РОССИЕЙ ПРАВЯ...

РОССИЕЙ ПРАВЯТ ЧЕКИСТЫ

89
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Обладатели «холодной головы, чистых рук и горячего сердца», отметившие 100-летие создания ВЧК, продолжают работу.

Система тотального насилия

У этого ведомства было несколько названий. Первое – Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем была создана 100 лет назад. Фактически создана для истребления класса собственников, который – по ныне актуальной концепции – требуется создать для триумфального вставания России с колен, а заодно с собственниками – представителей духовенства, ныне успешно реанимируемого и встроенного в вертикаль путинской власти настолько, что оправдывает убийство своих собратьев по цеху – сотен тысяч священников – век назад.

За ЧК последовал набор аббревиатур ВЧК-ГПУ-НКВД-МГБ-КГБ до нынешнего ФСБ. Все эти годы ведомство не меняло направления, оставаясь мощной репрессивной машиной, сначала в коммунистическом, а ныне в посткоммунистическом формате.

В первые недели существования в ЧК насчитывалось до 600 сотрудников, в конце 1918 года – уже 12 тысяч, а в 1921 году, к концу разразившейся в 1918 году русской гражданской войны, вместе с подчиненными ей Особыми отрядами – почти 300 тысяч. Отряд стал армией. Число сотрудников ФСБ засекречено.

Дети, внуки и правнуки соратников Феликса Дзержинского все эти десятилетия поддерживали миф о Дзержинском как об уникальной личности – пламенном революционере, несгибаемом борце с коррупцией и врагами государства. Сегодня образ железного Феликса особенно востребован: согласно представлениям Кремля, на теле “чистой и непорочной” России постоянно появляются злокачественные наросты, появление которых провоцирует мир проклятого капитала (западного, конечно же, свой-то под контролем гаранта). Убрать эти наросты может лишь силовой блок, в том числе ФСБ.

Дзержинский воплотил мечту вождей мирового пролетариата Ленина и Сталина, создав систему тотального насилия, звеньями которой стали не только политический сыск, слежка, но и аресты, следствие, скорый и «справедливый» суд, репрессии, тюрьмы. Именно эта организация создала ГУЛАГ, сеть рассредоточенных по стране концентрационных лагерей, которые использовали бесплатную трудовую силу заключенных в самых разных видах деятельности. Через эти, по определению коммунистов, «исправительно-трудовые лагеря» прошли десятки миллионов людей, многие из которых оказались в общих могилах в Сибири или на Крайнем Севере.

Cистема тотального насилия базировалась на широкой поддержке масс, а значит, на доносах, шантаже и интригах. Поэтому чекизм стал общегосударственным явлением, а принадлежность к клану палачей – предметом гордости. «Открещиваться от слова «чекист» – это все равно, что предавать забвению поколения наших предшественников», – заявил по случаю 100-летия ВЧК директор ФСБ Александр Бортников. Система совершенствовалась: методы репрессий и убийства вобрали в себя научно-технические достижения.

Поэтому в сознании большинства россиян, чьи прадеды запятнаны кровью миллионов невинных жертв, по-особому воспринимают ржавые маузеры и почетные грамоты за образцово проведенные расстрелы, выставленные в музеях истории. Для современников эти палачи – пример большевистской принципиальности, лучших традиций в деле построения светлого будущего, в котором они все сейчас оказались.

Новые задачи чекистов

Потомки жертв и будущие жертвы попадают в ловушку «стокгольмского синдрома». Систематические преступления против народа большинством населения принимаются, как должное. Естественно, при таком подходе, когда намеренно умалчиваются многочисленные случаи бандитского самосуда над инакомыслящими и инакодействующими, ни о каком покаянии в организации и участии Большого террора не может быть речи. Тем более что в России еще не перевелись политические сидельцы.

По мнению экспертов, сегодня ФСБ осуществляет по прямому указанию гаранта избирательные репрессии для контроля элиты, чтобы отжимать ее собственность в свою пользу и стоять непосредственно у руля управления ключевыми отраслями. Иллюстрация этого процесса – отстранение от управления, показательные суды и посадка в тюрьмы губернаторов, министров, неугодных политиков.

В современной России, потерявшей политическую систему в лице Советского Союза и Коммунистической партии, чекизм, который изначально основывался на уголовных методах, не просто выжил, но и стал главным принципом существования власть имущих. Россия не только действует «по понятиям», но и говорит по фене. Мат, который прежде был священным языком большевиков, овладел массами, как 100 лет назад они пытались массово освоить учение Маркса.

