СЧАСТЛИВЫЕ ВР...

СЧАСТЛИВЫЕ ВРЕМЕНА

153
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Я всегда думал, что умру от старости. Но когда Россия, некогда кормившая всю Европу хлебом, стала закупать зерно, я понял, что умру от смеха.

Уинстон Черчилль.

Я часто не в силах объяснить внукам в США, как мы жили в СССР во время моего детства и юности и почему это были «тяжёлые, но счастливые времена».

Я родился и вырос в одном из районных центров Украины в 25 км от ближайшей железной дороги. Главной улицей было проходящее через него, вымощенное булыжником с большими, заросшими сорняком, кюветами по обе стороны шоссе. В центре, где шоссе расходилось в две стороны, на высоком постаменте стоял бронзовый памятник Сталину. Сзади него, в уцелевшем от войн бывшем помещичьем особняке с колонами, находился райисполком, перед которым росли четыре старые берёзы. Сейчас уже нет ни того ни другого. На углу площади стоял огромный костёл. Его снесли в 80-х и на этом месте установили высотой 2,5 метра бетонную стену: «Доска почёта». Возле посёлка был большой пруд. На нём в начале дамбы стояла на сваях деревянная мельница с большим скрипучим колесом. Под ней мы прятались от дождя и, сидя на остатках старых свай, рыбачили. После изнурительной войны страна с большим трудом ставала на ноги. Однако все мы надеялись на скорую лучшую жизнь. С 16 декабря 1947 года была отменена карточная система на продовольственные и промышленные товары, высокие цены в коммерческой торговле и введены единые государственные розничные цены на продовольствие и промтовары. С каждым годом в магазинах появлялось всё больше различных товаров и каждую весну по радио и в газетах объявляли об очередном снижении цен. Помню, как все радовались, когда в 1952 году было объявлено о самом крупном за послевоенный период, снижении цен почти на все потребительские товары и на многие продукты. Спустя год после этого, когда власть сменилась, 1 апреля 1953 года произошло последнее снижение цен. После прихода Хрущёва к власти снижение цен прекратилось, и начался их ежегодный рост.

Наши родители были на работе весь день, забегая домой только пообедать, и всё свободное время были вынуждены заниматься домашним хозяйством. Уголь в то время был очень дорогой и его могли позволить себе только единицы. Поэтому раз в год отец нанимал машину, и мы ехали на торфоразработки за торфом. Торф отпускали самовывозом – надо было самим грузить и разгружать. Он был основным топливом в течение всей зимы, хотя давал очень много золы. Печка не только служила для отопления жилища, на ней всю зиму готовили пищу. Дрова использовали очень экономно и только для растопки. На дрова продавали непригодные для разделки на доски стволы деревьев. Нам необходимо было их распилить и порубить. Торф и дрова отец и я складывали для хранения в сарае. В нём мать также держала десяток кур, для нас это были яйца и на праздник мясо. По выходным мать стирала в тазу или корыте, используя для этого стиральную доску с ребристой металлической поверхностью, о которую интенсивно терла намоченную в мыльном растворе одежду. В том же тазу мы зимой, нагрев на печке воду, мылись, а летом, как все, ходили купаться на пруд. Позже у пруда построили баню, которая работала по субботам. Бельё вываривали в большом жестяном баке «выварке» и оно было белоснежным. Сушили всё на улице во дворе на верёвках, я даже сейчас помню запах свежести, исходящий от принесённых с мороза простыней.

Наша семья жила в маленькой, состоящей из разделенных печкой комнатки и кухни, квартире, единственного в поселке двухэтажного, пятнадцатиквартирного, без удобств, жилого дома. Родители с утра до вечера работали и поэтому дети с раннего возраста были уже при деле и помогали выполнять посильную им работу. Мы чистили печки от золы, выносили мусор и приносили из сараев торф и дрова, носили по полведра воды из колодца, целое не донесёшь и всё равно половину по пути расплескаешь. А также ходили в магазин за хлебом, убирали, чистили до блеска песком металлическую посуду: чугунные сковородки и горшки, которые называли «баняками», и алюминиевые кастрюли, подметали ежедневно полы, разогревали на примусах еду… Ещё были огороды. Туда было нужно ходить, садить, полоть, окучивать картошку и убирать урожай. Без дела мы никогда не сидели. И работая, и играя, мы старались беречь свою одежду и обувь, она передавалась от старших к младшим. Поэтому всё лето мы ходили босиком, в спортивном трико и майке, обуваясь и красиво одеваясь только в клуб и на праздники. Большинство из нас умело пришивать пуговицы, ставить заплаты и штопать носки. Младшие донашивали за старшими всё что можно, включая обувь, и это было нормой. Нынче одежды и обуви у всех много, и что такое заплата или тем более штопка давно забыли, да и пуговицу пришить не каждый может.

