ТОТ ЕЩЕ ПЕРЕЦ...

ТОТ ЕЩЕ ПЕРЕЦ

19
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Насилие над узбекистанским фермером разоряет его и подрывает веру к власти. Фактически его заставляют отказываться не только от навязанных сверху экспериментов, но и в целом от сельскохозяйственного труда.

Диверсификация на бумаге и в жизни

Власти Узбекистана продолжают реформы в сельском хозяйстве, нацеленные на его диверсификацию. Идея смены культур на убитых хлопком почвах не дает эффекта: аппарат чиновников работает теми же совково-феодальными методами, не давая фермеру проявить инициативу и стать собственником.

Прежнее хлопкорабство сменяется новыми вариантами угнетения, хотя внешне все выглядит вполне логично: республика, десятилетиями обрученная с хлопком, должна по указанию нового президента осваивать культуры, по идее, способные обеспечить приток твердой валюты в казну. Отсюда, к примеру, расширение посевов сои, солодки (лакрицы), шафрана, выделение больших площадей под дыни, арбузы, сады.

Все это в последние 2 года дало пока не очень впечатляющий результат.

Передовая и тыл

Это выглядит парадоксально при устоявшемся и справедливом мнении о выдающихся узбеках-тружениках и их любви к работе на земле, экономически легко объяснимой: не очень-то побездельничаешь, если у тебя на шее орава детей да престарелые родители.

В последние десятилетия дехканин, как именуют на Востоке крестьянина, свое рвение проявляет далеко за пределами родины, становясь гастарбайтером в экс-советском пространстве. Он спешит в Россию, чтобы, вкалывая чернорабочим, дворником и строителем, хоть как-то поддержать родных. Рискуя не только потерять здоровье, но и, случается, жизнь.

Домашнее хозяйство остается на попечении старших детей и жен. А доходами с фермерского хозяйства просто не прожить. Конечно, на прополку хлопчатника и на его уборку районные власти пригоняют студентов и бюджетников. Но даже такое подспорье не спасает: надо платить за удобрения, за аренду и ремонт техники, другие услуги. Реальный доход таков, что без слез не взглянешь.

При населении в 32 миллиона человек Узбекистан ежегодно расстается с 3-4 миллионами мужчин в возрасте от 17 до 45 лет, которые отправляются на заработки за тысячи километров. Иными словами, с самым работоспособным слоем общества, силы которого необходимы отечественному земледелию. Ситуация за последние 2 года, прошедшие после смерти Ислама Каримова, практически не меняется. Рубль вдалеке (а то и доллар) оказывается предпочтительней сума на родине. На рубль, даже в условиях его обесценивания и неспособности конкурировать с твердыми валютами, можно купить больше.

Почему перец чили?

Вернуть дехканина к земле можно разными способами. Один из них – диверсификация сельского хозяйства, которая заключается в постепенном схлопывании площадей под хлопчатник. Это необходимо по разным причинам. Одна из них – дефицит воды: в связи с интенсивным таянием ледников в Тянь-Шане и на Памире и строительством новых ГЭС в регионе ожидается водный коллапс.

Во-вторых, есть менее трудоемкие и более выгодные культуры, чем хлопчатник. К примеру, жгучий красный перец. По данным специалистов, урожай с одного гектара достигает 15-20 тонн, из них можно получить 3-4 тонны сушеного красного перца, стоимость одной тонны которого на мировом рынке превышает $8600. Для сравнения: цена фьючерсного контракта на хлопок составляет около $1700.

Перец чили, как в просторечье называют горький перец и Capsicum annuum, как его именуют ученые, казалось бы, обречен на успех в узбекистанском формате. Он попал в список приоритетных культур после того, как заместитель премьер-министра и министр сельского и водного хозяйства Узбекистана Зойир Мирзаев 21 августа 2017 года в Джакарте провел встречу с Президентом Индонезии Джоко Видодо. Визит дел егации Узбекистана направлен на укрепление сотрудничества между странами, в частности в сельском хозяйстве и изучению опыта Индонезии в этих направлениях.

