ПУТЧ ПО-МАВРИ...

ПУТЧ ПО-МАВРИТАНСКИ

77
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

“Те пятнадцать революций, которые произошли в моей стране за последние две недели, ничего не изменили…”.
(Посол Нагонии, ну, и Гариваса тоже. КВН ДГУ, 1993 г.).
Иногда бывает так: отлучился лидер государства ненадолго за границу по делам – и вдруг выясняется, что за время его отсутствия власть перешла к кому-то еще. Именно такая неприятность произошла в начале августа с президентом Мавритании Маауйя ульд Сиди Ахмед Тайя: вылетев буквально на пару дней в Саудовскую Аравию, дабы поприсутствовать на официальной церемонии прощания с умершим королем Фахдом ибн Абдель Азизом, он обнаружил, что возвращаться ему, собственно, уже некуда…
Для тех из наших читателей, кто давно и прочно забыл школьные уроки географии, напоминаем: Мавритания – небольшое исламское государство на западе африканского континента. Наиболее известными его соседями являются Мали, Сенегал, Марокко и Алжир. Среднестатистическому представителю белого населения европейского континента или США Мавритания известна разве что одноименным архитектурным стилем и выдающимся представителем, воспетым Шекспиром – Отелло, мавр венецианский.
Военные перевороты, они же путчи, в странах Африки и Латинской Америки давно и прочно превратились в своего рода национальный спорт. Когда-то, во времена СССР, бытовало расхожее клише об “африканцах, угнетаемых американскими империалистами”, однако с окончанием Холодной войны африканский континент был более-менее предоставлен сам себе, и вдруг выяснилось, что даже без участия “старших братьев” из США и Советского Союза местные жители вполне резво ставят друг друга к стенке. В данный момент примерно половина всех правительств стран Африки пришла к власти именно путем вооруженного переворота.
Мавританский президент Тайя – не исключение: его “воцарение” в 1984 году также ознаменовалось путчем. С тех пор он был трижды переизбран на своем посту, а два года назад с большим трудом предотвратил попытку государственного переворота. На этот раз путчисты использовали его кратковременное отсутствие, – президент отправился с визитом в Саудовскую Аравию, дабы приветствовать нового короля Абдаллу и лично высказать ему соболезнования по поводу смерти его брата и предшественника, короля Фахда. Официальный визит начался 2 августа, а уже утром 3-го числа тяжеловооруженные подразделения мавританской гвардии под предводительством начальника президентской охраны Мохаммеда Вельд Абдель Азиза, заняли в столице страны, Нуакшотте, дворец президента, здание правительства, Генштаб и единственную в Мавритании телебашню. Солдаты при поддержке мобильной артиллерии оккупировали стратегически важные объекты, мавританское телевещание транслирует исключительно суры Корана – местный вариант “Лебединого озера” для экстренных случаев.
В обращении к народу путчисты заявили: “Армия и служба безопасности страны пришли к выводу, что тоталитарный режим свергнутого президента должен быть уничтожен”. Также было объявлено, что в стране создана военная хунта, которая намерена управлять государством в течение двух лет. А там, мол, посмотрим, насколько народ выкажет приверженность демократическим ценностям.
Следует признать, что на протяжении 20-летнего правления президента Тайи в стране и в самом деле демократией не пахло. Методы правления были весьма жестокие, поэтому жители Мавритании особо против смены власти не возражали, – путч оказался совершенно бескровным, не было даже раненых. Впрочем, до сих пор нет сведений о семье свергнутого президента: 3 августа она была арестована восставшими и увезена в неизвестном направлении. Казалось бы, – любая демократическая страна мира могла бы порадоваться, узнав, что очередная диктатура развалилась, как карточный домик. Не тут-то было.
Дело в том, что Мааойя Сид’Ахмед Тайя относился к той категории диктаторов, о которых в свое время один из американских президентов говорил: “они сукины дети, но они – НАШИ сукины дети”. На всем протяжении его правления 3-миллионная Мавритания считалась одним из ближайших союзников США на Африканском континенте. Мало того, президент Тайя не боялся даже идти на открытый конфликт с исламистами, установив весьма дружественные отношения с Израилем, – последний немало помог мавританцам, построив в стране три электростанции и щедро делясь новейшими научными разработками. Как изменится внешняя политика страны после путча – в данный момент сказать трудно. Вряд ли новая “демократическая” диктатура отважится портить отношения с США, – слишком близко находятся американские войска, да и гуманитарная помощь, щедрой рукой выделяемая американцами вечно недоедающей стране на западной оконечности пустыни Сахара, по-прежнему жизненно необходима. То же самое относится и к Израилю: исламисты или “Аль-Каида” вряд ли в состоянии построить в Мавритании хоть одну электростанцию, не говоря уж о высоких технологиях и ноу-хау. Так что прибавления в рядах “борцов с иноверцами” ожидать не приходится.
Конечно, хотелось бы надеяться, что мавританские военные, говоря о демократических ценностях, не иронизировали. Однако в данный момент ничего определенного сказать нельзя. В конце концов, “всеобщее счастье” можно понимать по-разному и кто поручится, что это будет определение Стругацких (“Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным!”), а не определение Бармалея из “Айболита-66”: “У меня все быстро счастливыми станут. А кто не станет, – я того в бараний рог скручу и в порошок сотру!”. Одно ясно: лидеры соседних африканских государств отныне будут весьма осторожны в планировании своих зарубежных вояжей. Неровен час, власть отберут.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