Когда у нас было свободное время, играли в свои нехитрые игры. До наступления полной темноты во дворах звенел детский смех и слышны были весёлые крики. Нынче подростки исчезли из дворов – теперь они играют в компьютерные игры, а малыши под присмотром играются на детских площадках. Дворовые игры, которые сделали нас такими, какими мы есть, и даже многие наши считалки, забыты и стали достоянием истории. В выходные дни в клубе днём для детей показывали кино. Детский билет стоил пять копеек и, получив от родителей заветный пятак, мы все устремлялись к клубу. Без злобы, зависти и выпендрёжа, независимо от того кем работали родители, мы почти все ходили в один детский сад, дружили, играли вместе в наши игры, позже учились в одной школе и сидели за одними партами. Мы не знали, что может быть иначе и не представляли себе другой жизни, не были такими озабоченными как нынешние дети и были добрее, более свободными и счастливыми. У нас много чего не было, точнее не было ничего, даже электричества, но это никого не смущало. Электричество в посёлке появилось, когда я начал учиться в пятом классе. «Как вы тогда жили» – удивлялись внуки. «Как самолёты – шутил я – всё на керосине». Раз в неделю надо было идти в магазин кооперации и покупать керосин. Коопторг не получал, а сам закупал свои товары различного назначения от продуктов до гвоздей. Покупать их могли только его члены, платившие небольшие ежемесячные взносы и цены там были чуть выше государственных. Но в государственных магазинах часто таких товаров не было, а без них никак. Например: керосин был нужен для ламп освещения, фонарей «летучая мышь» и для приготовления пищи, летом все готовилось на керогазах и примусах.

Я уже учился в школе, когда умер Сталин. Единственное запомнил тогда, что нам, ученикам младших классов, поручили чернилами замазывать на всех газетах, которые получил район, на общей фотографии лицо Берия. По-видимому, нас посчитали достаточно взрослыми, чтобы справиться с этой работой и достаточно глупыми, чтобы ничего не понять. Первые годы после смерти Сталина жизнь продолжала по инерции катиться вперёд. Тогда большую роль в сельском хозяйстве играл частный сектор. Составляя всего лишь 2% всей пахотной земли, он давал стране половину потребляемого молока, мяса, шерсти, яиц, картофеля, овощей и фруктов.

В 1956 году, захвативший к этому времени почти все бразды правления верховной власти в стране, Хрущёв занялся наведением в СССР порядка в промышленности и сельском хозяйстве. Многие деяния Хрущёва, к счастью, обошли наш посёлок стороной. Однако манипуляции в сельском хозяйстве больно ударили не только по жителям нашего посёлка, но и едва не привели к всеобщему голоду. По указаниям Хрущёва начали разрушать существующие до этого, сложившиеся в течение лет колхозные устои. «По его настоянию было принято решение: ограничить количество скота в личной собственности и сократить размеры приусадебных участков. В итоге: скот порезали, мяса и молока стало значительно меньше, а земля, отрезанная от приусадебных участков, зарастает травой. Тот, кто раньше нёс свои продукты через колхоз или индивидуально на рынок, или в магазины, сам теперь оказался в роли покупателя, что ещё больше затрудняет снабжение продуктами трудящихся города» (Доклад члена Политбюро ЦК КПСС Д.С.Полянского на Пленуме ЦК КПСС, 14 октября 1964). Чтобы «колхозники работали в колхозе, а не отвлекались на работы в личном подсобном хозяйстве», крестьян обязали отрабатывать регулируемый минимум трудодней, работая определенное время на колхозных полях. «Колхозный двор… в первую очередь должен организовать своё хозяйство таким образом, чтобы оно было только подсобным. Основное свое внимание члены колхозного двора должны уделять общественному хозяйству колхоза, и, следовательно, работать в личном хозяйстве двора они должны только в свободное от работы в колхозе время» (Колхозное право §4 #3). Тех, кто этого не выполнял, наказывали сокращением приусадебных участков. Помимо этого колхоз и колхозники должны были платить налоги. Подоходный налог с колхозов исчислялись в размере 14% с облагаемого дохода. В отличие от колхозов, каждый колхозный двор, имеющий доходы от подсобного хозяйства, обязан был платить государству сельскохозяйственный налог в размере, установленном в зависимости от размера доходов колхозного двора за год, предшествовавший обложению, а также обязательное окладное страхование. Налогом облагалось всё способное принести доход, каждый ягодный куст, каждое фруктовое дерево и в большинстве случаев их урожай не покрывал даже части величины налога. Я видел, как со слезами на глазах вырубали возле домов фруктовые деревья, многие деревья в это время цвели и на это было страшно смотреть. Но что оставалось хозяевам с таким трудом выпестованного сада делать, если налог на вымышленный доход от этих деревьев зашкаливал. Помимо денежных выплат, колхозников привлекали к обязательным поставкам картофеля, молока, мяса, яиц, шерсти и кожевенного сырья. Мясо и яйца были обязаны поставлять все колхозные дворы независимо от того, имеется ли у них скот и птица. За сданную продукцию им уплачивалась её стоимость по государственным заготовительным ценам. Эти цены были намного ниже рыночных, но в случае невыполнения поставок виновных могли привлечь к уголовной ответственности.

