ЛУИС МАЙЕР &#...

ЛУИС МАЙЕР – ОТЕЦ «ОСКАРА»

95
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

В далеком уже 1981 году премии Оскара в номинации «Лучший иностранный фильм» была удостоена советская мелодрама «Москва слезам не верит». Картина эта подкупала замечательной режиссерской и операторской работой, а также блестящей игрой актеров. Но американцев она пленила, в первую очередь тем, что замечательно интерпретировала сказку о Золушке, отражающую основополагающий принцип общества равных возможностей: кто был никем, в Соединенных Штатах, благодаря таланту, труду и улыбке фортуны (не без этого, в любом случае), может стать всем. Ярким примером такого перевоплощения может служить судьба Луиса Барт Майера, прославившегося американского кинопродюсера, создателя целой империи развлечений. 29 октября исполняется 60 лет со дня смерти этого человека, чья биография вполне соответствует смыслу русского фразеологизма «из грязи – в князи».

Луис Майер (при рождении он был назван Лазарем) появился на свет 4-го (а по другим сведениям – 12-го) июля 1884 года в семье минских евреев – Якова Меира и Сары Мельтцер. Лазарь стал третьим ребенком в семействе, и через два года после его рождения, спасаясь от мутной волны еврейских погромов, родители приняли решение покинуть Российскую империю. Подобно многим другим соплеменникам в ту пору, они отправились искать еврейское счастье за океаном. Поселились в американском Род-Айленде, где семья расширилась, пополнившись еще тремя детьми. Через пять лет жизни в США Меиры (а теперь Майеры) перебрались в соседнюю Канаду. В городке Сент-Джон Яков Меир зарабатывал на жизнь сбором металлолома и утилизацией бытовых отходов. Он основал собственный бизнес «Майер и сыновья», но к участию в нем привлек, в большей степени, старшего отпрыска – Лазаря, чье имя было адаптировано к местным условиям, и в результате, подросток превратился в Луиса Барт Майера. Мать многодетного семейства тоже не сидела дома, работая на птицеферме. Какое будущее было уготовано в этих условиях Луису? Не достигнув совершеннолетия, он уже самостоятельно и довольно неплохо руководил рабочими, число которых на фирме у отца достигало нескольких сотен. То есть, проявил незаурядные организаторские способности, но продолжателем отцовского дела не стал, мечтая создавать что-то иное. Но чтобы «повернуть землю» нужна была точка опоры. И Луис обрел ее, но не в Канаде, а в американском Бостоне.

Каким же ветром занесло Майера в столицу штата Массачусетс? Его принесли туда крылья любви. Однажды одна знакомая Луиса представила ему свою племянницу Маргарет Шенберг, проживавшую в Бостоне. Майер влюбился в эту девушку с первого взгляда, и перебрался в Бостон, что называется, с серьезными намерениями. Поначалу отец Маргарет был против этого брака, но ему импонировала та настойчивость, с которой Луис продолжал «осаду крепости». «Если этот парень будет так же добиваться в жизни поставленных целей, – рассудил папаша Шенберг, то далеко пойдет». И надо сказать, в своих рассуждениях он не ошибся. Луис Майер и Маргарет Шенберг стали мужем и женой. Маргарет также верила в счастливую звезду Луиса и готова была поддержать любую его инициативу. Еще до того, как в другой части земного шара вождь свершившейся там революции выделил из всех видов искусств наиболее важное для широких масс, Майер со всей отчетливостью понял, какие зрелища потребны душе простых американцев, а заодно с точностью определил, где находится потенциальный Клондайк. Словом, нащупал золотую жилу. При поддержке тестя и друзей, Луис взял в аренду пришедший в запущенное состояние «Gem Theater» на 600 мест в Хаверхилле, в штате Массачусетс, где до прихода нового хозяина, разыгрывались бурлески. Приведя зал в порядок, восстановив и обновив его, Майер открыл в нем свой первый кинотеатр «Orpheum». Произошло это 28 ноября 1907 года. За считанные месяцы полуразвалившееся здание превратилось в самое модное место развлечений в округе и начало приносить солидный доход. Лиха беда начало. Уже через несколько лет предприимчивый молодой человек завладел всеми пятью местными театрами. На этой базе, вступив в партнерство с Натаном Гордоном, Луис установил совместный контроль над крупнейшей театральной сетью во всей Новой Англии. В 1914 году удачливые компаньоны открыли дистрибьюторское агентство в Бостоне. О средствах, которыми, к тому времени, располагал Майер, можно судить по тому, что он предложил кинорежиссеру, актеру, сценаристу и продюсеру Дэвиду Льюэлину Ворку Гриффиту, чье творчество служит начальной точкой отсчета истории кинематографического искусства, 25 тысяч долларов за исключительные права на демонстрацию в Новой Англии его фильма «Рождение нации». Это экранное повествование об истории создания Соединенных Штатов Америки привлекло внимание широких слоев населения, обеспечив завидный кассовый сбор. Расходы, а в них всегда есть степень риска, окупились с лихвой. Если вы задаете вопрос: «Как стать миллионером», то считайте, что ответ вами получен. Но кто же хотя бы однажды не слышал понятную фразу: «Деньги должны работать»? Делая следующий серьезный шаг, Луис Майер справедливо посчитал, что достиг того уровня, когда ему под силу уже не только, что называется, раскручивать готовую развлекательную продукцию, но и непосредственно участвовать в ее создании, воздействуя, тем самым, на процесс формирования общественного вкуса. Иными словами, в его понимании, деньги должны были делать не только деньги, но и поднимать культуру населения, отвечая на не низменные его запросы. Идя мечте навстречу и найдя единомышленника в лице миллионера Ричарда Роланда, Майер в 1916 году основал в Нью-Йорке корпорацию «Metro Pictures» со своей киностудией. В том же году на экраны вышел художественный фильм «Большой секрет» – продюсерская премьера Луиса Майера. Но через два года пути Луиса с Роландом разошлись. Не то чтобы «Боливар не выдерживал двоих» – полная финансовая и творческая независимость открывала более широкие горизонты, и эта перспектива оказалась заманчивее партнерства, обладавшего, вне всякого сомнения, своими, весьма существенными «плюсами». И вот родилась и громко заявила о себе картиной «Добродетельные жены» новая фирма кинопроизводства – «Луис Майер Пикчерс». Ее главе удалось переманить к себе уже известную актрису Аниту Стюарт, у которой был долгосрочный контракт с киностудией «Vitagraph», где она с успехом играла в мелодрамах.

