БЛАГОТВОРИТЕЛ...

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ ДЛЯ «СВОИХ» И «ЧУЖИХ»

32
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Принятое в Эссене решение о выдаче бесплатного продовольствия лишь при наличии немецкого паспорта породило волну критики в ФРГ. Под ее шквалом оказались сотрудники благотворительной организации и волонтеры, работающие или бесплатно или за символические деньги.

Продукты по назначению

Слово Tafel в немецком языке имеет само по себе 10 значений, от доски объявлений до длинного стола. Еще пять – в сочетании с другими словами. Одна из таких связок с участием Tafel означает предложение хозяина дома пожаловать в гостиную, чтобы гость отобедал.

В словосочетании Tafel Essen можно подозревать то, что по-русски можно назвать масло масляное. Однако в данном случае Эссен – название не еды, а города, что можно, опять же согласно нашему менталитету, перевести как подобие выражения «Ташкент – город хлебный». То есть место, где от голода не пропадешь.

Tafel Essen – это название благотворительной организации, которая занимается раздачей продуктов питания нуждающимся. По заведенному порядку раз в неделю у пункта раздачи бесплатной еды в Эссене выстраивается очередь. Цель – получить привезенные волонтерами из супермаркетов продукты, срок годности которых истекает, возможно, даже сегодня. В очереди, как правило, действительно нуждающиеся. В том числе экс-жители Ближнего Востока, Африки, балканских стран.

Им, разумеется, своим чередом выдают или карманные деньги или специальные талоны для посещения продовольственных магазинов, предполагающие бесплатное приобретение основных продуктов.

Но то ли деньги тратятся на иные покупки, то ли пришельцы никак не могут насытиться, факт остается фактом: трое из четырех в очереди к пункту раздачи бесплатной еды в Эссене – пришлый люд.

Легко себе представить, какой скандал может вызвать отказ выдавать бесплатную еду в сытой Германии, которая к тому же в 2017 году в четвертый раз подряд в рекордном профиците. У немецкого государства больше денег, чем в течение предыдущих двадцати лет. Казалось бы, хватить средств должно на всех.

И все же сотни людей, живущих в Эссене, получают так мало, что вынуждены идти к пункту Tafel Essen.

Громом небесным был для прибывших в страну мигрантов решение руководства Tafel Essen категорический отказ их обслуживать. Между тем, именно это и случилось недавно. И совсем не оттого, что немцам жалко лишних продуктов. А потому, что своим коренным жителям – пенсионерам, безработным, инвалидам – ничего не достается.

Как это может быть?

– Технология простая, – объясняет завсегдатай очереди пенсионер Хорст И. – За пару часов до открытия пункта прибывает группа из 30-40 человек, условно назовем их сирийцами, хотя в ней, понятно, есть и пакистанцы, и марокканцы, и боснийцы. Они формируют костяк очереди. Еще через час-полтора прибывает основная масса родственников и знакомых этих сирийцев, включая соседей по общежитию. Очередь вырастает огромная. Немцы неизменно оказываются в ее хвосте. Мы привычно придерживаемся порядка. Но тут начинаем возражать. Нам отвечают что-то типа «не вякай, у нас же дети».

77-летнему Хорсту нечем крыть. У него и в самом деле нет детей. Зато они есть у француженки Карол, которая стоит впереди Хорста и в одиночку воспитывает двоих детей. Она попыталась зарегистрироваться в Tafel Essen, однако получила отказ. Карту одолжила беременная подруга. «Меня это огорчило. Я живу в Германии много лет с паспортом ЕС, но не могу получить продукты», – сетует женщина. Срок действия такой карты составляет от трех месяцев до года, в зависимости от возраста клиента. Причем, клиенты старше 60 лет могут пользоваться услугами Tafel бесперебойно. Как указано на сайте Tafel Essen, в городе такой картой в данный момент пользуются около 1800 человек.

Что могут сделать Карол или Хорст против заранее сформированной очереди или опоздавших к началу распределения продуктов здоровых молодых парней, которые, расталкивая остальных, буквально локтями пробивают дорогу к столу раздачи?!

Паспортный контроль и политические дебаты

Выслушав многочисленные жалобы местных и убедившись в хамском поведении пришельцев, правление организации приняло решение ввести своего рода паспортный контроль. Нет немецкого аусвайса – до свидания. В ответ те, кого Хорст называет сирийцами, украсили автомобили Tafel Essen, которые доставляют еду, надписями Nazis и Fuck Nazis.

– Это вместо благодарности немцам, которые предоставили пришельцам регулярно получать бесплатную еду, – печально итожит Хорст.

У «сирийцев» своя логика: вы нас сюда пригласили, и мы тут гости, а по восточным законам гость превыше отца родного. К тому же мигранты помогают вам повысить рождаемость и ликвидировать избыток продуктов. Приезжие знакомы со статистикой, по которой каждая третья тонна продуктов страны, будучи нереализованной, отправляется в контейнеры с отходами еды.

Эссенский скандал спровоцировал острые политические дебаты на тему «Кто предпочтительней, свои или чужие малоимущие»? Активисты партии «Альтернатива для Германии» (АдГ) ликуют: в Tafel Essen сыграли на руку росту ксенофобии и распространяемым АдГ стереотипам о мигрантах.

Глава дюссельдорфского общества Tafel Хейке Фонгер считает, что оказывать помощь каждому нуждающемуся вне зависимости от страны его происхождения – святая обязанность, никто не должен уходить от нас с пустыми руками. Ей возражают: но почему с пустыми руками должны уходить именно немцы? Член правления эссенского отделения немецкой правозащитной организации ProAsyl Инка Ятта думает, что противопоставление одной группы нуждающихся другой отвлекает внимание общественности от их бедственного положения в целом. В принципе, верно. Но когда сирийский беженец, обладатель «Мерседеса» и пары обуви ценой в 200 евро, бежит за бесплатными продуктами, не очень верится в его бедственное положение.

Шеф Tafel Essen Йорг Зартор разъясняет: новое правило, как мера временная, распространяется лишь на новых клиентов. Иностранные граждане – обладатели немецкого паспорта, на основании которых выдаются карты на посещение Tafel Essen, продолжают получать продукты.

Поздно, господа

Это раньше иммиграция была предметом дебатов и считалась самой большой опасностью. Сегодня это – реальность, к которой немцам надо приспосабливаться. Из плоскости «параллельное общество» Германия перешла в плоскость «параллельные дебаты». Немецко-немецкое противостояние нарастает.

Этим опечален Йорг Зартор. Сегодня он – герой общенациональной истерики, потому что считает: у некоторых беженцев есть так называемый «принимающий ген», как он деликатно называет то, что в совковом менталитете именуется «готовность к халяве».

Правые обозначают Зартора храбрым гражданином, который осмеливается произнести вслух то, что тайно думает большинство немцев. Левые именуют его расистом, который подыгрывает популистам из АдГ. Между тем, он рассуждает просто: есть должны все, но распределение еды должно быть по законам не джунглей, а в соответствии с немецким порядком. Кто этого не понимает – научим.

– Борьба с голодом – не моя задача: об этом должно заботиться государство, – говорит Зартор. – Tafel фактически помогает нуждающимся сэкономить деньги на питании и потратить их на другие цели. К примеру, сводить своих детей в бассейн или кино. Если бы мы не приняли решение ограничить приток иностранцев, их доля среди нуждающихся уже достигла бы 80%. Ограничения по приему иностранцев – временные: когда восстановится раннее соотношение, жители города без паспорта вновь станут клиентами Tafel.

Зартор обижен до такой степени, что готов оставить работу. Он и его сотрудники, как и в других подобных благотворительных организациях, работают или бесплатно или за символическое вознаграждение. И не ожидали столкнуться с критикой общенационального масштаба.

– Это просто свинство, – не выдерживает он. – Я не нуждаюсь в поддержке или одобрении политиков. Не стану прогибаться ни перед левыми, ни перед правыми. Я хочу честно выполнять свою работу – распределять продукты среди нуждающихся, бездомных и одиноких родителей, пенсионеров и беженцев.

До этого момента все было нормально. Но спрос на продукты возрос. Почему?

Причины кризисной ситуации

Беженцев нынче гораздо больше, чем 3-4 года назад. За последние 10 лет число пенсионеров, которые питаются только на пожертвованные продукты, удвоилось. Под ударом оказались миллионы немцев. Учащиеся, безработные и мигранты конкурируют за немногое оставшееся дешевым жилье. Пожилым людям зачастую не хватает пенсии, чтобы заплатить за скромные квадратные метры. Муниципалитеты продают свою собственность частным компаниям, потому что задыхаются в долгах.

Парадокс. В стране профицит, государственные социальные расходы растут, а деньги редко получаются теми, кто больше всего в этом нуждается. Поэтому 930 отделений Tafel в ФРГ и работают весьма напряженно, обеспечивая каждодневной едой до 1,5 млн. человек.

Картина имеет мало общего с политикой «открытых дверей» от 2015 года. Тенденция к росту тех, кто ограничен в доходах, наблюдалась с открытием рынков в 1990-х годах и с приватизацией, последствия которых врываются в настоящее. Потребность в продуктах питания не создана притоком беженцев – она усугублялась бы и без таковых, считают немецкие эксперты. Просто вместе с пришельцами она стала более заметной. Напомним: приток беженцев в 2015−2016 годы усугубил кризис. За это время Эссен принял 4 тысячи человек – больше, чем все восточноевропейские города вместе взятые. А это – один из самых бедных городов Федеративной Республики: уже длительное время здесь проживают в среднем заметно больше нуждающихся, чем в других крупных городах страны.

Устранить кризис сложно. Сложней, чем винить во всех немецких бедах беженцев или чем бороться с расистами от АдГ. Какая же она на самом деле, социально ориентированная рыночная экономика – любимое немецкое детище, о котором всегда с придыханием говорят правящие партии?

Об этом еще недавно судачили люди в очередях к дверям Tafel Essen, гадая, достанутся ли им сегодня батон хлеба, упаковка с просроченной колбасой и пучок зеленого лука или все это захапают дюжие беспардонные беженцы.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