А опыт имеется. Индонезия занимает четвертое место в мире (1,9 млн. тонн) по производству горького перца. В Индонезии шеф республиканского Минсельхоза узнал, что каждый засеянный этой культурой гектар способен дать прибыль, которая в 5 раз превышает доход от хлопка. Притом, что можно, наработав опыт, получать не один, а несколько урожаев в год, в Узбекистане – гарантированно до трех. Совокупный мировой доход от реализации перца чили доходит до $30 млрд., а основные зоны его выращивания – Китай, Мексика, Турция и Индонезия, то есть регионы, сходные с Узбекистаном по климатическим и почвенным особенностям.

Уже 27 января 2018 года кабмин Узбекистана принял постановление о выращивании в Узбекистане острого перца на основе иностранного опыта. Были определены в шести регионах земельные участки площадью 17 117 гектаров, что потенциально означает, судя по индонезийскому опыту, получение в результате сбора урожая от $4,34 млн. до $5,54 млн.

Утомленные благополучием, или рекорд уровня нищеты

17 117 гектаров – конечно, капля в море горького перца, если учесть, что мировая площадь его возделывания 4,4 млн. гектаров. Но, возможно, со скромных цифр начинается грядущее благополучие Узбекистана.

Хотя, в принципе, жители республики уже изрядно подустали от своего официально провозглашенного благоденствия.

22 года назад Ислам Каримов объявил о зерновой и топливно-энергетической безопасности, но и по сию пору пшеница и нефтепродукты ввозятся из Казахстана и России. Не отстает от предшественника новый президент. Чтобы угодить ему, местные власти требуют от каждого не выполнившего план по зерну фермера Сурхандарьинской области сдать по 1200 сумов (полтора доллара) за каждый килограмм не сданного зерна. У фермеров, не имеющих возможности расплатиться деньгами, отбирают скот.

Перец чили – не первая сельскохозяйственная инициатива нового лидера. В первые дни своего президентства Шавкат Мирзиёев посоветовал жителям Узбекистана заняться выращиванием лимонов и разведением кур. По его мнению, если в каждом подворье будет по 100 кур-несушек, в стране не останется малоимущих семей. Выращенные лимоны Мирзиёев предлагал отправлять на экспорт. Правительство решило в течение 3 лет поставить фермерским хозяйствам более 10 тыс. саженцев лимона и 85 тыс. голов птицы. Предполагалось, что их выращиванием и разведением займутся свыше четырех миллионов семей, которым было предложено взять льготные кредиты. Но вскоре проекты были признаны неэффективными, и узбекские банки решили отказаться от выдачи кредитов на кур и лимоны.

И вот на кону новая инициатива. Эксперты недоумевают: или это попытка рывка к благосостоянию, которое обеспечит, в том числе, и перец чили, или очередная пиар-акция.

Уровень доходов в стране – один из самых низких в постсоветских республиках. С 15 июля 2018-го минимальный размер заработной платы (МРЗП) и других социальных выплат поднялся на 7%. Отныне МРЗП будет составлять $23,44, пособие престарелым и нетрудоспособным гражданам без необходимого стажа работы – $28,14. То есть на $0,7 и $0,9 в день предлагается прожить взрослому человеку притом, что даже $1 в день считается официально признанным уровнем нищеты.

Куды дехканину податься?

Так или иначе, Кабмин запланировал получение в 2018-м 207 тыс. тонн урожая.

Как именно прошел первый этап битвы за горький урожай, становится понятно на примере, который значится в социальных сетях.

5 июня в срочном порядке фермеров Шахрисабзского района Кашкадарьинской области (юг Узбекистана) вызвали на встречу с главой района Холбобо Бозоровым и его заместителем Зайнидином Халиловым. Этот факт – из вполне заурядных в Узбекистане: так десятилетиями собирали на партхозактивы, что означало очередную выволочку от начальства. Если прежде за прегрешения грозили в стиле «Делай, как сказано, или положишь на стол партбилет», то сейчас лексика изменилась: «Если не выполнишь, у тебя отберут землю, пойдешь по миру».

В Шахрисабзсе аграриям назначили срок сбора урожая перца чили до 1 июля и задачу самостоятельно продать его зарубежным покупателям.

Понятно, что требовать от перца изменить срок вегетации фермер был не в состоянии. Вот и на встрече в Шахрисабзсе кто-то из фермеров не выдержал: «Жгучий перец созревает в течение минимум 60 дней, а, случается, и 80 – в зависимости от сорта, состояния почвы и наличия воды».

