотистых дельцов – это действительно часть государственной политики».

Россия оказалась в западне. Уйти из Сирии не может: это будет крупнейшим геополитическим поражением России, по последствиям сравнимое, возможно, с уходом Советского Союза из Афганистана. Вести там активную войну не может, потому что это означает направлять туда сухопутный контингент, строить новые базы для обеспечения снабжения этой группировки боеприпасами, оружием, техникой, питанием. Наемники – это в любом случае – удобный способ снизить риски для российских военнослужащих, тела с которыми регулярно приходят в РФ из Сирии.

Это подтверждает Юждин Румер, директор Российско-Евразийской программы в Фонде Карнеги за международный мир, бывший офицер национальной разведки в Национальном совете по разведке с 2010 по 2014 год, автор книги «Конфликт на Украине: распад миропорядка, сложившегося после окончания холодной войны» (Conflict in Ukraine: The Unwinding of the Post-Cold War Order): «Наемники выполняют роль фактора, повышающего боевую эффективность, в тех ситуациях, когда российская армия по каким-то причинам не хочет задействовать своих бойцов. Это дает российскому руководству возможность правдоподобно отрицать свою причастность и служит подтверждением заявлений о том, что численность российского контингента в Сирии существенно снизилась».

Так что ЧВК Вагнера является на сегодняшний день важным инструментом для сохранения российского влияния на ситуацию в Сирии.

 

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