Бандитская власть формировала соответствующий электорат, пока не добилась своего.

Так была реализована старая идея Дзержинского о захвате власти ВЧК. Железный Феликс, а затем и его последователи, кончая Берией, не смогли одолеть Сталина. Компенсацию внес только через много лет пришедший к власти Андропов: он реанимировал и осуществил идею, став первым Генсеком, имея опыт шефа КГБ. Затем вновь наступила эра штатских.

Чекисты верили, что очередная смена лидера и приход к власти своего человека обязательно состоятся. И тогда безо всяких военных переворотов, в результате грамотно проведенной закулисной работы (а чекисты иначе работать не могут) придет в Кремль человек из органов. И он пришел, полковник Путин. С определенным багажом лихих 90-х. Он, занимавший должность председателя комитета по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга, обвинялся в коррупции и незаконном отмывании средств, однако расследование по этому делу так и не было начато. Почему, вопрос особый. Важно, чем он кончил.

Бывший офицер КГБ и с 1998 по 1999 – шеф ФСБ, абсолютно незнакомый стране вежливый человечек стал президентом. Он был лишен риторики, не обладал выразительной мимикой, не повышал голос, не сыпал народной мудростью и не бил ботинком по трибуне. Он был незаметен и немногословен, наделял проверенных людей – прежде всего, своих сослуживцев, друзей юности, бывших партнеров из Ленинграда – хлебными московскими должностями.

Точно так же когда-то действовал и Сталин, главный друг чекистов страны по причине того, что был беспредельщиком. Не обладая профессиональными навыками сотрудника органов госбезопасности, Сталин имел богатый дореволюционный опыт грабителя и террориста. Это и определило его успех на поприще шефа контрразведки СМЕРШ с 1943 по 1946 год, подписывавшего приказы и расставлявшего нужные кадры в этой структуре. Как настоящий инквизитор, он обожал читать протоколы допросов, составленные после истязаний жертвы (а число жертв СМЕРШа до сих пор засекречено), он решал, кого арестовать и какие из кого признательные показания выбивать, чтобы вносить в палаческое дело своеобразие и элементы кровавого шоу.

Все это уже было

В принципе, Путин действовал так же, как до него все советские лидеры: от Ленина до Ельцина, которые опирались на принцип преданности делу пролетариата, а на самом деле, на принцип личной преданности очередному совковому фюреру. Но только Путин поменял инструмент измерения. Им стала лояльность к действиям репрессивной машины.

Она работает без перерыва и без исключений. Каждый и все вокруг – под контролем, независимо от должности и былых заслуг. И никто, включая высших чиновников ФСБ, не остается без пристального внимания, из-за чего досье с компроматом пухнет день ото дня, чтобы в один прекрасный день по команде сверху напомнить о грехах «потерявшему нюх». Так попадают под раздачу высшие офицеры ФСБ. Их лишают наград, благ, многолетнего стажа, награбленного золота и валюты, надежд на уютную виллу на берегу теплого моря, сигналя остальной стае: делиться надо, ребята, соблюдайте кремлевские бизнес-интересы, не мните себя вершителями чужих судеб, ибо и ваша судьба – под весьма хрупкой крышей.

Так уже бывало в истории: на закате СССР в тюрьме оказался всесильный шеф КГБ Крючков, который был силовым ядром ГКЧП (в этой аббревиатуре, если кто заметил, есть пара букв от КГБ). В принципе, он мог разделить судьбу многих своих предшественников, которые перед расстрелом, бывало, громко кричали: «Умираю за Сталина!»

Пуля была платой за их жажду власти. Из рассказа генерал-полковника Павла Батицкого, человека, приведшего смертный приговор в исполнение: «Повели мы Берию по лестнице в подземелье. Он обос…ся… Вонища. Вот я его и пристрелил, как собаку».

Благородные лица и неблаговидные дела

Расправа над своими – испытанный прием большевиков. Поэтому и поныне жертвы-палачи не очень удивляются, когда на пороге принадлежащих им особняков и офисов, подпольных казино и борделей, дач и конспиративных квартир появляются спецназовцы или омоновцы с ордером на обыск. Все это – правила игры в одной крепко сколоченной системе репрессий, которая предполагает нужные этой системе качества: лицемерие, предательство, зависть.

Это в останкинских боевиках они с чеканными благородными лицами, олицетворяют бесстрашие, порядочность и верность родине. На деле чекисты бесстрашны исключительно по отношению к слабым, порядочны к банкирам финансовых институтов, где сконцентрированы их основные личные капиталы, а верны только собственным интересам. Эти люди – продукт советской системы, со всеми ее стереотипами и предрассудками, сомнительными представлениями о морали и честности, показным патриотизмом и патологической ложью.