В речи на зональном совещании работников сельского хозяйства областей и автономных республик РСФСР 22 мая 1957 года Хрущев поставил задачу: «В ближайшие годы догнать США по производству мяса, масла и молока на душу населения». Для решения этой задачи было решено привлечь школьников. Школьники весной, после окончания учёбы каждый год неделю работали в колхозе, обрабатывая тяпкой всходы сахарной свеклы и кукурузы, а осенью участвовали в их уборке: собирали кочаны и обрезали ботву. К этому им добавили производство мяса. «Подсчитано и доказано: от пары кроликов за год можно получить столько же мяса, сколько может дать… корова… Сейчас, когда страна напрягает мускулы, чтобы догнать самую богатую капиталистическую страну, большим подспорьем в животноводстве может стать скороспелое, вкусное и питательное кроличье мясо» («Комсомольская правда» 13 марта 1959). К разведению кроликов приступили в большинстве школ страны. Весной и в нашем посёлке на школьном дворе поставили десяток клеток и поселили первые пары кроликов. Вскоре из клеток вырос целый городок. Часть кормов мы вырастили сами на пришкольном огороде, часть выделил колхоз. Вскоре катящийся по стране вал реформ достиг школ. В 1959 году все учащиеся с 5 по 10 класс начали заниматься по новой программе, рассчитанной на 11-летний срок обучения вместо 10. Семилетку сменила восьмилетка. В это время я учился в седьмом классе. Как и всем моим одноклассникам, свидетельство об окончании семилетки мне не дали, и пришлось еще год учить то же самое в восьмом классе. Из-за этого я стал круглым отличником.

Мои родители корову не имели, но у большинства жителей поселка они были. Только некоторые держали коз, так как налог на них был гораздо ниже и с кормами проще. Корова считалась в домашних хозяйствах колхозников главной кормилицей. Они были всегда ухожены и накормлены. Летом общественный пастух пас сводное стадо на пастбище. Когда Хрущёв отнял общественные пастбища, коров пасли в кюветах из которых прогоняла милиция и на других всевозможных островках «ничейной» земли. По колено в воде косили на корм молодые камыши… Вскоре коров у колхозников отобрали и включили в колхозные стада. Многие бывшие хозяйки коров часто бегали на ферму посмотреть «як там моя» и принести своей любимице какое-нибудь лакомство. Зачем было укрупнять колхозное стадо, если и существующее нечем было кормить, а колхозники ежедневно сдавали государству молоко – никто понять не мог. Кормов в колхозах не хватало, и увеличение стада привело к вынужденному уничтожению поголовья.

«Серьезные трудности с хлебом, а также с фуражом вынудили нас пустить большое количество скота под нож. В результате сейчас сложилось тяжелое положение с мясом, маслом, яйцом и другими продуктами. Судя по всему, заготовки скота и птицы в нынешнем году уменьшатся примерно на 1,9 миллиона тонн по сравнению с прошлым годом. Во втором полугодии будет продано мяса на 35% меньше прошлогоднего. Уже сегодня торговля мясными продуктами почти повсеместно идет с большими перебоями, а в ряде промышленных центров этих продуктов в этом году вообще почти не было» (Доклад члена Политбюро ЦК КПСС Д.С.Полянского на Пленуме ЦК КПСС, 14 октября 1964).

Заработная плата в колхозе была очень маленькой, и выручали только приусадебные участки. Земля кормила и людей и скот, и давала продукцию для госпоставок. Эти участки, которые были для колхозников главным средством существования и осуществляли производство половины всех продуктов в стране, Хрущёв решил отобрать. До прихода его к власти колхозники имели столько приусадебного хозяйства – сколько разрешено было иметь решением колхозного собрания. Чаще всего это было примерно 40 соток земли возле дома. Все, кто выходил из колхоза и не члены его ограничивались в земельном пае до 15 соток. С «остатками частной собственности» Хрущёв повёл непримиримую борьбу. Чтобы крестьяне не имели возможность сами молоть зерно, снесли даже стоящую у пруда водяную мельницу. Первым результатом этих новшеств стали громадные очереди за изредка появлявшейся в магазинах мукой. Так как родители были часто заняты, стоять в них приходилось нам.

