КРОВАВЫЙ МАРТ...

КРОВАВЫЙ МАРТ 78-ГО: 40 ЛЕТ СПУСТЯ

126
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Еврейский народ заслужил репутацию «народа Памяти», а она обязывает не забывать о трагедиях прошлого, о тех, кто могли бы и сегодня быть с нами, но волей судьбы пали жертвами террора. А по сути, – войны, которая ведется против израильтян с момента создания независимого еврейского государства, периодически затихая, а потом вспыхивая с новой силой. Четыре десятилетия тому назад, 11-го марта 1978 года в Израиле было совершено всколыхнувшее страну террористическое нападение на мирных граждан. В ивритоязычных источниках оно получило название «Кровавый автобус», в англоязычной прессе был использован другой вариант: «Coastal Road massacre» – «Бойня на Прибрежном шоссе», а арабские источники назвали эту атаку «Операцией Камаль Адуан» – по имени лидера организации «Черный сентябрь», ликвидированного израильскими спецслужбами в Бейруте в апреле 1973 года. Трагедия, о которой идет речь, разыгралась на фоне политических перемен, наступивших тогда на Ближнем Востоке. 19 ноября 1977 года состоялся исторический визит египетского президента Анвара Садата в Иерусалим. Выступив перед израильскими парламентариями, Садат заявил о готовности его страны к миру с Израилем. Через месяц в Триполи, на совместной встрече, руководители Ливии, Сирии, Алжира, Народно-Демократической Республики Йемен, а также Организации Освобождения Палестины провозгласили о создании единого Национального фронта стойкости и противодействия, направленного на борьбу с египетской мирной инициативой. Намерение торпедировать стремления к миру вызвало активизацию в последующие месяцы террористической активности. Одну из вылазок и совершила группа боевиков палестинской организации ФАТХ, которую возглавила палестинка из Ливана Далаль Аль-Муграби, которой, в ту пору, было всего 19 лет. Она родилась в Бейруте. Ее семья, проживавшая до провозглашения государственной Независимости Израиля в Яффо, обосновалась в ливанском лагере беженцев «Сабра». Втайне от родителей, Далаль примкнула к боевому крылу ООП и прошла полный курс военной подготовки. Руководимый ею отряд был вооружен автоматами Калашникова, ручными гранатами, гранатометами и взрывчатыми веществами. Целью рейда, судя по показаниям выживших членов этой группы, данным на суде, был захват одной из гостиниц в Тель-Авиве, по образцу вторжения в отель «Савой» 4 марта 1975 года. Тогда боевики захватили в «Савойе» заложников, высадившись предварительно на тель-авивском пляже. Отель взял штурмом отряд израильского спецназа, при этом, двое спецназовцев погибли, а из 8 террористов участники штурма ликвидировали семерых, и одного взяли живым. Бой привел к гибели восьмерых гражданских лиц, находившихся в гостинице, по преимуществу – иностранцев. Тот теракт произошел буквально за считанные часы до ожидавшегося визита на Ближний Восток Госсекретаря США Генри Киссинджера – с посреднической миссией на израильско-египетских переговорах. Визит этот, как известно, состоялся, и через несколько лет Израиль и Египет заключили мирный договор, а в межгосударственных отношениях утвердилось с тех пор понятие «челночной дипломатии». К слову, в случае поимки, боевики должны были рассказать, что прибыли из Египта, чтобы ответный удар был нанесён не по Ливану, а по Египту. Тем самым, могли оказаться сорванными мирные переговоры между двумя государствами, которые велись с наметившейся позитивной тенденцией.