В упомянутом нами фильме «Москва слезам не верит» есть такая футурологическая реплика: «Ничего не будет – ни кино, ни театра, ни книг, ни газет. Одно сплошное телевидение». Но такая картина будущего начала видеться на заре телевизионного вещания, а в 20-х годах прошлого столетия ярко высвечивалась грядущая роль кинематографа, и Голливуда, как его не общепризнанной еще столицы. Именно туда, в Лос-Анджелес переехал неугомонный Луис Майер, в готовности покорять новые вершины. В 1924 году нью-йоркский миллионер Маркус Лоу, владевший сетью «Loews Theatres» предложил Майеру вступить в корпорацию вместе с кинокомпаниями «Metro Pictures» и «Goldwyn Pictures». Луис согласился – при условии, что за ним будет забронировано место вице-президента с неограниченными полномочиями. Его требование не было сочтено чрезмерным, и день своего рождения справила, ставшая вскоре знаменитой, компания «Metro-Goldwyn-Mayer», в аббревиатуре – «MGM». Логотипом новой компании стал рычащий лев – символ влившейся в нее студии одного из самых успешных американских кинопродюсеров Сэмюэля Голдвина, впервые появившийся на киноэкранах в 1916 году. У той же студии был позаимствован девиз всего объединения: «Искусство ради искусства». Самым, пожалуй, успешным проектом «MGM» в ту пору стала историческая лента «Бен-Гур» режиссера Фреда Нибло, рассказывающая об истории еврея Иуды Бен-Гура, жившего во времена Иерусалима Иисуса Христа. На кинокартину эту не было ни одной отрицательной рецензии. Фильм этот вошел в историю и как самый дорогой фильм эпохи немого кино – на его съемки было затрачено 3,9 миллиона долларов, что в ценах начала 21-го века составляет около 40 миллионов. Но кассовые сборы не только покрыли все расходы, но и принесли создателям ленты внушительную прибыль. Компания «MGM» вышла в лидеры по количеству выпускаемых фильмов, при высоком их качестве, которое обеспечивало участие в съемках замечательных актеров – Джона Гилберта, Кларка Гейбла, Фреда Астера, Греты Гарбо, Нормы Ширер, Роберта Тейлора. Это была настоящая «фабрика звезд», и журналисты шутили, что их в «MGM» больше, чем на небосклоне. Оглушительному успеху во многом способствовали личные качества Луиса Майера: его безошибочное чутье на вкусы публики и отношение к делу: для каждой картины, хорошо разбираясь в людях, персонал подбирал он сам – от исполнителей ролей до подсобных рабочих. И никому не делал поблажек. Известен эпизод, когда актер Вильям Кларк Гейбл поначалу отказывался сниматься в мелодраме «Унесенные ветром», и Майер прилюдно поинтересовался у капризного и заносчивого артиста: «А нищим стать ты хочешь?» В итоге Гейбл сыграл главную роль в первой в мире полнометражной цветной кинокартине по роману Маргарет Митчелл, став после этого экранной звездой первой величины. Луис Майер превратил «MGM» в самую финансово успешную киностудию в мире. К слову, она была единственной, которая выплачивала дивиденды акционерам во время Великой депрессии и экономического кризиса 1930-х годов. А сам Майер стал самым высокооплачиваемым наёмным работником в США, имея семизначные доходы. Одни актеры упрекали его в беспардонности, другие почитали, как родного отца. В любом случае, быть хорошим для всех практически невозможно. По своим политическим убеждениям Луис Майер был республиканцем, поддержав, в частности, Герберта Гувера, ставшего 31-м президентом США. Одним из первых, Майер применил опередившие время методы пиара, и в частности, компрометацию политических противников посредством специально и умело смонтированных псевдокументальных короткометражных фильмов. В основной же работе Луис отдавал предпочтение внушению зрителям страха перед Богом, пропаганде патриотических идей и семейных ценностей. Более сложное по содержанию кино не было ему по душе, и на этой почве, он, фактически, убрал с пути на «MGM» начальника производства Ирвинга Талберга, придерживавшегося иных творческих ориентиров.

