СЛИВАЯСЬ С МЕ...

СЛИВАЯСЬ С МЕСТНОСТЬЮ

319
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Интервью с солдатом полевой разведки Армии Обороны Израиля Ольгой Дрижаченко

Задачи полевой разведки – обнаружение целей противника в интересах сухопутных войск, с последующим их поражением. Для этого используются специальные оптико-электронные средства (дневные и ночные), а так же простые, доступные средства, такие как полевой бинокль, стереотруба или же просто хорошо видящие и внимательные глаза. Наблюдения могут вестись с опорных пунктов, с переднего края своих войск и спецподразделениями полевой разведки из тыла противника.

– Оля, расскажите о себе.

– В Израиль наша семья приехала с Украины, мама, папа и я. Мне тогда было пять лет. Моя младшая сестра родилась уже здесь, в Израиле.

– Вы солдат армии Обороны Израиля. В каких войсках проходит Ваша служба?

– В сухопутных войсках. В полевой разведке.

– В чём заключается эта служба?

– Это зависит от полученного задания. В основном мы скрытно охраняем от посторонних любопытных глаз границу Израиля.

– Кто может служить в полевой разведке?

– В этом роде войск может проходить службу любой призывник, если изъявит желание. Перед призывом в армию каждый молодой человек проходит двухдневную проверку. Призывника проверяют на его физическую подготовку и определяют другие качества присущие ему. Кстати, я пробежала 2 километра за 15 минут. Проверяющие смотрели не только на то, что мне было тяжело бежать, но и на то, что я не сдалась. Это проверка на силу воли.

– Как Вы попали служить именно в полевую разведку?

– Перед призывом в армию я была несколько дней на предармейских сборах. На них призывникам предлагают ознакомиться со списком мест службы в различных родах войск, чтобы они могли предварительно сказать, где бы они хотели проходить службу.

– Вы сами выбрали полевую разведку или Вас уговаривали и убеждали выбрать этот род службы?

– Представители частей рассказывали и объясняли призывникам об особенностях службы в каждой из предлагаемых частей, после чего мы сами выбирали части, где хотели бы проходить службу. Я выбрала службу в полевой разведке.

– Какая у Вас военная специальность в составе роты полевой разведки?

– Моя военная специализация снайпер, строитель и фотограф и телеоператор.

– Что значит строитель?

– Когда мы отправляемся на выполнение задания, мы должны сделать так, чтобы нас при этом было невидно. Для этого мы строим специальное укрытие. Замаскированное укрытие. Я окончила спецкурс по строительству таких маскировочных укрытий. Я должна так же снимать происходящее на границе, для констатации и подтверждения факта происходящих событий. Но основная моя воинская специализация – снайпер. Обычно, если на границе происходит нечто, что вызывает подозрение, мы, оставаясь в замаскированном укрытии, вызываем специализированную группу быстрого реагирования. Но если это ЧП происходит в непосредственной близости от нас, нам приходится демаскироваться и принимать соответствующие обстановке меры. При этом каждая из нас использует свою воинскую специальность. Я – снайпер.

– Исходя из Вашего ответа, я понял, что в роте, где Вы проходите службу одни девушки? Если это так, то почему в роте только девушки и как возникла такая воинская единица состоящая только из девушек?

– Ну потому, что находясь в замаскированном укрытии по многу часов подряд, иногда по 48 часов кряду, удобнее и практичнее быть в нём с такими же девушками, чем с ребятами. Выходя на выполнение задания, мы берём с собой воду, еду и специальные приспособления для туалета. Со стороны может показаться, что всё это просто ужасно, но всё отлично продумано и не вызывает никаких неудобств. Сначала я тоже не понимала, как это можно находиться в секрете столько времени. Но потом поняла и привыкла к такому виду службы. Мы, с девчонками, находясь в укрытии, не отвлекаясь от наблюдения, тихонько перешёптываемся. Это сближает, и я просто ловлю кайф.