ФСБ не желает отказываться от заведенной опричниками при царе Иване IV в XVI веке традиции постоянно раскрывать «заговоры», которые чаще всего существуют лишь в представлении чекистов. Так поддерживается легенда о необходимости их бдительности, благодаря которой идет неустанная борьба с врагами государства.

При Путине возникло понятие «православный чекист». Это бывшие сотрудники советских, а также бывшие и действующие сотрудники постсоветских российских секретных служб, которые в 1991-м заперли в сундуках билеты КПСС и разом вспомнили, как их тайком крестили бабушки. Членские билеты теперь не особо и нужны: «ФСБ у нас правящая партия», как подметила Юлия Латынина.

Им все равно, какой будет Россия, языческая, большевистская или имперская. Они, служители дьявола, наденут кресты и будут целовать мироточащие иконы, любить свою корпоративную идеологию и ненавидеть все то, что выпадает из ее рамок, декларировать «русские своих не сдают» и при этом воевать против кого угодно, включая друг друга.

Если Путин говорит, что «сто лет создания органов ВЧК – это неотъемлемая часть нашей истории, истории отечественных спецслужб, которая насчитывает не один век», это значит, что современная репрессивная машина использует наработанные большевистским беспределом методы насилия. Если гарант указывает, что чекисты «достойно и честно выполняли свой долг», это значит, что они исповедуют идеологию особой касты. Эта каста лишила жизни – по официальным данным – 642 тыс. и арестовала 4 млн. человек, бОльшая часть которых была впоследствии реабилитирована. О размахе чекистского бандитизма многое могли бы рассказать сами его творцы. Понимая это, Сталин приписывал им шпионаж и беспощадно расстреливал. Вчерашние палачи – соратники Дзержинского А. X. Артузов, Г. И. Бокий, М. Я. Лацис, М. С. Кедров, В. Н. Манцев, Г. С. Мороз, И. П. Павлуновский, Я. X. Петерс, М. А. Трилиссер, И. С. Уншлихт, В. В. Фомин – тоже стали жертвами.

В идеологию чекизма вписывается двойная мораль, когда деятельность в 1933-1939 гг. 22 тыс. чекистов признана должностными преступлениями, а вот число их жертв остается неизвестным.

Одно известно: сейчас чекисты управляют недрами и денежными потоками, которые порождены богатством этих недр, но перетекают в десятки оффшоров на тайные счета в твердой валюте. Пример: блистательный взлет Игоря Сечина, под личиной переводчика, а на деле советского шпиона сначала в Мозамбике, затем в Анголе, сегодня второго по влиянию человека в стране, возглавляющего «Роснефть».

«Россия превратилась в чекистское государство, – отмечает журналист Евгений Киселев. – Россией управляют люди, которые – в силу образования, воспитания, профессионального и жизненного опыта – делят всех на своих и чужих. Картина мира у них – черно-белая. Граждане для них либо неблагонадежные объекты наружного наблюдения и оперативной разработки, либо относительно благонадежные объекты для вербовки в качестве информаторов или «агентов влияния».

Однако остаются вопросы

Если власть приняла информацию о том, что Ленин, породивший ЧК, – немецкий шпион, совершивший октябрьский переворот на деньги иностранного государства и свергнувший законную власть Российской империи, значит он – творец глобального преступления. С какими же врагами тогда боролась ЧК, если Ленин – один из ее создателей? Получается, что боролась она с теми, кто поддерживал законную власть, свергнутую большевиками, и Советы в данном случае – абсолютно незаконный институт, созданный террористами. Можно ли ожидать от террористов законных действий? Интересно, каков же – тех и других – полный перечень?

ФСБ сжимает губы. То, что засекречивает Москва, рассекречивают Киев, Тбилиси и Кишинев. Сегодня, когда независимые государства стремятся дистанцироваться от Москвы, они наперегонки сигналят: нас заставляли, на самом деле мы не такие, как наши кураторы с Лубянки.

В тех постсоветских государствах огромный массив документов, включая приказы и ведомственную переписку по отдельным персонажам (и жертв террора и палачей) решили обнародовать. Из того, что уже рассекречено, ясно: методы политической полиции не в лучшем, мягко говоря, виде рисуют образ органов безопасности новой России, разрушая миф о людях «благородной» профессии, которые нынче намного активней правят страной, чем в советское лихолетье.

Правят по понятиям, как на зоне. Не вдруг называют чекистов кремлевской ОПГ.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