На своем «корабле» Майер был впередсмотрящим. Он не вопрошал: «Что день грядущий мне готовит?». Понимая: завтра начинается сегодня, Луис задумывался над тем, что можно сделать для будущего – здесь и сейчас. Однажды за дружеским ужином в кругу коллег он посетовал на то, что в стране нет организации, которая стимулировала бы сценаристов и режиссеров на создание высококлассного кино. Участники застолья, повздыхав, забыли об этом разговоре, а автор высказывания, загоревшись собственной идеей, развил бурную деятельность по ее воплощению в жизнь. Вначале было слово, из которого выросла Американская Академия кинематографических искусств и наук. Была придумана ежегодная процедура отбора фильмов и признания лучшими из них побеждающих на конкурсной основе. А наградой победителям, которая начала вручаться с 1929 года, стала статуэтка, обретшая вид рыцаря с мечом. Авторство ее дизайна принадлежит художнику-постановщику компании «MGM» Седрику Гиббонсу. А само изваяние по его эскизу создал скульптор Джордж Стэнли. Называться «Оскаром» приз этот стал позже, с 1935 года, а по поводу того, кто дал ему такое имя, существует несколько версий. Известна цитата из статьи обозревателя по вопросам культуры тех лет Сидни Склопски: «Сотрудники Академии ласково кличут свою знаменитую статуэтку „Оскаром“… Я устал писать о безликой статуэтке. Мне хотелось дать парню этому имя, не только для того, чтобы было легче писать, но и дабы предоставить ему личность. Я подумал, что „Оскар“ не будет именем слишком величавым, коими являются сами церемонии». Есть сведения о том, что Луис Майер возжелал лично возглавить Киноакадемию, но справедливо посчитал, что в таком случае ее будут считать структурой, подконтрольной компании «MGM». Это было нежелательно, и в результате, пост первого президента Академии занял популярный актер Дуглас Фэрбенкс. По прошествии времени, Майер оказался в стороне от своего детища, но произносившие: «отец «Оскара» всегда подразумевали его.

С появлением звука в кино, Луис Майер открыл путь бродвейским театральным спектаклям на киноэкран. Лучшие мюзиклы от “Метро-Голдвин-Меир” создавали американскую «культуру ценности домашнего очага». Но к началу 50-х годов с приходом эры телевидения, и на фоне существенных изменений в общественном вкусе, «MGM» начала нести большие убытки. Да и методы Майера заметно устарели. Ситуацией воспользовались его помощники, и после серии внутренних конфликтов и скандалов, Луису пришлось уйти на пенсию. Без него компания, продолжая существовать, постепенно не только утратила свое былое лидерство, но и пришла в упадок – по злой иронии судьбы. Что касается личной жизни Луиса, то в 1947 году он разошелся с супругой. Бракоразводный процесс потребовал больших расходов, и Майер покрыл их, продав конезавод, которым владел, разводя на своем ранчо в Калифорнии чистокровных верховых лошадей. Через год после расставания с Маргарет Шенберг, Луис связал судьбу с Лореной Дэнкер, которая оставалась с ним до самой его смерти. От первого брака у Майера были две дочери – Эдит и Ирэн (Айрин) Гладис. Младшая написала автобиографическую книгу, многие страницы в которой посвятила отцу.

Луис Барт Майер ушел из жизни вследствие лейкемии 29 октября 1957 года и был погребен на кладбище в восточном Лос-Анджелесе. Его удостоили почетного «Оскара» и двух звезд на Аллеях Славы – в Голливуде и в Канаде. Авторитетный журнал «Time» включил Майера в число ста наиболее влиятельных людей 20-го века. Его имя носит калифорнийский театр Университета Санта-Клары. Если верить легенде, покидая этот мир, Луис произнес: «Всё не важно». Но это было (если действительно прозвучало со смертного одра) выражением ложной скромности. Майер и его студия оказали огромное влияние на киноиндустрию в США и во всем мире. Без него другим был бы Голливуд, и быть может, еще долго не было бы в Соединенных Штатах Академии киноискусства и его премий, о которых мечтает любой деятель кинематографа.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