– Существует ли у Вас для выполнения заданий спецоборудование и если да, то какое и для каких целей?

– Я не могу ответить Вам на этот вопрос. Поэтому давайте оставим его без комментариев.

– Может, Вы расскажите, как Вам удаётся оставаться «невидимками» при выполнении заданий?

– Как я уже говорила, мы строим специальные укрытия, маскируем их. Иногда у нас бывают специальные задания, тогда мы облачаемся в особую одежду и выходим на выполнение поставленной задачи. Нас должно быть невидно. Это наша работа. Если мы будем видны, значит, мы допустили ошибку в выполнении задания. А этого не должно быть.

– Я так понимаю, что ваши укрытия, обычно, невозможно увидеть глазами?

– Мы строим наши укрытия таким образом, чтобы они полностью сливались с местностью. Очень тщательно подбирается цвет, форма и многие другие аспекты.

– Как далеко Вы можете просматривать территорию, которую Вы контролируете?

– Просматриваем далеко. На сколько, я сказать не могу. Так что опять без комментариев.

– С Вашей точки зрения, какая из существующих в Израиле границ наиболее тревожна и опасна?

– Я думаю, что это границы с Газой и Ливаном. Да и с Египтом тоже. Я прохожу службу на границе с Египтом.

– Как Вы находите, где нужно оборудовать наблюдательные позиции?

– Мы сами их не находим. Получаем задание и согласно ему строим наблюдательную позицию.

– В Армии Обороны Израиля, в боевых частях, службу проходят в течение трёх лет, в то время как девушки призванные в армию в не боевые части проходят службу два года. Почему Вы выбрали службу в боевых частях армии?

– Я понимала, что я могу и что не могу делать. У меня до службы в армии был очень тяжёлый характер. Я не обманывалась в отношении самой себя. А вот проходя службу в армии, я свой характер во многом изменила. Когда закончу службу и вернусь к гражданской жизни, мне будет гораздо легче во многих жизненных ситуациях. Мне пришлось пройти довольно тяжёлый курс обучения и тренировок, и я поняла, что на многое стала способна. Мне все говорили, что я очень хрупкая и что не выдержу трудности службы в боевых частях. Но я выдержала и доказала всем и в первую очередь самой себе, что могу служить в боевых частях. Мои родители говорят, что я изменилась в лучшую сторону. Стала уравновешение и спокойнее.

– Кстати, если зашла речь о Ваших родителях, расскажите о своей семье.

– Мы с моими папой, мамой и младшей сестрой живём в Рамат-Гане. Сестрёнка учится в школе, в седьмом классе. Папа работает в «Марине» в Тель-Авиве. Он там занимается яхтами. Мама временно не работает. Мои дедушка и бабушка тоже живут в Израиле.

– Вы бы не хотели посвятить себя службе в армии, став офицером и продолжить свою армейскую карьеру в Армии Обороны Израиля?

– Думаю, что три года службы в армии вполне достаточно и надеюсь, что скоро демобилизуюсь. После этого пойду учиться.

– Как Вам кажется, кому легче служить в боевых частях – ребятам или девушкам?

– Это смотря где и как служить. Мне кажется, что у девчонок терпения больше, а у ребят физических сил больше. Когда мы проходим физподготовку, то девчонкам делают поблажки. Им дают задания полегче.

– Оля, у Вас есть жених?

– Есть. Сейчас он заканчивает армейскую службу в специальном подразделении, а я демобилизуюсь через восемь месяцев.

– Вы бы хотели, чтобы Ваша будущая дочь повторила Ваш путь службы в армии?

– Да. Я обязательно бы рассказала ей о моей службе. Но в дальнейшем это был бы её выбор.

– А если у Вас, кроме дочери будет ещё сын, где бы Вы посоветовали ему проходить службу?

– Только в боевых частях. Но об этом ещё рано говорить, сначала нужно, чтобы они были, сын и дочь.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