Хрущёв возвратил власть партийному аппарату на всех уровнях. От парткомов колхозов и предприятий и до ЦК КПСС. Власть над производством захватили партийные бонзы. Ликвидировав предприятия кооперации и приусадебные участки колхозников, Госплан и отраслевые министерства (кроме оборонных), они нанесли экономике страны непоправимый вред. Открывшиеся возможности для членов господствующей в стране партии, привлекли в неё, в стремлении получить собственную выгоду, карьеристов, авантюристов и приспособленцев всех возможных видов. Бездарные и научно безграмотные, они использовали партию как трамплин для карьерного роста. Поддерживая друг друга, эти честолюбцы, пренебрежительно относящиеся к нуждам дела, постепенно заняли все руководящие места. Хорошие руководители, которые могли составить им конкуренцию, безжалостно изгонялись, освобождая место покладистым и послушным.

Сельское хозяйство нужно было и можно было поднять. Для этого были реальные методы и имелись реальные специалисты. Однако во всех сферах предпочтенье отдавалось покладистым карьеристам. Когда Хрущёв укрупнил районы, наш посёлок перестал быть райцентром и бывшего экономиста райисполкома Косенко трудоустроили председателем местного колхоза. Это был грамотный, умный и порядочный человек. Он сумел взять кредиты, закупил элитные сорта семян и начал выращивать ранние овощи, кукурузу, свеклу и другие культуры. Таких больших голов свеклы и кочанов кукурузы я никогда больше не видел. Заросший водорослями пруд очистили и в него запустили мальков карпа. У рачительного хозяина каждая частица до этого убыточного колхоза начала давать прибыль. Вскоре ранее нищий колхоз выплатил все кредиты, отдал все долги, выполнил, возможно впервые, все госпоставки и засыпал в отремонтированные амбары семена. Остаток урожая раздали колхозникам на трудодни. Получив впервые достойную, ранее невиданную награду за свой труд, колхозники были счастливы. Только радость их была недолгой. Большинство остальных колхозов план не выполнили, и областное руководство потребовало от Косенко не раздавать излишки урожая на трудодни, а сдать в госпоставку, чтобы покрыть недостачу других. Косенко отказался и вскоре его сменил другой председатель, более покладистый. Через год колхоз обнищал, и его работники опять начали получать за свой труд гроши.

Не смотря на уравниловку, которая была в стране, разные города и поселки жили совершенно по-разному. В то время, когда в одних районах не было проблем со снабжением, в других – магазины сверкали пустыми прилавками. В соседней с нами области, которая считалась «западной», так как до Второй мировой войны входила в состав Польши, когда у нас не было почти ничего, всегда была в магазинах мука, сахар и другие продукты и товары первой необходимости. Жители нашего посёлка иногда ехали туда за чем-то очень необходимым. Добираться было нелегко, машин было мало, и поймать попутку было очень трудно. Автобусы в то время внутри областей ещё не ходили. Основным транспортом в сельской местности были лошади. Позже, когда дефицит продуктов начал принимать угрожающие размеры, «чужим» их перестали продавать и эта лавочка закрылась.

«Укрупнение» колхозов, соединив два и более в один, и превращение их в совхозы создало колхозникам только новые трудности. В 1958-1959 годах были ликвидированы машинно-тракторные станции (МТС). Их преобразовали в ремонтно-технические. Колхозы заставили выкупить всю сельскохозяйственную технику станций. Финансовое положение колхозов, которые не имели для такой покупки средств и в большинстве сидели на дотациях по уши в долгах, было окончательно подорвано. Помимо этого, использовать качественно технику не позволяло отсутствие достаточного количества обученных технических кадров. Постоянные изменения создали в сельском хозяйстве хаос. Процветало воровство: «Всё вокруг колхозное, всё вокруг моё».

Не имеющие дохода достаточного для проживания, колхозники, особенно молодёжь, любыми путями стремились вырваться из «родного колхоза».

Чтобы заинтересовать колхозников обустраиваться в своих населённых пунктах, Хрущёв позволил выделять для создания личных хозяйств землю и разрешил безвозмездно использовать для строительства камни из еврейских кладбищ. На территории Каменец-Подольской (ныне Хмельницкой) области было много еврейских местечек и соответственно – старых кладбищ. Защитить их было некому, так как почти все евреи погибли или были уничтожены во время войны. На это и рассчитывали коммунисты. К счастью, только очень немногие решились воспользоваться его разрешением. Однако часть камней с кладбища возле нашего посёлка и среди них камень с могилы моего деда исчезли. Стало невозможно найти его могилу.

Чтобы заставить людей остаться в колхозе им не выдавались паспорта. Введение паспорта для всех граждан, которым исполнилось 16 лет, было предусмотрено постановлением ЦК КПСС и Совета Министров «О мерах дальнейшего совершенствования паспортной системы в СССР» лишь 28 августа 1974 года. Однако, даже «советское крепостное право» было не в силах удержать людей, особенно молодёжь, в не дающих заработать хотя бы прожиточный минимум колхозах. Бедность, бесправие и отсутствие малейшей перспективы, опустошали посёлки и села. Перебраться в город, где есть работа и скромное жалованье, стало для многих мечтой. Чтобы вырваться из непаспортизованной зоны, парни после армии старались закрепиться «на большой земле» и получить документ полноправного гражданина. Отслужив, они устраивались на больших стройках, записывались в ряды советской милиции… Устроившись, часто вызывали к себе своих подруг. Даже с паспортом закрепиться в городе было очень трудно. Без прописки на работу не принимали, а не имеющих работу, – не прописывали. Некоторым удавалось устроиться в городах по «лимиту», который был открыт для согласных работать на мало оплачиваемых, не престижных, грязных и вредных работах, куда имевшие выбор городские жители не шли. После смены власти эти порядки остались. Автор этих строк, чтобы остаться в городе, спустя год после снятия Хрущёва пошёл подсобным в чугунолитейный цех.

Пытаясь покрыть потери от разгрома частного сектора и, помимо этого, повысить сбор зерна, Хрущёв решил увеличить посевные площади пшеницы. Были перепаханы пастбища в низовьях Волги, на южном Урале, в Восточной Сибири и Казахстане. Только в Казахстане из присланных туда «комсомольцев-добровольцев» работали 12 тысяч тракторных бригад и 30 тысяч шоферов. Первый урожай на целинных землях был очень хорошим, но хранить его было негде, и большая часть урожая пропала. Чтобы оставлять после вспашки верхнего плодородного слоя, невспаханные полосы для защиты от ветра тоже не было указаний. Произошло выветривание почвы, и начались «черные бури». Эффективность освоенных целинных земель в Казахстане ежегодно падала. Почва стала непригодной ни для посева, ни для пастбищ.

15-27 сентября 1959 года Хрущёв нанёс свой первый визит в США. Спустя месяц вышла книга «Жить в мире и дружбе!» с текстами выступлений Хрущёва в Америке, а ещё через месяц большим тиражом вышла книга «Лицом к лицу с Америкой». Мы её с интересом читали, так как все наши познания об Америке ограничивались учебником географии. Увиденные в Америке достижения сельского хозяйства Хрущёв, не откладывая и не изучая условий, решил внедрить в СССР. Однако, эксперименты с кукурузой ожидаемого успеха не дали. Без учёта климатических условий и проведения в каждой местности испытательных посевов на небольших площадях, ею в ущерб другим культурам, были заняты десятки миллионов гектаров плодородных земель. В большей части Нечерноземья и в восточных областях зерно кукурузы не уродило, но высокие стебли решили проблему кормов. Как и предыдущая шестая пятилетка, семилетний (1959-1965) план развития сельского хозяйства провалился и стал невыполнимым.

Хотя Хрущёв официально заявил о намерении жить с США в мире, страна усиленно начала готовиться к войне. Большую часть бюджета съедало производство ядерного оружия. Во всех городах и посёлках, в том числе и у нас, проводились учения гражданской обороны. На эти учения у нас в посёлке привлекали всё население и школьников и колхозников. Расположенное на глубине более 50 метров противоядерное убежище для первых лиц СССР Хрущёв посчитал не достаточно надёжным, и на глубине более 200 метров в столичном районе Раменки был построен подземный город, рассчитанный на 15 тысяч человек. Множество многоэтажных подземных сооружений с автономными системами электроснабжения, канализации, подачи воды и воздуха были построены в столице и других городах. Всё это требовало больших затрат. Несмотря на начавшиеся перебои с основными продуктами питания, большинство убежищ комплектовали рассчитанными на долгий срок запасами продуктов длительного хранения. О том, чем кормить народ не в далёком будущем, а сегодня – никто не думал.

После вступления в 1960 году Кубы на путь социалистического развития, многие американские политики заявляли, что Соединённые Штаты не должны терпеть существования в Западном полушарии коммунистического режима. Америка объявила Кубе торговый бойкот, а СССР, преднамеренно идя на конфронтацию с США, Кубу поддержал. Визит американского президента в СССР Москва отменила, и Эйзенхауэр не сумел приехать в СССР. А вот Хрущёв имел возможность приехать в США без приглашения, хотя только в штаб-квартиру ООН. С этой целью он назначил себя главой советской делегации на XV сессию Генеральной Ассамблеи. По его примеру главы многих стран мира заявили, что также возглавят свои делегации на сессии ООН. В это время в США вступала в решающую фазу кампания по выборам президента, и эти визиты отразились на шансах республиканской партии, стоявшей у власти, и сыграли на руку кандидату от демократической партии Джону Кеннеди. 23 сентября 1960 года Хрущёв прочёл на пленарном заседании Ассамблеи доклад «Свободу и независимость всем колониальным народам. Решить проблему всеобщего разоружения». После этого он около месяца продолжал находиться в США, встречаясь с лидерами «освободившихся» стран. В 1960 году в ООН вступило более 20 стран, что, как нам объясняли, подчёркивало быстрый распад колониальной системы. Большинство этих стран были ранее колониями Англии. Не представляя интереса для западных стран, они устремились под крылышко к советскому лидеру. Хрущёв стремился «за счет интересов нашей страны быть добрым и этим завоевать себе авторитет… В Гвинее с помощью СССР построен аэродром, консервный и лесопильный заводы, электростанция, радиостанция, холодильник, госпиталь на 500 мест, гостиница, политехнический институт, животноводческая ферма, ведутся геологоразведочные и изыскательские работы. А сколько туда поставлено машин и оборудования! И все это брошено псу под хвост… В Ираке мы делали ставку на Касема и развернули там большое строительство: строим железную дорогу в 542 километра (кстати, в СССР в 1963 г. построено новых железных дорог всего 673 км), к 1963 году построили более 200 объектов. А в это время Касема свергли, к власти пришли откровенные враги СССР… Индонезия, получив большую помощь, не хочет платить по нашим кредитам… Около 200 млн. золотых рублей были отданы Индии, Эфиопии и другим странам в порядке безвозмездной помощи, не считая огромных средств и оружия, выделенных для их вооруженных сил. …Общая сумма советских кредитов только для 20 развивающихся стран составила 3 млрд 400 млн. рублей в новых деньгах. При содействии СССР в этих странах предусмотрено строительство многих сотен промышленных предприятий и других объектов. Всего за 10 лет мы построили в различных странах более 6000 предприятий… Результаты во многих случаях оказались плачевные: съев то, что мы им дали, руководители некоторых из этих стран отвернулись от нас… (Доклад члена Политбюро ЦК КПСС Д.С.Полянского на Пленуме ЦК КПСС, 14 октября 1964). Все эти непродуманные огромные затраты легли непосильным грузом на плечи стремительно нищавшего советского народа.

В 1961 году в СССР «в целях облегчения денежного обращения и придания большей полноценности деньгам», была проведена денежная реформа. Один доллар США до проведения реформы стоил четыре рубля, а после её начал стоить 90 копеек. Мы радовались, что рубль стал дороже доллара, не понимая, что если менять деньги один к десяти, то доллар должен стоить не 90, а 40 копеек. Мало кто заметил, что золотое содержание рубля и его покупательская способность снизились в 2,25 раза. Лекторы, которые приезжали и разъясняли нам в клубе суть реформы, этот вопрос умело обходили. Рыночные цены, которые колебались в пределах магазинных, после реформы намного превысили их. Зелень, овощи и фрукты из магазинов исчезли, завмаги сразу же сплавляли их рыночным спекулянтам, которые вскоре вытеснили колхозников со всех рынков. В областных и районных центрах многие виды продуктов полностью исчезли из госторговли.

Подобное положение создалось и в «странах социалистического лагеря». С целью предотвратить массовое бегство жителей ГДР в Западную Германию была построена Берлинская стена – сооружение из бетона и колючей проволоки длиной 45,1 км, возведенное на границе между Восточным и Западным Берлином. Её строительство начали 13 августа 1961 года и завершили в течение 10 дней. Были оборваны коммуникации, линии метро и других транспортных средств, пограничники ГДР получили приказ стрелять на поражение. В этом же году, впервые после войны, произошли стихийные волнения в СССР: 15-16 января в Краснодаре, 30 июня – в Муроме, 23-24 июля – в Александрове Владимирской области…

Окончательным признанием провала сельскохозяйственной политики Хрущева стало постановление ЦК КПСС и Совмина СССР о повышении цен на мясомолочные продукты, опубликованное 31 мая 1962 года. При этом нормы выработки на промышленных предприятиях начали ежемесячно расти, а зарплата рабочих падать. В связи с этим во многих городах были волнения. Система стимулов повышения эффективности производства была установлена в 1939 году во всех отраслях народного хозяйства, обеспечивая рост производительности труда. В 1956 году её отменили и, чтобы заставить рабочих повысить производительность, начали снижать расценки, повышая нормы выработки. 1 июня 1962 года, когда рабочие из газет узнали о повышении цен, руководство Новочеркасского электровозостроительного завода сообщило им о снижении на треть расценок. Это совпадение привело к выступлению, которое было подавлено силами армии и КГБ. По официальным данным, при разгоне демонстрации было убито 26 человек, ещё 87 получили ранения. Семерым из «зачинщиков» были вынесены смертные приговоры, и они были расстреляны, остальные получили длительные сроки лишения свободы. Несмотря на то, что средства массовой информации хранили об этом полное молчание, известие о Новочеркасских событиях прокатилось по всей стране. Ненависть к Хрущёву росла с каждым днём, охватывая всё большие и большие слои населения.

Новый 1963 год праздновали как обычно. У всех к этому празднику были отложены в дальний угол какие-то продукты, а выпивки в магазинах было всегда полно. Но скоро праздники кончились и начались не слишком радостные будни. Сливочное масло исчезло сразу же после того, как у колхозников забрали скот. Количество масла, вырабатываемого на расположенном в центре посёлка маслозаводе, из-за резкого снижения получаемого им молока, сократилось в несколько раз, и его полностью отправляли в столицу. В коопторг привозили подсолнечное масло и продавали не более одной бутылки в одни руки. Оно поступало в бочке, и покупатели приходили каждый со своей бутылкой. Кроме этого изредка привозили жир, который продавали белыми кусками похожими на смёрзшийся снег. Затем из магазина и рынка исчезло мясо. Иногда мясо привозил коопторг, но в течение часа, несмотря на небольшую норму отпуска, от него не оставалось следа. За всем загодя выстраивались огромные очереди, и оно распродавалось в тот же день. Базары в воскресенье раньше были многолюдными и праздничными, но постепенно их пышность исчезла. Колхозникам не стало что продавать, они едва могли прокормить себя, так как колхозы всё выгребли подчистую, и на трудодни почти ничего не дали. Раньше колхозники тоже получали пенсию, но только от колхоза. Колхоз помогал и топливо привезти, и огород вспахать… В 1964 году, после выхода «Закона о пенсиях и пособиях членам колхозов», государство полностью взяло обязанности по выплатам пенсий на себя. Хрущевская реформа, о которой было поднято столько шума, установила всем колхозникам одинаковую пенсию в 12 рублей в месяц, что примерно равнялось стоимости четырех с половиной килограммов вареной колбасы, в которую уже в начале 60-х годов начали щедро добавлять сою. На подобную пенсию жить было невозможно, поэтому в базарные дни на рынке всегда сидели старушки, продающие зелень и семечки. В будние дни колхозный рынок был совсем пуст. Десяток материных кур, за не имением другого мяса, после неудачных походов её на рынок, быстро растаял. Некоторое время их было пять, затем три и вскоре клетка в сарае опустела. Кормить их всё равно было нечем, небольшую часть картошки отложили на семена, а остальной едва хватало для нас. Часть семенной картошки пришлось тоже пустить на еду и при посадке, чтобы хватило на огород, мы её резали на части. Мука и крупы в нашем посёлке и другие продукты из магазинов исчезли полностью. Даже дешёвые конфеты «Подушечки» и «Барбарис», которых всегда было полно в продаже, разобрали. Их использовали вместо сахара, который исчез уже давно. Раскупили даже рыбные и другие консервы, которые раньше не пользовались спросом. Вдобавок ко всем этим бедам, зима была очень суровая. В колхозе вымерзли озимые, а в колхозном саду даже яблони «антоновка», которые считались морозостойкими. Крупнейший неурожай 1962-1963 годов поставил, давно исчерпавшую все запасы, страну на грань голода. Вскоре дошла очередь до хлеба. Во многих регионах, из-за отсутствия зерна для помола, с прилавков исчезли белый хлеб и пшеничная мука. Осенью 1962 года ЦК КПСС и союзный Совмин издали постановление «О наведении порядка в расходовании ресурсов хлеба», ограничив продажу хлеба до 2,5 килограмма в одни руки. Чёрный хлеб стал зеленовато-желтым, в него подмешивали кукурузную и гороховую муку. Хлеб стал каким-то немножко липким внутри, недостаточно пропеченным и потерял свой «запах хлеба». Но и его было недостаточно. Власти перешли к отпуску хлеба по прописке, были пересмотрены нормы потребления и продажи. На четырёх человек: отец, мать и я с братом, нам в сутки было положено один батон. Колхозников вообще лишили хлеба, мотивируя тем, что они получили зерно на трудодни, однако никакого зерна им на трудодни не дали. В южных районах СССР были введены карточки на хлеб. Основным продуктом питания во многих регионах, в том числе и в нашем посёлке, стал картофель. Его запасы быстро исчезали.

Когда на Кубе были национализированы компании, нефтеперегонные заводы и заводы, принадлежавшие гражданам США, американцы прекратили поставлять на Кубу нефть и покупать её сахар. Воспользовавшись этим, СССР направил Кубе танкеры с нефтью и организовал закупки кубинского сахара-сырца. Несмотря на песню «Куба любовь моя», которую по радио чуть не ежедневно исполнял Кобзон, исчезновение в продаже и нормирование хлеба, и одновременно с этим отправка зерна на Кубу, вызвали противоположные эмоции. Я помню, как в это время по всей стране распевали:

«Куба, Куба, отдай наш хлеб!

Куба, Куба, возьми свой сахар!».

Но кроме сахара, рома, сигар и сигарет Кубе не было что дать. В это время и в СССР была подобная обстановка, страна нищала. Возможно не видя другого выхода, надеясь, что война всё спишет, Хрущёв решил использовать Кубу для внезапного ядерного удара по США. 20 мая 1962 года он изложил свою идею членам Политбюро. 30 мая было получено согласие Кастро разместить на острове ядерное оружие.

Туда направили подразделения баллистических и крылатых ракет с ядерными боеголовками, десятки бомбардировщиков с ядерными авиабомбами, более десятка зенитных ракетных комплексов, танковые батальоны, мотострелковые полки и другие воинские группы, а также 11 подводных лодок, 7 из которых с ядерными ракетами и эскадру надводных военных кораблей. Всего на остров планировалось отправить 50 874 военнослужащих. Чтобы обеспечить внезапность удара, всё это доставлялось тайно в закрытых трюмах. Служившие тогда в армии рассказывали, что подышать на палубу их выпускали только ночью. В связи с торговым бойкотом Кубу патрулировали американские корабли. В то время не было известно, что в случае попытки американцев остановить суда для досмотра, капитаны были обязаны открыть кингстоны и затопить их вместе с военнослужащими и грузом. Одновременно с этим готовился удар по Западной Европе. В состояние повышенной боеготовности были приведены Вооружённые силы СССР и стран Варшавского договора. Отменили все увольнения. Готовящимся к демобилизации, было предписано оставаться на местах несения службы до дальнейших распоряжений.

Однако американцы узнали о размещении на Кубе советских войск. В воскресенье 14 октября 1962 года самолет-разведчик U-2 сделал над Кубой 928 снимков, на которых эксперты увидели одну пусковую установку и еще несколько разобранных. Одна ракета даже была установлена на позиции близ Сан-Кристобаля в сотне километров к юго-западу от Гаваны. Подготовка к нанесению ядерного удара по США была в разгаре, но установить ракеты на стартовые площадки, чтобы завершить её уже не было возможности. Американские самолёты фоторазведки круглосуточно следили за Кубой. В случае опасности США были готовы нанести по Кубе упреждающий удар. 27 октября советской ракетой был сбит над Кубой самолет U2, пилот погиб. Два самолёта фоторазведки RF-8A «Крусайдер» были обстреляны из зенитных орудий, один был повреждён, однако они благополучно вернулись. Американцы стойко не отвечали на провокации. Командир советской подводной лодки Б-59 пытался применить ядерное оружие, это привело бы к полномасштабному конфликту, но его остановил сослуживец. Продолжать ядерную конфронтацию стало бессмысленно, и после переговоров советские ракетные установки демонтировали. Погрузка их на корабли и вывод советских войск с территории Кубы заняли 3 недели. Убедившись, что СССР вывел ракеты с Кубы, 20 ноября США прекратили её блокаду.

Перед лицом угрозы голода, к которому привела внутренняя и внешняя политика страны, СССР вынужден был обратиться к США за помощью. Несмотря на недавнюю попытку Хрущёва нанести США ядерный удар, Америка, как и во Второй мировой войне, в тяжёлый час пришла на помощь своему злейшему врагу. В 1963 году США начали поставки зерна в СССР. Первая партия составила 12 млн.т. «Мы вынуждены были выделить 860 тонн золота, чтобы купить зерно у капиталистов. Если бы сельское хозяйство действительно находилось в цветущем состоянии, то как мог один неурожай в течение «великого десятилетия» выбить нас из колеи, посадить страну на скудный паёк, лишить её оборонных запасов хлеба, заставить Советский Союз, всегда продававший зерно, покупать его на золото?» (Доклад члена Политбюро ЦК КПСС Д.С.Полянского на Пленуме ЦК КПСС, 14 октября 1964).

Дальнейшее пребывание Хрущева у власти могло привести в стране к непредсказуемым событиям. По странному совпадению, после того как Черчилль 27 июля 1964 года в последний раз присутствовал на заседании палаты общин и отошёл от большой политики, в СССР сразу же приступили к подготовке устранения от власти Хрущёва. В октябре, того же года, организованный его соратниками пленум ЦК освободил «по состоянию здоровья» руководителя страны от партийных и государственных должностей и отправил на пенсию. Известие о низложении Хрущёва вызвало стихийные празднования по всему Советскому Союзу. Я помню, как услышав по радио эту новость, люди радовались. Все бросили работу, на улице началось всенародное гуляние. В лучших своих одеждах, попахивающих слегка нафталином, многие семьями, люди чинно гуляли и поздравляли друг друга.

На следующий день в магазинах появился хлеб и даже булочки.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