Но возвратимся к событиям 11 марта 1978 года. Действия отряда Далаль Аль-Муграби начались с просчета – группа высадилась на израильское побережье не близ Тель-Авива, как это предполагалось, а у кибуца Мааган-Михаэль, возле Зихрон-Яакова. При этом двое боевиков утонули в штормовом море, и численность отряда сократилась с 13 до 11 человек. Первой жертвой террористов стала встретившаяся им сорокалетняя фотограф-пейзажист Гейл Рубин, американская подданная. Эта женщина, побывав в Израиле, полюбила всем сердцем маленькую страну, и решила остаться в ней. Она успешно сотрудничала с несколькими журналами, ведя для них пейзажные, и в частности, орнитологические съемки. В тот трагический для нее день Гейл увлеченно работала в районе кибуца Маган-Михаэль, где было что снимать на камеру. Боевики выяснили у Гейл, где они находятся. Потом Далаль спросила у нее: «Как ты попала в Палестину?» «Мне дали визу», – ответила Рубин. «Права на эту землю есть только у меня!» – заявила Аль-Муграби, – почему ты не обратилась ко мне?». После этого Гейл Рубин была убита выстрелом в голову. Один из схваченных впоследствии и преданных суду террористов из отряда Аль-Муграби назвал причиной убийства Рубин опасения, что она сообщит о них органам израильской безопасности. Выбравшись затем на прибрежное шоссе, боевики, пустив в ход оружие, остановили маршрутное такси. Расстреляв в упор пассажиров, направились в сторону Тель-Авива. У перекрестка Гиват-Ольга захватили маршрутный автобус кооператива «Эгед» с пассажирами, перебрались туда и продолжили движение. Вскоре перед ними появился встречный автобус. Его водитель, почувствовав опасность, попытался развернуть свое транспортное средство и двинуться в обратном направлении, но террористы смогли преградить ему путь и под дулами автоматов перевели пассажиров в тот автобус, где они уже обосновались, и таким образом, там скопилось свыше 70 заложников разного возраста – от маленьких детей до людей пожилых. Десятилетия спустя, В 2009 году в интервью израильскому порталу «Ynet» сестра Далаль Аль-Муграби Рашида, дослужившаяся в «Армии Освобождения Палестины» до звания полковника, заявила, что в планы группы Далаль Аль-Муграби не входило убийство мирных граждан. По её словам, цель акции состояла в том, чтобы с помощью заложников добиться освобождения палестинских заключённых. Но это была ложь. Свидетели происходившего и уцелевшие пассажиры захваченного автобуса рассказывали, что из него вёлся прицельный автоматный огонь и бросались гранаты во встречные машины. Несколько пассажиров в самом автобусе были расстреляны, и как минимум, одно тело боевики выбросили по ходу движения на трассу. Молодой американец, волей случая оказавшийся в гуще трагических событий, свидетельствовал изданию «Тайм», что из автобуса была обстреляна машина, в которой он находился с отцом и братом. Его родные скончались, пока подобравшие их полицейские везли тяжело раненных в больницу. Похожая беда постигла семью Ханоха и Шароны Тель-Орен, музыкантов Иерусалимского камерного оркестра. Родители возвращались домой с 14-летним сыном Имри, подававшим большие надежды кларнетистом, и его братом после поездки к родственникам в Галилею. И по этой автомашине террористы открыли огонь, ранив отца и брата Имри, а самому ему пуля попала в голову. На военном джипе подростка доставили в хайфскую больницу «Рамбам», но спасти жизнь мальчика врачи не смогли. К слову, и в случае с нападением на отель «Савой», боевики были проинструктированы: если по каким-то причинам им не удастся осуществить главную цель операции, то отряд должен захватить один, или несколько жилых домов, попутно убив как можно больше встречных израильтян. И вот она – страшная правда: мишенью для палестинских «борцов за справедливость» служит каждый израильтянин, и пролитая еврейская кровь делает убийц национальными героями.

Израильская полиция, получившая сообщение о захвате автобуса, пыталась его остановить. Одна из таких попыток была предпринята возле Хадеры, но закончилась гибелью в перестрелке израильского полицейского. При отсутствии времени, необходимого для того, чтобы задействовать специально обученное антитеррористическое подразделение, вызов боевиков приняла дорожная полиция Израиля. С помощью барьера с гвоздями, выставленного в районе перекрестка Глилот возле Герцлии, путь смертоносному автобусу удалось преградить. С боевиками начались переговоры. В роли переводчика выступил один из заложников, выходец из Марокко Хавив Анква. В захваченном автобусе он находился вместе с детьми – они возвращались с экскурсии в сталактитовые пещеры. Доброволец этот получил от боевиков пулю и живот и скончался на месте, а потом погибли и его сын и дочь – мальчику было десять лет, девочке – всего два годика. Смерть, увы, не щадит никого. Диалога с террористами не получилось, и завязалась жестокая перестрелка. Одни боевики были ликвидированы силами, которые двинулись на штурм захваченного автобуса, других обезвредили мужественные пассажиры, сумевшие во время возникшей паники завладеть оружием удерживавших их палестинцев. Об этом сообщил, в частности, один из заложников, оставшихся в живых, – Авраам Шамир. Люди пытались выбраться из салона автобуса, и в них стреляли террористы. В задней части транспортного средства вспыхнут пожар, вероятнее всего, в результате взрыва, ибо на каждом из боевиков был пояс с взрывчаткой. В итоге настоящего боя, не продолжительного, но тяжелого, убиты были 39 израильтян, в том числе, 13 детей. Самой младшей из жертв, подумайте только, ныне исполнилось бы 42 года – вся жизнь была впереди, и не только у нее. На глазах у матери погибла 14-летняя Ревиталь Ааронович – мать и дочь возвращались с церемонии бар-мицвы в семье друзей. Стрельба унесла жизни супружеской пары Йосефа (Иосифа) и Кати Сосинских (в другом источнике – Сосенских). Глава семейства воевал с нацистами в партизанском отряде в годы Второй Мировой войны, а в Израиле, поселившись в Ашдоде, супруги мечтали вырастить под мирным небом родившуюся у них дочь.

Более 70-ти человек получили ранения разной степени тяжести. Что же касается боевиков, то 9 из 11, включая Далаль Аль-Муграби, были застрелены, двоих удалось взять живыми. Хуссейн Файяд и Халед Абу Исба, провели 7 лет в тюрьме в Израиле, после чего были освобождены в рамках сделки с Народным Фронтом Освобождения Палестины Ахмада Джибриля по обмену пленными. В 2009 году на Шестом съезде ФАТХа Абу Исба был избран членом Революционного совета этой организации. В своих заявлениях вину за многочисленные жертвы акции 11 марта 1978 года он возлагал на израильскую сторону. В том же духе высказывалась и упомянутая уже нами Рашида Аль-Муграби: «У меня нет никаких сожалений по поводу того, что сделала моя сестра. Именно израильтяне заставили её совершить нападение, потому что они изгнали нас и украли нашу землю. Они совершили по отношению к нам огромную несправедливость, превратив нас в нацию беженцев, и, если бы не оккупация, Далаль никогда бы не совершила этого нападения. Возможно, она бы обзавелась семьёй и сделала карьеру». Стоило бы этим людям поинтересоваться у арабских жителей Яффо и других израильских населенных пунктов, выросших в еврейском государстве, пользующихся всеми правами и благами, предоставляемыми гражданам страны, получивших образование и востребованные профессии, создавших семьи, считают ли и чувствуют ли они себя дискриминируемыми и каждодневно ущемляемыми? Но кто прислушается к этому совету? Далаль Аль-Муграби удостоили посмертно высшей палестинской награды – Почетной медали мученичества («Martyrdom Medal of Honor»). В ее честь в Палестинской Автономии названы улица, школы для девочек, летние детские лагеря, военное и полицейское училища. Теракт, который был совершен группой Аль-Муграби, прославлялся в прессе ряда арабских стран. Сирийский поэт Низар Каббани посвятил командиру отряда террористов эссе, где назвал захваченный автобус «временной столицей Палестинского государства», а Далаль – «временным его президентом». Выходящая на арабском языке газета «Gulf News» в своей публикации по случаю 30-летия событий 11 марта 1978 года утверждала, что захваченные группой заложники были израильскими солдатами. Издание, при этом, вторило заявлению, распространенному ФАТХом в том же году. В нем говорилось, что было убито, как минимум, 33 израильских военнослужащих, что не подтверждается списком жертв теракта, и является бесстыдной ложью. 15 марта 2010 года, несмотря на решительные протесты Израиля, в честь Далаль Аль-Муграби была наименована еще одна площадь – в Рамалле. Однако церемонии присвоения площади нового имени не был придан официальный характер – из опасений, что это может помешать ожидавшемуся тогда визиту в Рамаллу вице-президента США Джо Байдена. На этом мрачном фоне возникает резонный вопрос: «А был и есть ли ныне у Израиля в Рамалле реальный партнер по переговорам об урегулировании конфликта?». Историки в странах, выступающих против палестинского террора, допускают, как это представляется, серьезную ошибку, сопровождая справочные материалы о теракте 11 марта 1978 года не только списком жертв, но и фотографией Аль-Муграби. Они, тем самым, способствуют увековечиванию имени преступницы, объявленной заклятыми врагами Израиля героиней. А ее участие в захвате автобуса в арабском мире преподносится, как «истинное проявление материнства». В чем же конкретно оно выразилось? Не в том ли, что она и ее банда отняли жизни у одних детей и лишили родителей других?

13 марта 1978 года на специальном заседании израильского парламента была принята резолюция, осуждающая теракт на Прибрежном шоссе. Депутаты Кнессета призвали все демократические государства выразить протест против палестинского террора. В документе указывалось, что борьба Израиля с террористическими организациями будет продолжена до полного их уничтожения, и выражалась уверенность в том, что действия боевиков не сорвут миротворческих усилий на Ближнем Востоке. Через два дня после этого в Ливане началась широкомасштабная операция «Литани». В ее ходе весь юг сопредельной с Израилем страны, за исключением города Тир, оказался под контролем Армии Обороны Израиля. Более 2000 человек с палестино-ливанской стороны были убиты и около 285 тысяч, по оценке ливанского правительства, покинули свои дома. Толчком к решительным действиям и послужил теракт 11 марта 1978 года, переполнивший у Израиля чашу терпения. 19 марта Совет Безопасности ООН, никак не прореагировавший на захват автобуса на Прибрежном шоссе и на гибель ни в чем не повинных людей, принял резолюцию, требующую немедленного вывода Израильских войск из Ливана. Резолюция предусматривала ввод в Ливан международного воинского контингента – с целью восстановления ливанского суверенитета над южной частью государства.

В Герцлии, у транспортной развязки Глилот, установлен памятник погибшим в бойне на Приморском шоссе. В музее компании «Эгед» в Холоне сохранен и выставлен на обозрение остов захваченного террористами автобуса, и этот жуткий экспонат – отсвет беды, которая пришла в Израиль сорок лет назад. Остов автобуса предстает взору обгоревшим, а вот память нетленна.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