Бозоров и Халилов промолчали, хотя из глаз сыпались искры. В другое время сняли бы по ботинку и хряснули знатока по морде. Сейчас нельзя. Президент способен прилюдно разнести такого обидчика – да так, что можно потерять хлебное место.

Обвели взором аудиторию, которая оторопела: ну, в самом деле, какие нужны агроприемы, чтобы, ускорив созревания овоща, победить природу?

Да и вторая задача не по силам. Какие в далеком узбекском кишлаке возможности, чтобы искать и находить оптового покупателя за кордоном? К тому же речь идет о горьком перце – продукте специфическом, который не умудренный экономическими знаниями дехканин тонной разом не сбудет.

Между тем, местным предпринимателям поставили задачу экспортировать перец на сумму от $200 тысяч до $1 млн. Шефы района действовали в совковом стиле: дескать, если не успеете к 1 июля и не найдете покупателя, вы не обеспечите указ президента и сорвете задание государственного значения. Присутствующие на блиц-активе начальник районной полиции и местный прокурор важно закивали головами. Это был серьезный сигнал: у всех фермеров на памяти действия силовиков в ходе сбора хлопка – оцепление полицейских или патрулирование по периметру поля, чтобы никто из сборщиков не «закосил» от принудительного труда.

В голове фермера – катастрофа. Нельзя не сказать «бажарамиз» (выполним). Между тем, урожай перца не созреет и к середине июля. К тому же фермер поиском иностранного покупателя никогда не занимался. Вот как было с хлопком, шептались меж собой фермера, нам же всегда втолковывали только выращивать его и сдавать заготовителям, но никогда не разрешали самим его продавать, считалось, что это не нашего ума дело, этим государство займется.

Собственно, государство и сейчас собиралось делать так же. Для этого и создавалась компания «Калампир» («Перец»), которой было вменено в обязанность решение организационно-технических и финансовых вопросов. В перечне значится и организация переработки острого перца и его экспорта. Просто, видимо, в «Калампире» или не успевали решать проблемы, или не смогли. Вот и решили переложить на плечи фермеров еще и поиск покупателя с твердой валютой.

Свою лепту в сумятицу вложили чиновники. Если семена перца выдали весной по кредитному договору с «Агробанком» Узбекистана, значит фермеры должны часть урожая сдавать государственным фирмам, которые отвечают за экспорт перца. Но чиновники Кашкадарьинской области нужный контакт не заключали и, чтобы не поплатиться должностью, надо было найти крайнего. То есть решили свой «косяк» перенести на производителя. Так подставили под удар того, кто работает не покладая рук – фермера. 

Где искать покупателя?

В Узбекистане, где горький перец выращивается повсеместно, его продавать невыгодно. На ташкентских рынках он не очень дешев, $1,5-2,5, однако берут его не килограммами, а пучком, граммов по 200-300. В любом случае менее хлопотней фермеру растить бобы, которые требуют минимума воды (о ее дефиците мы сказали выше). При этом его и подстегивать не надо, тем более штрафовать или лишать права владения землей, как того якобы потребовал президент. Но, угрожая производителю, лидер забыл про нерадивых чиновников. Из-за того, что «Узагроэкспорт» – компания, которая регулирует ценообразование на экспортную продукцию – не разрешает фермерам экспортировать урожай дешевле установленных цен, продукция пропадает. К примеру, в мае в Ферганской области сотни тонн овощей были выброшены на свалку из-за того, что фермеры не смогли их продать по той цене, по которой планировали.

Экспорт жгучего перца даже в страны ближнего зарубежья – весьма непростая задача. Дело в том, что, скажем, в той же России есть несколько регионов, где традиционно выращивают овощ: Краснодарский край, Ставрополье, Амурская область. Причем, разброс цен от 8 до 205 рублей за килограмм, в зависимости от объема оптовой закупки. К примеру, краснодарское предложение – 35-50 рублей за килограмм перца в сетке, где умещается 0,5 тонны. И если узбекистанский производитель предлагает среднюю цену – по 128 рублей, но 5 тыс. тонн разом, да еще с названиями сортов «Ферганский» и «Индийский», каких в природе не существует, то охотников в РФ найдется немного.

Жгучий перец идет по стопам тыквы и абрикоса. В 2017 по указанию Кабмина были выращены тысячи тонн тыквы, однако большая часть урожая осталась на полях – на такое количество не оказалось спроса. С абрикосами не менее печально. В 2017 году Узбекистан поставил на мировой рынок 23 тыс. тонн абрикосов, что в 2 раза ниже результатов 2016-го.

Причины во всех случаях одни и те же. Во-первых, нехватка специалистов в области маркетинга плодоовощной продукции. Во-вторых, неудобная для партнеров система оплаты, при которой узбекские компании не отправляют товар без предоплаты в размере 100%. В-третьих, сложная логистика – отсутствие у Узбекистана выхода к морю и удаленность от основных рынков сбыта увеличивает стоимость доставки фруктов до покупателя.

Иными словами, государственные компании в Узбекистане еще не научились торговать, а туда же, в калашный… простите, перцовый ряд, с ориентиром на миллионы долларов ежегодной прибыли, которой уже достигла Индонезия. О Китае, которому принадлежит половина мирового рынка жгучего перца (в 8 раз больше Индонезии), мы просто умолчим. 

Пожар по рту и жжение в мозгах

Хотя, если говорить до конца, Узбекистан может совершить феноменальный прорыв на мировой рынок. Известно, что перец чили – понятие универсальное. Плоды бывают разной формы, цвета, размера и остроты, но объединяет всех дикое жжение, которое они провоцируют во рту, в глазах и на любых других частях тела, соприкасающихся с соком чили. Жжение вызывается химическим веществом капсаицином, которым обладает перец, а молекулы этого алкалоида идеально попадают в рецепторы.

Острота перца чили измеряется в единицах шкалы Сковилла (ЕШС). Среднеострый перец, такой как длинный голландский чили, имеет 500 единиц, а вот один из самых острых в мире – индийский чили Нага – что-то в районе 1,3 млн ЕШС. Мировой рекордсмен «жгучести» – это Каролинский жнец (занесенный в 2013 году в Книгу рекордов Гиннеса как самый жгучий в мире), выращенный садоводом Эдом Карри из Pucker Butt Pepper Company в американском городе Рок-Хилл, штат Южная Каролина. Каролинский жнец жжет на 1,57 млн единиц шкалы Сковилла.

Теперь представьте, что Узбекистан выращивает именно этот сорт. То есть такой, который примерно в 200-300 раз более жгучий, чем тот, который культивируется в стране. Выходит, ему требуется в Узбекистане площадь в 200-300 раз меньше, чем сейчас, иными словами, только чуть более 80 гектаров. И результат будет тот же, если не лучше. Занять садами, виноградниками или бахчевыми дополнительно 17 037 гектаров, освобожденными от перца чили – задача более чем выгодная. Может, Минсельхозу следовало не в Индонезию, а в США отправляться?

Призывы и реалии

Кардинально изменилось отношение потомственных земледельцев к земле. Узбеки в 2000-х с неохотой занимаются личными садами-огородами, продукция которых издавна кормила семьи и давала возможность продать излишек на дехканских рынках.

Сегодня эта продажа жестко регламентирована, подконтрольна не производителю, а чиновнику, который обкладывает и законами и поборами. Для того чтобы фермер был мотивирован, недостаточно лозунга «Приусадебный земельный участок – источник дополнительного дохода» и призывов к повышению урожайности культур. Надо создать в республике систему, при которой производитель получит реальную прибыль от затраченных трудов. А для этого следует установить льготное кредитование, доступные цены на аренду техники, на покупку топлива. И, главное, устранить вора-чиновника.

Ничего этого не сделано. Пока, как показывает практика, интересы государства и агрария лежат в разных плоскостях. Власть не слышит пожеланий фермера, а фермер если и согласен выполнять указания чиновника, мозги которого мыслят исключительно по принципу «а что я с этого буду иметь?», а не по закону здравого смысла, то делает это без особого стремления. И речь не только о жгучем перце. В этом году из-за малого количества осадков и нехватки поливной воды в Самаркандской области урожайность зерна будет на 35-40% ниже, чем в предыдущие годы. А это грозит фермеру крупными штрафами.

Понятно, почему он уже сейчас с охотой расстанется с арендованными гектарами и пополнит ряды гастарбайтеров на стройках российского и казахского капитализма. Делайте вывод сами: в какой ситуации окажется земледелие страны, которая, при хозяйском подходе, способна прокормить не только себя и соседей, но и пол-Европы, как это сейчас делает Испания.

БЕЗ КОМЕНТАРИЕВ

ОСТАВИТЬ ОТВЕТ